По небесным грядкам - 7

По этой дороге Александр Грин регулярно наведывался в гости к Максимиллиану Волошину. Наверное, у них были общие темы, о чем поговорить.

Теперь мне хотелось повторить этот маршрут, но не так-то было просто.

В бумажном атласе он вообще был нарисован толко наполовину и начинался километрах в 15 от Коктебеля. Очевидно, по мнению составителя, Грин сразу телепортировался в нужную точку.

В интернете писали разное. По второй части разногласий не было, а вот первая везде была описана очень невнятно. Все, что я понял, - что надо идти на улицу Жуковского и оттуда уже искать дорогу. Так я и сделал. А что еще оставалось?

Прошел автовокзал - первый ориентир. Потому церковь с весьма морским названием "Утопи мои печали" - вот второй ориентир. Это уже были окраины поселка, курортники тут еще жили, но шумной толпы уже не было. Поворот на нужную улицу - вот третий ориентир.

Прошел я по этой улице до конца и что дальше? Последние дома, а за ними непонятно что. Выжженое поле какое-то, за ним горы. Общее направление, куда идти, понятно - на северо-запад, но с конкретикой сложновато.

За домами маячило нечто, обозначенное на карте как гора Малка, но на деле представлявшее собой невысокий холм, правда странный - длинный и узкий как трамвай. Я вскарабкался на него, не без усилий - жара была уже приличная, скинул рюкзак и сел созерцать окрестности.

Процесс был приятный, но особой пользы не принес. Вот Коктебель, туда мне не надо. За ним идет трасса на Щебетовку - по ней я тоже идти не хочу. За трассой видны красивые вершины Кара-Дага. Тропа Грина где-то с другой стороны за не очень высокими горами. Мне надо туда, но дороги нет. Зато есть другая, параллельно трассе, но упирается в какие-то плохо видимые отсюда строения.

Я скатился вниз и отправился туда.

Идти было тяжело - очень жарко, да еще тащить с собой разное молоко, причем пить его было нельзя - очень холодное. Молоко открывает какие-то проходы в горле и поэтому заболеть после него - дело нехитрое. Солнце палило как из домны, по дороге ни деревца, сухая степь и проселок по ней.

Брел я очень долго, как мне показалось. В таких местах каждый шаг кажется вечностью, потому что процесс воспринимается как безнадежный. Вроде идешь, но никуда не движешься.

В конце концов я приблизился к строениям. Это были недоделанные большие частные дома типа дач. Дорога шла к ним, и непонятно было, продолжается ли она дальше. Поэтому когда я обнаружил боковую тропинку, да еще среди деревьев, то поскорее отправился туда.

На самом деле это была колея, по которой месяц назад или около того проехала пара машин. Вся она была в колючих кустах шиповника, заросшая как хиппи, плохо заметная. Вела она мимо развалин, явно современных, - сарая для насоса или что-то такое, и куда же она меня привела? Все на ту же трассу, которой я так хотел избежать.

Делать нечего - пришлось шлепать по ней. Я уже жаловался, какое это гадкое дело, так что повторяться не буду.

В общем, я вышел по трассе к источнику Лягушка, располагавшемуся недалеко от дороги, а дальше, за ее изгибом начиналась некая тропа, которая должна была вывести меня куда нужно.

А перед ней меня ждал сюрприз - платака, в которой торговали виноградом. Крымский столовый виноград - это нечто, и нет таких эпитетов, на которые он бы не тянул. Разные сорта - разные вкусы, но все они прекрасны.

Жизнь сразу повеселела. Я шел, отщипывая виноградины, любуюясь Кара-Дагом, маячившим сбоку, пока не нашел тропу. Она была перегорожена шлагбаумом, но никаких предупреждающих знаков не висело, так что я смело пошел вперед.



Вела она к огромным виноградникам, хорошо ухоженным, с лозами, подпертыми бетонными столбами, но, слава богу, без собак. Правда, она тут же раздваивалась и я пошел по той, что слева - потому что она шла в верном направлении.

Виноградники тянулись далеко и было интересно смотреть на них на ходу. Их ряды тянулись сначала параллельно до самого горизонта, потом были видны под небольшим углом, потом под большим, и сбоку была только зеленая стена, потом в этой стене снова появлялись проходы, сначала быстро заканчивающиеся, а потом бесконечные.

Так я развлекался, пока не дошел до какой-то машинной-тракторной станции с собаками и полуразобранной сельхозтехникой. Ее я аккуратно обошел стороной. Сбоку наконец-то появились безымянные горы, обозначенные на карте, не очень высокие, на плоской вершине одной из них природа поставила одну каменную скалу и подперла ее другой, причем с дыркой внутри. Никогда такого не видел.

К тому времени солнце допекло меня во всех смыслах. Руки стали красными и начали болеть, так что я преодолел лень и, сидя под горой наконец надел рубашку с длинными рукавами.

За горой предполагался перекресток, но ничего подобного там, разумеется, не оказалось. Запуск навигатора, лихорадочное вымеряние по карте и в глаза мне сразу бросилось название "гора Дырявая". Что? Дырявая? Да это же чёрт знает где от Тропы Грина.



Увы, именно там я и находился - чёрт знает где. Парадокс состоял в том, что в принципе это даже было ближе к цели, но дороги в нужном направлении не было. А эти приколы я уже знаю - сунешься по "кратчайшему пути", а там или болото, или непроходимый можжевеловый лес, или огромная яма, или еще что-нибудь такое. Я уже раз в холодном лесу ночевал - и с тех пор стал учёный.

Громко ругаясь - все равно там не было никого - я отправился обходить Дырявую гору, за ней, слава богу, оказалась тропинка, я вышел на асфальтовую дорогу, по которой даже ехал трактор, и уже собрался вздохнуть с облегчением, но это была не та дорога. До моей еще было топать с километр.

Я попытался срезать путь, залез на гору-холм, с нее как попало стал драться в нужном направлении, слез вниз и... уперся в широченную траншею, ровную, явно искусственного происхождения, метра два глубиной. Пришлось форсировать и ее.

Наконец я оказался на нужной дороге. Она обходила все тот же виноградник - но совсем с другой стороны. Очевидно, вокруг виноградников катаются какие-то машины, которых не было во времена Грина, и прокладывают совершенно лишние проселки, которые только сбивают с толку.

Теперь стало чуть проще. Дорога была правильная, безымянные горы справа оказались на месте, весьма солидные, надо заметить, представительные такие. Если обернуться назад, там по-прежнему был виден Кара-Даг, причем казалось, что от него ты не отошел ни на шаг.

На земле лежала мелкая пыль и я шел по ней, хоть и подустав, но без всяких происшествий. Раз только споткнулся о толстый кабель, лежащий на дороге.

Дальше все совпадало с ориентирами - перекресток, потом якобы речка, а на деле - одно русло, заросшее камышами, "дорогая с твердым покрытием" - которое на деле было бетонными плитами, да и те закончились метров через пять.

Потом начались снова какие-то непонятки - местность не совпадала с картой, но я уже был в обширной Арматлукской долине, которую со всех сторон окружали вполне настоящие горы разной высоты, но сама долина была плоская и более-менее просматриваемая. Нигде по-прежнему не было видно ни одного человека, лишь блестело на солнце лобовое стекло грузовика, ехавшего очень далеко от меня.



Солнце продолжало жарить на полную мощность, температура воздуха приближалась к шести тысячам градусов, ноги начинали протестовать, но теперь у меня хотя бы была ясно видимая цель - зеленые горы, поднимавшиеся на западе.

Через час или полтора я доплелся до водохранилища - оно было на карте четко обозначено. Тропа какое-то время шла прямо на ним - как будто на его берегу специально насыпали пару десятков вагонов щебенки и специально сделали из нее узенькую-преузенькую наверху, но длинную горку. Слева от меня был трехметровый обрыв, справа - пятиметровый, заканчивавшийся прямиком ставком, а сверху тянулась совсем мизерная тропка, чуть шире ручки от швабры.

Но это все ерунда, главное - что я шел правильно.

За ставком оказался дом, который стоял там один как здрасьте. Просто дом, и вокруг ничего. Прямо на улицу были выставлены автомобильные кресла, и везде тоже пусто. Дом по-моему был слегка полуразрушенный, но я его обошел подальше и особо не разглядывал.

Потом перекресток, одна тропа налево, указатель туда же, а одна - направо и вверх, прямо по боку горы.

Это и была пресловутая тропа Грина. Инфа 100%. Было ли ей то, где я шел до этого, - вопрос дискуссионный.

Тропа оказалась совсем неинтересной, но хотя бы тенистой. А так идешь все время по густому лесу, вокруг ничего не видно, кроме деревьев и только изредка на открытых участках виден бок соседней горы.



Я шел и вспоминал, как о тропе писал Грин:

Я шёл через Амеретскую долину, диким и живописным путём, но есть что-то недоброе, злое в здешних горах — отравленная пустынная красота. Я вышёл на многоверстное сухое болото; под растрескавшейся почвой кричали лягушки; тропа шла вдоль глубокого каньона с отвесными стенами. Духи гор показывались то в виде камня странной формы, то деревом, то рисунком тропы.

Одно слово - романтик. Ну ладно сухое болото, допустим оно было в той низине, где сейчас водохранилище. Ладно, недобрая пустынная красота. По такой жаре ходить - оно и правда не сильно приятно. И про пустыню верно. Один трактор за целый день да несколько коровников вдали, но и те уже развалились.



Но многоверстное болото? Глубокий каньон с отвесными стенами? Где он там видел каньон? А духи гор - это уж вообще...

Хотя постойте, с духами как раз очень может быть. Если вспомнить биографию Грина, то в Феодосию из Ленинграда его заставила уехать жена - потому что писатель был склонен к пьянкам в сомнительных компаниях и последующим дебошам. Если предположить, что у Волошина как гостеприимного хозяина обсуждение текущего литературного процесса запивали не кизиловым компотиком, а чем-то побелее и покрепче, то все становится на свои места. Жара плюс алкоголь - конечно, потом духи гор начнут показываться в разных местах.

Но у меня с собой была исключительно ряженка и "снежок", которыми я скрашивал время от времени тяжелую дорогу, и потому никаких духов гор не увидел. Только беседку, сделанную лесниками, да еще скала была по пути интересная.

Уклон на тропе был небольшой, но я к тому времени от жары и долгого пути был уже довольно убитый. Ноги откровенно начинали бастовать и вместо того, чтобы переставляться с место на место, начинали меня уговаривать: смотри, какой хороший камень на обочине! Давай посидим на нем, помедитируем, прочувствуем всю красоту этого места!

В другое время я бы их послушал, но идти мне было еще неизвестно сколько и как-то потом устраиваться на месте, а времени было уже прилично, тени заметно длинные.

А дорога все тянулась и тянулась, такая же однообразная. Вилась около пропастей, потом петляла среди деревьев, но в конце концов вывела меня на более-менее ровное место.

Все тот же буково-грабовый лес, но при этом уже какой-то другой лес. Совсем другой ландшафт.  Уже вот-вот, уже скоро приду, но лес все не кончался. Я шел, наклонившись градусов на тридцать: голова стремилась вперед, желая успеть до захода солнца, а ноги тащились где-то сзади, все время отставая. Тебе хорошо планировать - бурчали они - а идти-то там. Вдобавок появились лосиные кровососки - такие дрянные приставучие типа мухи. Они не опасные, но укусы их сильно потом чешутся. Кровососки сначала садятся на тебя, потом начинают бегать и искать место повкуснее, потом впиваются и отбрасывают крылья - зачем они теперь нужны, когда мы нашли свое место в этой жизни?

Как перед любым населенным пунктом тропы начали двоиться, троиться, сходиться, расходиться - потому что каждый считает своим долгом накатать собственную.

Я шел уже почти наугад, на карту ничего не было похоже, лес, наконец, кончился, пошли луга, заросшие всякими травами, еще усилие и передо мной открылась панорама на все 180 градусов.

Справа большой водоем, из которого вытекали две реки - Тигр и Евфрат. За ним завод с трубами. А впереди далекие горы, а перед ним городок со странным названием...