Добавить новость
123ru.net временно располагается в домене ru24.net

Август 2011
Сентябрь 2011
Октябрь 2011
Ноябрь 2011
Декабрь 2011
Январь 2012Февраль 2012Март 2012Апрель 2012Май 2012Июнь 2012
Июль 2012
Август 2012
Сентябрь 2012
Октябрь 2012
Ноябрь 2012Декабрь 2012Январь 2013Февраль 2013Март 2013Апрель 2013Май 2013Июнь 2013Июль 2013Август 2013Сентябрь 2013Октябрь 2013Ноябрь 2013Декабрь 2013
Январь 2014
Февраль 2014
Март 2014
Апрель 2014
Май 2014
Июнь 2014Июль 2014Август 2014Сентябрь 2014Октябрь 2014Ноябрь 2014
Декабрь 2014
Январь 2015
Февраль 2015
Март 2015Апрель 2015Май 2015Июнь 2015Июль 2015
Август 2015
Сентябрь 2015
Октябрь 2015
Ноябрь 2015
Декабрь 2015
Январь 2016
Февраль 2016
Март 2016
Апрель 2016
Май 2016Июнь 2016Июль 2016
Август 2016
Сентябрь 2016
Октябрь 2016
Ноябрь 2016
Декабрь 2016Январь 2017
Февраль 2017
Март 2017
Апрель 2017
Май 2017
Июнь 2017Июль 2017
Август 2017
Сентябрь 2017
Октябрь 2017
Ноябрь 2017
Декабрь 2017
Январь 2018
Февраль 2018
Март 2018
Апрель 2018
Май 2018
Июнь 2018
Июль 2018
Август 2018
Сентябрь 2018
Октябрь 2018
Ноябрь 2018Декабрь 2018
Январь 2019
Февраль 2019Март 2019
Апрель 2019
Май 2019Июнь 2019Июль 2019Август 2019Сентябрь 2019Октябрь 2019Ноябрь 2019Декабрь 2019Январь 2020Февраль 2020Март 2020Апрель 2020Май 2020Июнь 2020Июль 2020Август 2020Сентябрь 2020
Блоги |

«Предки не простят»

Поморы веками ловят сельдь в Белом море. Российский суд считает их традиции браконьерством.

«Я его долго отговаривала ехать и говорила: "Тебе больше всех надо?" А он отвечал: "Надо, мне предки на том свете не простят"», — в суде Евгения говорит не столько о себе, сколько о том, почему жизнь ее семьи связана с морем. Муж — коренной помор, когда-то бросил промышленный город и перетащил семью в родовые места — в село Умба, где его предки начали ловить селедку в 1647 году.

Попихины — известный в Поморье род, четыре с лишним века они были рыбаками, теперь объявлены преступниками.

Суд, в котором выступала Женя, 25 июня признал ее — бухгалтера сельской бюджетной конторы — браконьером. И не просто — а с отягчающими обстоятельствами: в составе группы лиц, по предварительному сговору. Тремя годами раньше судимость за браконьерство получил ее муж Сергей.

«Новая» рассказывала об этом странном уголовном деле, с поддельными подписями и сомнительными доказательствами. Сергей Попихин — рыбак и предприниматель, который занимается добычей беломорской селедки, стал первым за несколько лет жителем района, выигравшим суд у ФСБ, — доказал, что майор, составлявший на него протокол о неповиновении требованиям сотрудников правоохранительных органов, не имел полномочий на возбуждение административных дел по данной статье.

Так нет, майор завел на Попихина дело уголовное. Осудили.

Оштрафовали. Помор не сдается и обжалует приговор в ЕСПЧ, а также на всех углах публично заявляет о сфабрикованном деле. И уже через год, летом 2018 года, уголовка возбуждается против его жены.

Сергей Попихин. Фото: Татьяна Брицкая

Вспоминая 13 июля 2018 года, Женя говорит, что пограничники на острове искали ее мужа, она слышала их реплики: мол, Попихина-то и нет. Мужа не было — он уехал в город по делам. А еще говорит (это есть в материалах дела), пограничники откровенничали: «Сами виноваты, не боролись бы с ними в судах, ничего бы и не было».

Крошечный остров у Сергея в аренде. Там стоит тоня «Мосеевская» (тоня — рыболовецкий участок для ловли неводами). Раньше их на Терском берегу Белого моря было полсотни, сейчас остался десяток: тяжелый труд, невыгодный бизнес. Попихин — упрямый. Он ловит на «Мосеевской» уже 19 лет.

Арендованный остров Сергея Попихина. Фото: Татьяна Брицкая

Туда, на остров, Женя привезла 9-летнего сына — покататься на лодке, посмотреть, как выбирают невода — так же, как делали это его предки 400 лет назад. На весла сел сторож Володя. Пошли проверять невод. В лодку вывалили селедку, среди которой было несколько крупных рыбин. «Горбуша», — кивнул Володя. Горбушу в прилове можно брать, за это не штрафуют. И сезон как раз был, рыба заходила в эти места. Невод опустел, Володя направил лодку к берегу. Причалив, он уложил крупную рыбу в ящики и унес за дом. Женя выбрала селедку на ужин и пошла в дом варить еду собаке. Через некоторое время на берегу высадились пограничники — те же, что когда-то «брали» Сергея.

«Горбуша» оказалась семгой, лов которой без лицензии запрещен.

Тут надо сделать паузу. Белое море, как известно, внутреннее. Умба — не погранзона. Госграница — в 300 км, в соседнем районе. При чем здесь пограничники?

В протоколе обследования острова, составленном капитаном Жуком (в распоряжении «Новой», — Ред.), отсутствует ссылка на приказ, на основании которого проводилось оперативное мероприятие столь далеко от места дислокации этого самого Жука и прибывшего с ним коллеги Климова — села Алакуртти в Кандалакшском районе. В графе, где положено указывать дату и номер распоряжения о проведении «гласного оперативного мероприятия "Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств", стоит прочерк.

Арендованный остров Сергея Попихина. Фото: Татьяна Брицкая

Личный состав карельского погрануправления в этих местах частые гости. Иногда кажется — даже хозяева. Почти каждый житель села имеет уголовку за браконьерство.

И в этом есть особенная изощренность: поморы — рыбаки искони, живут они морем, шьют свои карбасы и ловят рыбу, которой готовы накормить всю Мурманскую область. Только никто не берет. Лишь в этом году Сергей Попихин в числе активных поморов добился решения об открытии в Умбе цеха рыбопереработки. Пока — лишь решения.

Нищий дотационный район, где сплошь безработица и бедность, стоит на золоте — и остается нищим.

Ловить без лицензии по праву проживания на море (как это делается в соседней Норвегии) нельзя. А вокруг рыболовные лагеря, где семгу ловят нон-стоп богатые приезжие. Неделя в таком лагере стоит от 10 тысяч долларов.

В годы войны поморы спасли фронт от голода: сотни тонн рыбы они отправляли на передовую. Ловили ее поморские жонки — так здесь зовут женщин. Мужчины ушли воевать. Попихин и сейчас серьезно говорит, что все посчитал: 10 рыбаков могут в год ловить по 300–400 тонн селедки, а еще картошка есть — и вот уже область не будет голодной.

Здесь всегда готовы к тяжелым временам. А легких и не было.

Объявить браконьерами людей, которые море называют своим полем, пытаются защитить от чужаков и относятся к нему бережно и нежно — особый цинизм. Тем более, что ярлык на них вешают как раз чужаки.

Согласно приказу ФСБ России № 455 от 7 августа 2017 года, в зону ответственности погрануправления по Республике Карелия действительно входит часть Мурманской области. Только другая — Кольский и Печенгский районы, самый север.

Умба — на самом юге. Она — вообще не погранзона, что же до соседнего Кандалакшского района, откуда ловить поморов приезжают карельские опера, его, согласно тому же приказу, подписанному Бортниковым, контролирует совсем другое подразделение: погрануправление по западному арктическому району. А в таком случае возникает вопрос о правомочности оперативников Жука и Климова, занимавшихся делами Попихиных. И, соответственно, о допустимости добытых ими доказательств.

В самом деле, ну что в тех, совсем не пограничных, но таких «жирных» краях делали эти опера, которым распоряжением самого высокого начальства предписано находиться на совсем другом краю области?

ИЗ ПРИГОВОРА КАНДАЛАКШСКОГО РАЙОННОГО СУДА

(постоянное судебное присутствие в ПГТ Умба Терского района):

«Доводы защитника о том, что в зону ответственности ПУ ФСБ России по Республике Карелия не входит Терский район Мурманской области, а следовательно сотрудники, проводя ОРМ, вышли за рамки своей территориальной ответственности и их действия являются незаконными, суд считает несостоятельными, поскольку сотрудники осуществляли ОРМ в соответствии с приказом начальника Службы в с. Алакуртти ПУ ФСБ России по Республике Карелия».

(пунктуация оригинала. — Ред.)

Кстати, о доказательствах. В качестве таковых в деле Евгении Попихиной фигурируют в основном слова. Пограничники говорят, что на берегу оказались не случайно, а в ходе «оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», а лосось, который изловила группа злоумышленников, опознали с расстояния в 300 метров.

Еще есть протокол допроса сторожа Володи, составленный только год назад. На месте его не опросили, а потом найти не могли: Володя слаб по части алкоголя, и ночует порой, где ночь застанет. В таком состоянии его и обнаружили 26 июня 2019 года — и, не мешкая, допросили. Володя «что-то подписал, но что — не помнит», да и не видел без очков. Так он говорил в суде, отрицая данное во хмелю признание в том, что рыбу они с женой и малолетним сыном хозяина отправились ловить, договорившись о будущем преступлении.

Видимо, с рыбой тоже договаривались заранее: иначе как можно угадать будущий прилов?

На суде Володя Лепихин каялся: дескать, вывалив содержимое невода в лодку, понял, что в прилове семга — атлантический лосось, а не горбуша — тихоокеанский, в этом случае рыбу нужно, по правилам, выбрасывать за борт, но сообразил что жена хозяина не распознала обмана, и хотел семгу забрать себе да и поменять потом на водку. Но суд Володе не поверил, тем паче, опер Жук утверждал, мол, гражданин Лепихин на допрос был доставлен трезвым, как стекло — а вовсе не остекленевшим от пьянства. Все понимал, все видел, все осознавал. А слово опера Жука для суда весомее, чем слово сторожа Володи. Статус другой.

Лодка на арендованном острове Сергея Попихина. Фото: Татьяна Брицкая

Не поверил суд и показаниям Сергей Попихина и его тещи: после звонка испуганной Жени они приехали на остров и увидели, как Жук и Климов пакуют рыбу в два мешка. Специалисту-ихтиологу же на следствии показывали содержимое одного. Но Жук и Климов в один голос сказали суду, что запаковали вещдоки в один пакет и опечатали на месте — и больше ни о какой рыбе ничего не знают.

Правда, печать на пакете на момент осмотра была не карельского управления, где служат опера, а западного арктического района.

Не смутило суд и то, что следственные действия на острове шли без понятых, как и осмотр рыбы ихтиологом, и то, что на фототаблице к осмотру запечатлено восемь рыбин, а в протоколе упоминается 19.

ИЗ ПРИГОВОРА:

«Доводы подсудимой и защитника о том, что Жук и Климов действовали из личной заинтересованности, используя служебное положение, поскольку… муж писал жалобы на Жука и Климова, суд считает неубедительными, поскольку данные доводы ничем не подтверждены, свидетели Жук и Климов в суде подтвердили, что неприязненных отношений к подсудимым и их родственникам не имеют».

И уж конечно никак не повлияли на итог судебного разбирательства эпизоды с попытками допросить девятилетнего Сережу Попихина, угрозы принудительного привода ребенка к следователю, которые прекратились только после жалобы детскому омбудсмену, или визит группы захвата к Жене на работу, ее принудительное (без повестки) доставление на допрос в Мурманск, за 400 км.

Неясным осталось, как именно суд установил, что подсудимые вступили в предварительный сговор — а это позволяет квалифицировать преступление по третьей части уголовной статьи. Женя говорит, сроду Володю не видала, сама в видах лосося не разбирается, не рыбачит. Тот тоже клянется, что жену хозяина в свои дела посвящать не собирался, напротив, не хотел, чтобы Попихин узнал о его проделках. В приговоре появилась экзотическая конструкция, мол, подсудимые различили семгу еще «в среде обитания», то есть в воде, и уж тогда «распределили между собой роли, достигли договоренности, каким образом будут извлекать особи и как распорядятся добытым».

На чем основан этот вывод — неизвестно. Разве что обладающие соколиным зрением (разглядели лосось за 300 метров) опера, еще и умеют с того же расстояния читать по губам — или сразу распознавать мысли. Подсудимые, очевидно, также обладают нечеловеческим зрением: в неводе тридцати метров в длину и шесть в глубину, которым 50-килограммовые якоря крепят ко дну, разглядеть что либо через толщу воды и определить вид попавшейся рыбы человеку вряд ли под силу.

Позволю себе предположить, все это судья понимал. И практически оправдал подсудимых — ведь в наше время наказание ниже низшего предела — это почти оправдательный приговор, не так ли? Володе назначили 25 тысяч штрафа, Жене — 10. И даже «орудие преступления» — лодку, невод, сачок, сапоги — суд постановил не уничтожать, а вернуть Попихину.

Милосердно: и опера сыты, и поморы целы. Только упертых Попихиных это не устраивает. Они почему-то никак не желают считаться преступниками. Евгения подала апелляцию. Она требует полного оправдания. В случае отказа, как и муж, собирается дойти до ЕСПЧ.

Татьяна Брицкая
собкор в Заполярье

Читайте также

Авто |

Гран-при России 2020: штрафы Хэмилтона и уверенное выступление Квята в Сочи

Авто |

Новые ПДД: 9 «наивных» вопросов

Интернет |

MSI доработала подсистему питания GeForce RTX 3080 Gaming X Trio для повышения стабильности на высоких частотах GPU



News24.pro и Life24.pro — таблоиды популярных новостей за 24 часа, сформированных по темам с ежеминутным обновлением. Все самостоятельные публикации на наших ресурсах бесплатны для авторов Ньюс24.про и Ньюс-Лайф.ру.



Разместить свою новость локально в любом городе по любой тематике (и даже, на любом языке мира) можно ежесекундно с мгновенной публикацией самостоятельно — здесь.