«В американском обществе ожидается большой раскол»
На второй день Петербургского экономического форума (ПМЭФ) гости продолжают обсуждать сложившуюся ситуацию на политическом ландшафте в странах Европы и в США.
По мнению многих экспертов, Россия выходит на новый международный уровень и в скором времени составит весомую конкуренцию Западу.
Подробнее о том, в каком направлении сейчас движется Россия и на что повлияют предстоящие выборы президента в разных странах мира, «Известиям» на полях ПМЭФ рассказала экс-глава МИД Австрии Карин Кнайсль. Сегодня она возглавляет центр G.O.R.K.I. Санкт-Петербургского государственного университета и пишет книгу о Европе.
«Что мне нравится больше всего — красота»
— Что вы можете сказать о жизни в Санкт-Петербурге? Как вам петербуржцы? Что вам понравилось больше всего, а что меньше?
— Впервые я посетила Санкт-Петербург в качестве туриста восемь лет назад. И за те пять дней, пока я была здесь, успела пройти по всем туристическим маршрутам, посетить музеи. Во время нынешнего приезда у меня было не так много времени, чтобы подробно изучить этот город. Однако у меня было несколько визитов в регионы, где я увидела, как живут люди. На данный момент моя команда состоит из трех человек и двух-трех студентов. Должна отметить, что в России очень легко заводить друзей. Ведь здесь живут очень располагающие к себе люди, с которыми можно как сходить в театр, так и пропустить по кружке пива.
Что мне нравится больше всего — красота. Даже под снегом и дождем город все равно прекрасен. Из негативных моментов можно отметить автомобильные пробки, но они свойственны многим городам. Единственное, что я бы отметила — это последствия урбанизации. В некоторых частях города просто «отгрызаны» куски природы. Кроме того, здесь столько интересных районов, не только времен Екатерины Великой, но и 50-х годов прошлого века. Всё это поглощается новыми постройками.
— «Горки» в основном занимаются освещением геополитических вопросов. Одним из ключевых является поворот России в сторону Востока. Что уже сделано в этом направлении?
—Изначально мы думали предложить переговорные модули для компаний. К сожалению, не было никакого интереса со стороны федеральных властей. Однако я не из тех, кто сдается и говорит: «Ладно, это не работает». Сейчас компания пытается адаптироваться: идут переговоры о заседаниях Совета безопасности по ситуации между Израилем и Газой, о саммите БРИКС, о встречах ОПЕК+ по нефтяным вопросам.
Для нас важно сосредоточиться на этих новых институционализированных отношениях. Мне кажется, очень полезно знать, что индийский или иранский коллега думает об определенных темах.
«В Европе больше нет свободы слова»
— Вы как-то сказали, что россияне, проживающие в Германии, очень хотят вернуться на Родину, потому что в Европе иностранцу очень тяжело приспособиться. Вы создали специальные агентства, которые помогают людям с этим. Как идея была принята обществом?
— Сейчас с подобными агентствами есть небольшая путаница. Российские власти уже упростили бюрократию, многое изменилось. То, о чем я тогда говорила тогда, касалось граждан любой страны. Желающие иммигрировать обратно в Россию — это в основном люди, которые переехали в другую страну после распада Советского Союза.
В специальном агентстве, которое должно быть разработано только в тандеме с российскими властями, нужен акцент не столько на россиян, живущих за границей, сколько на всех, кто заинтересован в переезде в Россию. Со мной постоянно связываются по электронной почте люди со всего мира, они хотели бы жить здесь. Однако для реализации этой идеи необходимы надежные партеры, которые будут помогать деятельности такого агентства.
Должна отметить, что получить ПМЖ в России, являясь гражданином другой страны, довольно сложно. Необходимо пройти строгую миграционную бюрократию, и людям, особенно семейным, без дополнительной помощи здесь не обойтись.
— Что является главным посылом в вашей книге?
— Главное послание заключалось в том, что Европа, которую я знала в своем студенчестве, очень изменилась. В молодости я гордилась своим происхождением и с гордостью говорила, откуда я, когда путешествовала. Однако всё изменилась за 40 лет — в Европе больше нет свободы слова. Люди занимаются самоцензурой, потому что боятся, что их друзья и коллеги разорвут с ними связь. Однако я бы отметила и другую важную проблему Европы — это отсутствие верховенства закона. Жители Евросоюза больше не могут рассчитывать на должное функционирование конституции и правовой системы.
Я лично столкнулась с этим: мне запретили открывать банковский счет во Франции, не разрешили получить страховку и многое другое. Тогда мне пришлось понять, что Европы, которая когда-то существовала (примерно в 80-х — 90-х годах), больше нет. Правовая система «упала» во многих странах, я с уверенностью могу говорить о странах, которые я знаю изнутри: Германии, Франции и Австрии.
«Политический ландшафт Франции полностью разрушен Макроном»
— Большинство полагают, что внимание с Запада ушло на Восток. Что вы думаете по этому поводу?
— Можно сказать, что сейчас всё возвращается к исходной точке истории. Человечество многое переняло с Востока: философию, религию, сельское хозяйство и т.д. Россия была «новичком» на мировой карте в XVI — XVII веков, но быстро стала ключевым игроком. То же самое происходит и сейчас. С моей точки зрения, страна сейчас действительно находится на «переднем крае» формирования международных отношений. Изменения происходят очень быстро.
Хочу отметить, что россияне очень быстро учатся. По моим наблюдениям, другие страны заняли в данный момент больше выжидательную позицию. Они пока не готовы принимать «жесткие» решения, если сравнивать с Россией. Публично о данной ситуации высказывается Китай. Правительство КНР восхищается тем, как страна справляется с этими десятками тысяч санкций.
— В 2024 году планируются много важных выборов в разных странах, включая некоторые западные государства и США. Могут ли выборы как-то изменить ситуацию?
— Я не думаю, что выборы сильно изменят общую картину. То, что мы сейчас видим в странах Запада, особенно в Германии и Франции, — это полностью разрубленный ландшафт политических партий. Ведь ни одна из них не имеет более 20% общей власти. Как же они будут вступать в коалиции?
Касательно Франции, там политический ландшафт полностью разрушен Макроном, который установил личное президентство, не основанное на большинстве партии, как раньше. Поэтому я не думаю, что выборы способны что-то поменять. Напротив, я думаю, что эти выборы будут еще более фрагментарными и только усложнять ситуацию.
Когда дело доходит до выборов в Соединенных Штатах, то здесь решение всегда принимает конгресс. Белый дом не имеет власти. По моему мнению, в американском обществе ожидается большой раскол. Однако слишком рано говорить о том, что произойдет с США. Предстоящие выборы станут предвестником более серьезных изменений в стране.