НЕОБХОДИМАЯ САМООБОРОНА
В 2022 году в городе Усолье-Сибирское Иркутской области от удара ножом в грудь погиб мужчина. Удар нанесла его жена – после многолетних систематических избиений, обвинений и скандалов, в страхе за свою жизнь и жизнь двухлетней дочери Ангелина выхватила нож у пьяного разъярённого супруга и защитила себя, как смогла. С тех пор следствие, прокуратура и суды считают, что Ангелина Антонова совершила убийство. Вопрос о необходимой обороне, несмотря на показания соседей, родных и друзей семьи, даже не рассматривался следователями. Ситуация длительного насилия, в котором оказалась Ангелина, никак не расследовалась: женщину осудили на 8 лет и 4 месяца за убийство мужа, а суд апелляционной инстанции практически скопировал решение городского суда. Сейчас женщина находится в исправительной колонии и ожидает судебного рассмотрения дела в кассационном суде. Ангелина всё ещё верит, что скоро увидит свою маленькую дочку, а не останется в колонии.
Ангелина Антонова получила два высших образования – оба с красным дипломом. После учёбы два года работала дознавателем в полиции, потом в пенсионном фонде и в сфере культуры. В 2018 году познакомились с Евгением Антоновым – он продавал квартиру, она покупала.
«НА СПАСЕНИЕ Я НЕ НАДЕЯЛАСЬ»
Оба раньше служили в МВД, однако по службе не пересекались и к моменту «квартирного вопроса» уже уволились из полиции. Брат Ангелины Игорь Задорин рассказывает, что молодые люди сразу влюбились и стали жить вместе, а через полгода после знакомства сыграли свадьбу.
В 2019 году Ангелина забеременела. «В это время в семейной жизни Ангелины начались неприятности, – вспоминает брат Игорь. – Супруг стал часто задерживаться неизвестно где или вообще позволял себе не приходить домой. Часто стал приходить изрядно выпившим и вёл себя достаточно вызывающе по отношению к ней. Ангелина старалась списать всё на его стрессы, связанные с конфликтной ситуацией с отцом (об этом муж неоднократно рассказывал Ангелине), смертью его мамы».
«Когда в сентябре 2019 года у Антоновых родилась дочь, события начали набирать неблагоприятные обороты, – говорит Игорь Задорин. – Евгений по-прежнему часто уходил, пропадал на несколько дней, не звонил и не говорил, где находится. Пил и почти не работал, только временами подрабатывал где придётся, иногда – в такси. Денег в семье катастрофически не хватало, иногда даже на продукты. Кроме того, Евгений не платил алименты бывшей жене на содержание сына от первого брака, и долг по ним тоже рос. Когда Евгений возвращался домой, просил у жены прощения и обещал исправиться. Она прощала, но всё повторялось снова и снова».
«Семья жила на небольшое пособие Ангелины по уходу за ребёнком, – говорит Игорь. – До их знакомства у Евгения уже имелись свои большие долги, от нехватки денег на жизнь образовались долги уже в совместной жизни, до которых мужу дела совсем не было. К тому же у них были кредиты, один из которых супруги брали на свадьбу. Ангелину только одну заботило, как вовремя заплатить взнос или отдать очередной долг. Она даже продала имеющуюся у неё недвижимость, чтобы, наконец, покрыть все долги».
К этому времени, к скандалам добавились побои и угрозы убийством. Летом 2021 года родственники заметили на виске Ангелины большую рану – и маме, и брату она сказала, что ударилась об угол теплицы.
«При маме я не стал расспрашивать в чём дело, – вспоминает тот день Игорь Задорин. – Когда получилось поговорить тет-а-тет, я выяснил, что Евгений избил Лину. После этого я поговорил с Евгением, и он признался, что избил Лину – потому что не может найти работу, а Лина скидывает ему скрины вакансий охранников и грузчиков, а у него высшее образование и он не собирается устраиваться на такую работу. Он обещал, что такого больше не повторится и что он обязательно найдёт работу».
Тем же летом подруга Ангелины заметила у неё на руках и ногах синяки, и женщина призналась, что её избивает муж, а однажды налетел на неё с ножом, но попал по двери.
После продажи квартиры Ангелина погасила все долги и стала планировать, как выйдет на работу из отпуска по уходу за ребёнком, снимет квартиру и разведётся с агрессором. Евгений обещал, что изменится и уедет работать вахтовым методом, но так и не уехал. В ночь с 5 на 6 февраля 2022 года случилась трагедия.
«БИЛ ГОЛОВОЙ О ВАННУ И ГОВОРИЛ, ЧТО УБЬЁТ»
Евгений уехал из дома примерно в час ночи. Перед тем как уйти, между супругами произошёл очередной конфликт: мужчина был нетрезв, но взял ключи от машины и сел за руль. Она легла спать, но через два часа проснулась – вернулся муж и требовал пойти за ним. Чтобы не разбудить ребёнка, супруги зашли в ванную, Евгений орал, пытался выяснять отношения, говорил, что жена его «з*****а» (достала. – Прим. ред.).
Ангелина попыталась выйти из ванной комнаты, муж побежал следом, догнал, ударил по голове, ударил ещё раз, третий, четвёртый, затащил за волосы внутрь и стал бить головой о ванну. Женщина предполагает, что потеряла сознание, поэтому агрессор обливал её водой, ждал, когда она очнётся, и бил снова.
Видео Ангелины, записанное в ночь убийстваОткрывая глаза, Ангелина отмахивалась, отбивалась, кричала и пыталась высвободиться. В какой-то момент это удалось, и женщина побежала в комнату, где спала дочка. Позже она объяснит полиции и следователям – хотела защитить ребёнка, который уже давно проснулся и рыдал в темноте. Из комнаты Ангелина позвонила подруге, но та не взяла трубку. Тогда Ангелина начала записывать на телефон видео своего избитого лица и пытаться рассказать о случившемся. Опубликовать видео женщина не успела – в комнату вошёл Евгений, разъярённый, с дикими глазами. В правой руке он держал нож и, угрожая им, заставил жену пойти обратно внутрь квартиры.
«Евгений был в неадекватном состоянии, очень агрессивным, я испугалась ещё больше и стала просить его успокоиться, стала звать на помощь, – вспоминает Ангелина. – Мои крики [о помощи] ещё больше разозлили мужа, и он сказал мне, что убьёт меня, если я не замолчу. Тогда я решила закрыть его в ванной комнате, пнула его ногой ниже живота, и, схватив правой рукой дверь ванной, стала её закрывать».
Дверь ванной со стороны коридора закрывалась на себя, поэтому, когда Евгений оказался внутри и замахнулся на жену ножом, его рука как бы «застряла» в дверном проёме. Нож выпал. Ангелина схватила его и начала пятиться – надеялась, что он увидит нож и придёт в себя, остынет. Но Евгений, наоборот, разозлился ещё сильнее, кричал, что убьёт жену и в какой-то момент схватил нож прямо за лезвие. Ангелина одёрнула руку и начала размахивать ножом перед собой, защищаясь из последних сил. «В этот момент в комнате сильно плакала наша дочь. Я была очень испугана за себя и за неё, действовала на инстинкте самосохранения. Евгений, пытаясь выхватить у меня из рук нож, подходил ко мне всё ближе, отклоняясь грудной клеткой назад, я стояла на месте, но уже не надеялась на спасение… В какой-то момент я нанесла ему удар ножом в грудь, и муж начал падать вперёд», – вспоминает Ангелина. Она признаётся, что испуг и отчаяние сменились в тот момент ужасом. Увидев кровь и рану, она сразу вызвала «скорую», стала стучаться в двери соседей, но никто не открыл. По словам Ангелины, «скорая» ехала не меньше 25 минут, когда врачи вошли в квартиру, муж был уже мёртв.
В те периоды, когда Евгений был трезв, рассказывает Ангелина, он просил прощения и говорил, что изменится.
Ангелину обвинили в убийстве. Кроме того, в обвинительном заключении позднее появились и эпизоды о причинении лёгкого вреда здоровью – якобы женщина неоднократно била мужа «неустановленными предметами» задолго до его гибели. Ангелина настаивала, что не только не причиняла мужу никакого вреда ранее, но и не убивала его умышленно. Это была самооборона, повторяла она полицейским и следователям. «Следствие длилось год, – рассказывает Игорь Задорин. – Потерпевшую сторону представлял отец погибшего.
Свёкор знал о пагубных пристрастиях сына, знал, что он способен вытворять такого рода вещи. Отношения у них были разношёрстные, постоянно в конфликте. Последний год до рокового дня свёкор вообще отказывался помочь вернуть сына к реальности и как-то родительски повлиять на его поведение. Ангелина неоднократно обращалась к нему за помощью, но потом перестала, видя его абсолютное нежелание помочь. Тем не менее, во время следствия отец был полон ненависти и поглощён местью. Всячески давил на Ангелину, давал ясно понять, что, несмотря на то, что сын был зачинщиком очередного конфликта, он сделает всё, чтобы Ангелину осудили, отправили в места лишения свободы, а маленькую дочку он у неё обязательно заберёт навсегда».
Помимо этого, следствие опрашивало десятки свидетелей, многих Ангелина даже не знала. Все они, по словам Игоря, почему-то свидетельствовали против женщины, на одном из заседаний суда Ангелина узнала, что у супруга была любовница. «И она почему-то тоже стала свидетельствовать со стороны обвинения! Для Ангелины это было шоком. Нелепые доводы этих свидетелей не совпадали друг с другом и вызывали недоумение у всех участников процесса», – рассказывает брат Ангелины.
СВИДЕТЕЛИ И ПРОТИВОРЕЧИЯ
Свидетели, опрошенные в ходе следствия, действительно расходятся в характеристиках Евгения и Ангелины. Один знакомый Евгения Антонова рассказывает, что погибший был «мягким» и «спокойным» и практически не пил – только раз, и то, потому что «поругался с женой». При этом свидетели со стороны защиты Ангелины уверяют, что Евгений пил, бил жену, стал пропадать из дома ещё до рождения дочки, не поддерживал Ангелину в трудные моменты, например, просто пропал и не брал трубку телефона, когда женщина ждала его для поездки к врачу на УЗИ по беременности.
Отец и бывшая жена погибшего мужчины винят во всём Ангелину. Игорь Задорин, брат осуждённой, признаётся, что для него это большая загадка – почему эти люди так усердно свидетельствуют против его сестры.
«Один из свидетелей того, что Евгений агрессивно вёл себя – это его бывшая жена, я не знаю почему, она решила всё это замолчать, ведь Евгений не платил алименты на их общего ребёнка, а также они (он с отцом совместно) через суд добивались встреч с сыном от первого брака Евгения, а когда он выиграл дело, продолжил игнорировать сына, – говорит Задорин. – Евгений раньше работал оперуполномоченным, а его отец начальником местного МВД, и Евгению пришлось уволиться из органов, поскольку он совершил преступление с использованием табельного оружия. На момент знакомства Евгения и Ангелины он не работал, и поэтому с отцом они уже не общались. Благодаря Лине, Евгений перестал пить, и она настояла, чтобы они с отцом помирились, отец понимал, что теперь Евгений, скажем так, не его проблема и все заботы о нём легли на плечи Ангелины».
Из показаний Ю.А., отца погибшего (материалы обвинительного заключения): «Когда он [сын] начал проживать с Антоновой А.С., то у них происходили конфликты, в связи с чем сын начал выпивать. Он всегда был ухожен, любил находиться дома, готовил, безумно любил свою дочь и всё для неё делал […] Антонову А.С. может охарактеризовать как импульсивную, агрессивную, неуравновешенную женщину, она была очень скандальная. Постоянно пыталась выгородить себя, всегда говорила о том, что его сын «альфонс» и загнал её в долги. Но её никто не держал, она всегда могла спокойно уйти. Бывали случаи, что ночью Антонова А.С. ему звонила, говорила, что Женя выпивший, в связи с чем он его забирал, так как Антонова А.С. его об этом просила, он не хотел, чтобы они вступали в конфликты. Всегда инициатором конфликта была Антонова А.С. При этом, также иногда сын приходил к нему ночевать, говорил о том, что Антонова А.С. его не пускает домой. Отношения между ними были нормальные, однако около двух лет назад они у них испортились, так как Антонова А.С. стала ненавидеть его сына, говорить, что он во всём виноват, при этом она не уходила, ей было удобно с его сыном, так как он зарабатывал денежные средства».
Одна из знакомых Ангелины вспоминает, что знала о побоях, но жертве было «стыдно обращаться в правоохранительные органы, поскольку она сама там работала». Из допроса свидетельницы О.С. (материалы обвинительного заключения) о встрече с Ангелиной в 2021 году: «На лице Ангелины она увидела ссадину с рассечением в лобной области над бровью с левой стороны, при этом, она спросила у Ангелины, что произошло, на что она сказала о том, что у неё дочь играла игрушкой и задела её. Также на руках она увидела у неё синяки, она начала расспрашивать Ангелину, потому что было видно, что у неё телесные повреждения, которые не может причинить ребёнок. В этот момент Ангелина расплакалась, рассказала о том, что у неё проблемы в семье, она также сказала, что Евгений злоупотребляет спиртными напитками, нигде не работает, на этой почве у них происходят конфликты, в связи с чем он причиняет ей телесные повреждения. […] Она попросила никому не рассказывать, так как не хотела огласки. Она также говорила о том, что он причинял ей телесные повреждения систематически, то есть избивал он её неоднократно. Также Ангелина сказала о том, что рассказывала всё только в основном отцу Евгения. Также осенью 2021 года они с Ангелиной встречались на празднике, в ходе разговора она сказала, что собирается уходить из семьи, так как устала уже от данных отношений, сказала, что он её обманывает, брал из дома её личные вещи, которые продавал, говорила о том, что он её также продолжает избивать, при этом Ангелина сказала, что хочет переехать, записала ребёнка в детский сад, она хотела, чтобы ребёнок пошёл в детский сад, после чего она сразу хотела выйти на работу и переехать».
Из показаний свидетельницы А.А. (по материалам обвинительного заключения): «О том, что у него была действующая жена, которую зовут Ангелина, она узнала от самого Евгения, а также последний ей пояснил о том, что у него есть ребёнок. Она была в шоковом состоянии, поскольку не думала, что Евгений её обманывает. Они решили с Евгением прекратить близкие взаимоотношения, однако остались с ним хорошими друзьями. Ей не было известно о том, знала ли супруга что-либо о ней или нет. Евгений выпивал часто, но в состоянии алкогольного опьянения она его агрессивным никогда не видела. Когда они встречались, то с Евгением у них были хорошие взаимоотношения».
Важно отдельно рассказать о «лёгком вреде здоровью», который, по версии обвинения, Ангелина неоднократно причиняла своему погибшему мужу. На двух «лёгких» эпизодах фактически строилось обвинение Ангелины в убийстве: следствие и прокуратура доказывали в суде, что женщина не могла обороняться от агрессора, она намеренно его убила, и тому якобы свидетельствуют два вменённых Ангелине эпизода по ст. 115 УК РФ. Эти эпизоды стали «дополнением» к ст. 105 УК РФ «Убийство». Одного эпизода было бы недостаточно для крепкой стратегии по обвинению женщины в том, что она преступница, поэтому требовались минимум два эпизода.
Ангелина уверяет – она не причиняла мужу никаких травм.
СУД И СРОК
Следствие по делу Ангелины длилось год. Женщина всё это время находилась под подпиской о невыезде и раз за разом повторяла следователям – она не ранила мужа 24 января в бедро и 6 февраля в голень, и точно не виновата в предъявленных обвинениях. Да, признавала Ангелина, муж действительно погиб, но это произошло при её самообороне, а не при спланированном хладнокровном убийстве. Из материалов дела, впрочем, следует, что ни СК, ни прокуратура в виновности женщины не сомневались. Зимой 2023 года к рассмотрению дела приступил Усольский городской суд.
За четыре месяца судебного разбирательства показания дали 29 свидетелей, причём 22 из них – со стороны обвинения. Сначала суд исследовал показания родных Евгения и соседей Антоновых. Удивительно, но пятеро соседей буквально заявляли, что никогда не слышали в квартире Антоновых криков, а одна соседка вообще рассказала, что понятия не имела о том, что Евгений женат. Двоюродная сестра Евгения сообщала суду, что видела в квартире Антоновых дверь, всю истыканную ножом, но была уверена, что портила дверь Ангелина.
Друзья и бывшие коллеги погибшего уверяли – Евгений был прекрасным человеком, исключительно положительным, «души не чаял» в дочке, о жене практически ничего не говорил и лишь изредка выпивал. Суд исследовал и показания врачей – как работников травмпункта, так и фельдшеров, приехавших на вызов Ангелины 6 февраля. Одна из медиков сообщила, что в ванной не было следов борьбы, воды или беспорядка. Другая – что ран на теле погибшего было две: на груди и ближе к животу.
Кроме того, суд исследовал экспертизы ран Евгения и орудия убийства, посмотрел доступные видеозаписи из травмпункта (предшествующие трагедии) и детализацию звонков с мобильных телефонов участников конфликта.
Со стороны защиты суд исследовал показания семи человек – матери Ангелины, её брата, соседки и четырёх подруг. Все они рассказывали о том, что Ангелину муж бил систематически, всегда будучи пьяным и агрессивным. Так, одна из подруг Инна знала, что у Евгения был нервный срыв после смерти матери, и он разбил в доме окна. Когда Инна пришла в гости, то увидела подтверждения – заклеенные скотчем окна, балконную дверь и выбитые стёкла в мебельном гарнитуре. Позже семья Антоновых и семья свидетельницы вместе встречали Новый год, однако Евгений быстро опьянел, стал ругаться, и Ангелина увезла его домой. На следующее утро Ангелина рассказала подруге, что дома муж её избил «головой об коленку». Инна подтвердила, что лично видела, как Евгений ездил за рулём пьяным, часто пропадал, не сопровождал жену в больницу во время беременности и после продажи квартиры Ангелины и раздачи долгов не смог справиться с алкогольной зависимостью и «снова стал пропадать», а затем «заложил украшения Ангелины в ломбард».
Подруги рассказывали, что видели синяки на Ангелине регулярно – на руках, на шее, на лице. Истыканную ножом дверь в квартире и «зияющую рану» на виске дочери однажды увидела и мать Ангелины, но девушка сказала, что ударилась о теплицу.
Соседка рассказывала, что в июне 2021 года услышала из квартиры Антоновых крики о помощи и прибежала, стала стучаться, дверь открыл пьяный Евгений и прогнал соседку. Затем мужчина сам пришёл к ней, «извинился» и пригласил пойти познакомиться с женой. Тогда соседка впервые увидела Ангелину – та держалась за голову, в комнате стояла бутылка спиртного, но ни беспорядка, ни крови женщина не заметила. Бывшая коллега Ангелины по службе в МВД рассказывала, что видела её летом 2021 года: на руках синяки, над бровью ссадина. Ангелина рассказала знакомой, что её бьёт муж, но она надеется, что всё наладится. Позднее, на профессиональном празднике «День дознания» в октябре, женщины снова встретились, и Ангелина рассказала, что собирается выйти на работу и развестись.
Все свидетели защиты, видевшие Ангелину после 6 февраля, описывали её состояние, как «подавленное» и указывали – на лице женщины были синяки, на шее – кровоподтёки.
Впрочем, позицию защиты и показания свидетелей защиты суд едва ли не проигнорировал, заключив, что все они «не являлись очевидцами» конфликтов и значит, не убедили суд в том, что Евгений регулярно бил жену.
10 мая 2023 года Ангелину приговорили к 8 годам и 4 месяцам колонии. Суд признал её виновной по всем вменённым эпизодам – от причинения лёгкого вреда здоровью мужа до его убийства.
ШАНСЫ НА СПРАВЕДЛИВОСТЬ
Адвокаты Ангелин оспорили решение Усольского горсуда в Иркутский областной суд. Рассмотрение жалобы на приговор состоялось в сентябре прошлого года. «Выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам, которые были установлены в ходе рассмотрения уголовного дела, – настаивала защита. – Непонятно почему суд первой инстанции взял в основу приговора только показания свидетелей стороны обвинения, а свидетели стороны защиты были приняты за заинтересованных лиц, в связи с чем их показания были отвергнуты судом. Ведь очевидно, что показания свидетелей стороны защиты являются более информативными и точными, кроме того, не опровергнутыми стороной обвинения». Однако и здесь Ангелина получила отказ в справедливом разбирательстве. Суд формально ознакомился с доводами адвокатов, с указанием на ошибки нижестоящего суда, с фактами регулярного семейного насилия по отношению к Ангелине и общими фразами оставил в силе решение коллег из Усолье-Сибирского. Принцип презумпции невиновности, который гласит, что «все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены, толкуются в пользу обвиняемого», нарушили и городские, и областные судьи. «Все сомнения буквально были истолкованы не в мою пользу», – заключает Ангелина. Сейчас она находится в исправительной колонии №28 Республики Хакасия.
Адвокаты тем временем подали новую жалобу – уже в кассационный суд. 27 февраля Восьмой кассационный суд должен рассмотреть дело Ангелины Антоновой. «Подсудимая действовала в состоянии необходимой обороны, защищаясь от противоправного насилия со стороны потерпевшего, – настаивает защита. – Действия Ангелины были направлены на прекращение дальнейшего насилия со стороны Евгения и не вышли за пределы необходимой обороны, а значит – не образуют состава какого-либо преступления».
Адвокаты называют подход иркутских судов к оценке действий Ангелины «дискриминационным». Защита уверена – такой подход не позволяет обеспечить соблюдение прав Ангелины, а именно: права не подвергаться насилию и жестокому обращению, права на справедливое судебное разбирательство.
«Сначала следствие, а потом суд отказываются объективно расследовать и оценивать обстоятельства насилия в отношении самой Антоновой, несмотря на наличие у неё телесных повреждений. Более того, ни следствие, ни суд, по сути, не отрицают, что изначально нож находился в руках погибшего, но отказываются подробнее рассмотреть вопрос, при каких обстоятельствах обвиняемая «завладела» ножом, представляли ли эти обстоятельства опасность для её здоровья и жизнь. Это крайне типично для таких дел, органы закрывают глаза на то, что было до момента «ударила его ножом», тем самым лишают женщин права на справедливое судебное разбирательство и объективное расследование», – комментирует адвокат, руководительница Центра защиты пострадавших от домашнего насилия Мари Давтян.
Адвокаты также напоминают, что на Российской Федерации лежит обязательство «проводить эффективное и непредвзятое расследование случаев домашнего насилия и связанных с ним противоправных действий, обеспечивать жертвам доступ к правосудию» в соответствии с положениями Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин. Это обязательство в том числе включает в себя обязанность должностных лиц воздерживаться от стереотипных представлений о том, какой должна быть «идеальная» жертва насилия в семье и её «ожидаемое» или «желаемое» поведение в ситуации насилия и агрессии со стороны партнёра.
«Суды не должны требовать от женщины, живущей в продолжительной травмирующей ситуации, возможности объективно и быстро предсказать реальность риска, действовать «разумно» и при первой возможности стараться избежать опасности, покинуть квартиру или предпринять какие-либо иные действия [… ] Защита считает необоснованной данную судом оценку действиям подсудимой в приговоре. Суд применил жёсткие стандарты относительно того, каким должно было быть «рациональное» и «разумное» поведение подсудимой в ситуации очередного акта насилия и риска для её жизни», – говорится в тексте жалобы на приговор.
Напомним, ранее СМИ подсчитали, что 79% женщин, осуждённых в России за убийство, были жертвами домашнего насилия, а 83% женщин, осуждённых за убийство при превышении пределов необходимой обороны, защищались от своих партнёров.
Согласно данным нового исследования, о масштабах домашнего насилия в России, 79% обвиняемых женщин в суде давали показания о том, что они пытались защититься.
В исследовании указано, что суды часто формально подходят к оценке ситуации насилия, особенно в отношении обвиняемых женщин. То, что обвиняемая защищалась, суды не считают важным фактором для переквалификации дела.
Фото из архива автора