Дело Зашляпина-Шунайлова: а где же взятка?

В Екатеринбургском гарнизонном военном суде завершилось рассмотрение уголовного дела в отношении бизнесмена Зашляпина и майора ФСБ Шунайлова. Многие важные детали этого процесса оказались скрыты от прессы и общественности. Приговором суда чекист осужден не за получение взятки, а за покушение на мошенничество. При этом бизнесмен осужден за покушение на взятку.

После вынесения приговора Андрей Зашляпин в эксклюзивном интервью "Уралинформбюро" обнажил хитросплетения суда и следствия.

– Андрей Аркадьевич, если вникнуть в суть речи прокурора в прениях, взятки, о которой говорили с момента ареста майора Шунайлова, как таковой и не было?

– Конечно же, не было. У меня есть набор доказательств, предоставленных в суд, которые следствие не захотело видеть, потому что они рушили их обвинение, того, что в отношении меня были мошеннические действия Видади Мустафаева. Я передал ему 6 миллионов рублей, оформив это в виде займа. И в судебном порядке взыскал данную сумму за неисполнение взятых обязательств. Ему нечем отдавать долг, а теперь он вообще арестован за аналогичное мошенничество в отношении других лиц. Вот вам отправная точка этого уголовного дела.

Андрей Зашляпин

– Факт есть факт: Мустафаев несколько лет назад получил от вас 6 миллионов рублей, которые были оформлены в виде займа. За что вы заплатили?

– На тот момент администрация города Среднеуральск инициировала более 20 исков против моей компании на общую сумму 385 миллионов рублей, а также по гарантийным обязательствам были изъяты со счетов 50 миллионов в связи с расторжением контракта на реконструкцию очистных сооружений. Мустафаев в разговорах со мной (аудиозаписи были предоставлены в суд и есть в материалах уголовного дела) обещал помочь урегулировать конфликт с администрацией города, "дипломатическим путем" прекратить "войну судов" и помочь вернуть изъятые гарантийные суммы. Моим естественным желанием было решить это быстро, не тратя годы на суды и проценты по кредитам. Мустафаев обманул меня и ничего не сделал. Я самостоятельно, затратив огромное количество времени и сил, доказал свою правоту и вернул все изъятые суммы. Факт того, что я взыскал с него 6 миллионов рублей в судебном порядке, подтверждает гражданско-правовой характер наших отношений.

– Какую роль во всей этой истории играл Шунайлов?

– После достижения между мной и Мустафаевым договоренности об оказании с его стороны помощи в урегулировании конфликта с администрацией города Среднеуральск и возврате гарантийных сумм Мустафаев познакомил меня с неким Артемом Андреевичем. Я встречался с ним, показывал ему документы, а он давал мне советы, что делать в моей ситуации. Долгое время он был для меня просто Артемом Андреевичем, знакомым Мустафаева. Я не воспринимал этого человека каким-либо должностным лицом, а он сам никогда не сообщал мне о каком-либо месте своей работы. Долгое время я не знал даже его фамилии. Только через полгода после нашего знакомства и получения от меня денег Мустафаев сказал мне, что Артем – сотрудник ФСБ.

Артем Шунайлов

– Прокурор вменяет вам покушение на взятку. Вы согласны с предъявленным обвинением?

– С позицией прокурора я не согласен, я не собирался и не давал никому взятку. Я просил Мустафаева помочь мне только законными способами, никаких противоправных действий я не просил его совершать – он сам это подтверждает на записях наших разговоров. С Артемом Андреевичем мы вообще никогда не вели разговоры о деньгах. Он не обещал мне, а я и не просил, никакого покровительства или решения вопросов в правоохранительных органах.

– Как могло случиться, что силовики и прокуратура "пляшут под дудочку" Мустафаева, находящегося сейчас в СИЗО по обвинению в мошенничестве? Это же нонсенс.

– Я думаю, перед ними была поставлена задача – осудить за взятку любой ценой. Напомню, что я взыскал с Мустафаева полученные им 6 миллионов по решению Кировского суда. Единственный способ не возвращать долг – представить его как взятку, а себя как посредника в её передаче. Мустафаев оговаривает меня, и для этого у него есть прямой мотив.

Видади Мустафаев

– Вас заставляли признаться в том, чего вы не совершали?

– Да. Я никому не давал взятку и сам пострадал от того, что связался с этими людьми. Того, в чем меня изначально заставили признаться, вообще нет в обвинительном заключении. Шунайлов отрицает получение денег от меня через Мустафаева, а я никогда не просил об этом Мустафаева, который сам подтверждает это на тех же записях. Единственным доказательством обвинения сегодня являются лишь показания Мустафаева. Он выставляет себя посредником в передаче денег, освобождаясь при этом и от уголовной ответственности за посредничество, и от выплаты мне долга.

Следователь утверждал, что в переданной мной Шунайлову некой справке, которую никто не видел, и даже я, были три вопроса, в том числе сведения по уголовному делу №12102650001000087, из-за которого я "очень волновался". Однако это дело возбудили только 7 октября 2021 года – через месяц после того, как я, якобы, передал "справку". Такого номера в сентябре просто не существовало, а я просто не мог знать о его возбуждении. Это доказывает, что обвинение сфабриковано задним числом и сфабриковано хоть под какую-то, приемлемую, по мнению следователя, фабулу.

– Военная прокуратура в прениях заявила, что Шунайлов – мошенник. Что вы об этом думаете?

– Это самое интересное. Прокурор заявил, что Шунайлов – мошенник. А меня обвинил в покушении на взятку. Но я хочу задать простой вопрос: а где в этой новой версии Мустафаев? Ведь именно ему я передал деньги. Именно с ним у меня были договоры займа. Именно он обещал мне помочь. Если Шунайлов – мошенник, значит, никакой взятки не было и в помине. Был обман. А Мустафаев в этом обмане – ключевая фигура. Но я-то здесь при чем? Я отдал деньги Мустафаеву, а не Шунайлову.

Прокурор просил осудить меня за покушение на взятку, при этом сам же утверждал, что тот, кто, якобы, должен был взятку получить – мошенник. Этого не может быть. Либо Шунайлов – взяточник, и тогда я – взяткодатель. Либо он – мошенник, и тогда я – жертва мошенничества. Мне кажется, одновременно этого быть не может. Где логика?

Мустафаев – это "слабое звено", которое прокурор "попытался" не заметить. Но именно Мустафаев – тот человек, с которым у меня были реальные отношения. Именно он получил мои деньги. Именно с него я их взыскал через суд. И именно он сейчас арестован за мошенничество. Куда же он исчез из нового обвинения?

– Что вы думаете о ходе суда и о приговоре, признавшем вас виновным в покушении на дачу взятки?

– Сам я крайне негативно отношусь к взяточничеству и любым коррупционным проявлениям. За всю свою жизнь – ни в бизнесе, ни в должности главы города, ни в депутатской работе – я никогда не давал и не брал взяток. Меня воспитывали в уважении к закону. И предложение следствия "сознаться" в том, чего я не совершал, и обвинение во взятке, которую я не давал и не собирался давать, стало для меня огромным шоком и потрясением.

А теперь задумайтесь – разве взяткодатель бежит в суд требовать назад деньги, переданные в качестве подкупа?! Вы хоть раз про такое слышали?! Так что обвинение меня в покушении на дачу взятки – это просто абсурд! Я не преступник, я – жертва обмана, и у меня есть доказательства этого. Я представил их в суд. Я не просил у суда поблажек, я просил правды. И я благодарен своим защитникам, которые проделали колоссальную работу, чтобы доказать мою невиновность, в которой ни они, ни лично знающие меня люди не сомневаются.

Мотивировочную часть приговора я ещё не получил, поэтому обсуждать его подробно пока не могу. Хочу сказать, что я благодарен суду за то, что он дал мне возможность защищаться от обвинения прокуратуры, приобщив мои доказательства. И спасибо суду за то, что оставил меня на свободе.

Беседовал Дмитрий БУЗДАЛОВ