Самая долгая минута в их гоночных карьерах

В мире автогонок каждая сотая доли секунды имеет значение. Гонка может длиться 20 минут, 500 миль или целые 24 часа, и все равно победитель может быть отделен от своих конкурентов всего лишь мигом.

На протяжении Monterey Car Week 2024 в качестве гостя Rolex мне посчастливилось пообщаться с двумя гоночными легендами, хорошо знакомыми с напряженными победами: Дженсоном Баттоном и Херли Хэйвудом. Оба мужчины являются посольством Rolex, связанным с швейцарским часовщиком в знак признания их огромного вклада в мировые автоспорты.

Хэйвуд владеет пятью наручными часами Rolex Daytona в своей коллекции, каждый из которых он получил за победу в Rolex 24 в Дейтоне. Баттон, чемпион Формулы-1, надеется завоевать свой первый постамент Rolex на 24 Часах Ле-Мана в следующем году.

Наши разговоры кружились вокруг понятия времени. Не только секунд, составляющих круг, но и лет практики и жертв, тысяч часов опыта, которые отделяют молодого гонщика от опытного профессионала. Я задал каждому гонщику один и тот же вопрос: Какова была самая долгая минута в вашей гоночной карьере? Их ответы были глубокими, охватывая радость и агонию, которые сопутствуют соревнованиям на вершине автоспорта.

Когда я задал этот вопрос Хэйвуду во время Rolex Monterey Motorsports Reunion в этом месяце, его ответ был немедленным.

"Попытка выбраться из горящей машины, это была самая долгая минута в моей жизни", – сказал он мне. "Это было в Моспорте".

Хэйвуд водил Porsche 935, принадлежащий Престону Хенну, на Canadian Tire Motorsport Park. Это было в 1983 году, незадолго до того, как друг и напарник Хэйвуда Питер Грегг покончил жизнь самоубийством. Как рассказал Хэйвуд журналу Motorsport: "Когда я сломал ногу в Моспорте [...] гоночный автомобиль было единственным местом, куда я мог уйти и не думать о боли, потому что вы были настолько сосредоточены на том, что делали... Гонки – это замечательная маска для того, что происходит внутри вас".

Хэйвуд – ветеран вьетнамской войны и самый побеждающий американский гонщик в истории гонок на выносливость. Конечно, он пять раз побеждал на Rolex 24 в Дейтоне, трижды на 24 часах Ле-Мана и дважды на 12 Часах Сибринга. Несомненно, этот скромный, вежливый гонщик пережил немало страшных моментов. Но когда он рассказывает о той аварии и ее последствиях, вы понимаете ужас того момента:

"Я серьезно сломал ногу", – рассказал он Motor1. "Вылезти из машины было настоящим испытанием. Я не мог выбраться. Я посмотрел вниз и видел подошву моей ноги".

Левая нога Хэйвуда была в гипсе два года. Не в состоянии управлять тяжелой педалью сцепления в своем Porsche, он присоединился к Group 44 Racing, где мог водить полуавтоматический Jaguar прототип во время заживления ноги. Никогда не теряя темпа, Хэйвуд вскоре пересел на Group 44 Audi Quattro, выиграв в процессе чемпионат по гонкам Trans-Am 1988 года.

Более 40 лет спустя Хэйвуд с радикальным подходом гонщика вновь заговорил об аварии.

"Нога все еще на месте", – сказал он, "и я все еще могу неплохо ходить".

В другом месте на Motorsports Reunion, ежегодном мероприятии на трассе Лагуна Сека, я встретился с Дженсоном Баттоном. После 17-летней карьеры в Формуле-1, Баттон применил себя практически в каждой гоночной серии на Земле, от Trophy Trucks до SuperGT. В перерыве от FIA World Endurance Championship, где он управляет гиперкаром Porsche No. 38 команды Hertz Team Jota, Баттон впервые выступал на Лагуна Сека, гоняя на своем Jaguar C-Type 1952 года на исторических гонках.

Мы поговорили после того, как он проехал несколько тренировочных кругов на Jaguar, который изначально принадлежал шестикратному чемпиону мира Хуану Мануэлю Фанхио. Баттон никогда ранее не гонял на этой знаменитой гоночной трассе в Калифорнии, но благодаря его огромному опыту, Коркскрью не вызвал у него затруднений.

"Все в порядке", – сказал он о слепом спуске на восьмом повороте Лагуна. "Это не Эау-Руж. Просто очень крутой спуск".

Я спросил Баттона о самой долгой минуте его гоночной карьеры:

"Бразилия, 2009 год, последний круг, когда я выиграл чемпионат мира", – сказал он. "Ты слышишь все. Ты слышишь все звуки. Я постоянно спрашивал команду, все ли в порядке, нужно ли мне переключать коробку на коротшие обороты, нужно ли мне заботиться о двигателе? Нет, все хорошо. Но все равно ты беспокоишься об этом. Это момент, который может изменить жизнь, или нет".

Баттон финишировал на пятом месте на Гран При Бразилии 2009 года. Он выиграл шесть из семи первых гонок в том сезоне, но испытывал трудности во второй половине сезона. В недавнем документальном фильме об этом решающем сезоне Формулы-1 Баттон открыто рассказал о психологических борьбах и отсутствии уверенности в себе, которые чуть не погубили его. Так что на последнем круге Интерлагоса, уверившись в своем чемпионстве, неудивительно, что его ум был в бешенстве.

"Это было 15 лет назад, но ты все равно помнишь", – сказал он Motor1. "Ты проходишь всю свою карьеру за одну минуту. Удивительные воспоминания о гонках на картингах с моим отцом рядом всё это время, и то, что ты пожертвовал как ребенок, радости и печали. Потому что в гоночной карьере у тебя много падений. Ты не всегда сидишь в машине, которая достаточно хороша".

Баттон в настоящее время гоняет в WEC вместе с Оливером Расмуссеном, 23 лет, и Филом Хансоном, 25 лет. Он быстро признает, что его молодые коллеги усердно работают и учатся быстрее, чем ему в 44. Но с возрастом приходит опыт, особенно когда речь идет о падениях в долгой гоночной карьере.

"Если ты снова окажешься там, ты можешь быстро вырваться оттуда", – сказал Баттон. "Ты сразу готов бороться. Твоя голова на месте. В молодости ты иногда борешься с этим, потому что всегда хочешь доказать себе, в каждую секунду гонки, всегда пытаешься доказать себе. Любая негативность просто уничтожает тебя ментально. Гонщики настолько неуверенны".