Блоги |
Неизвестные снайперы торговой войны
В торговой войне США против Китая имеет место просчитываемый дозированный прессинг с повышением ставок. По сути Поднебесная выступает как полигон для апробации новых форм, способов и методов гибридной агрессии.
В основе лежат санкционное давление, инструменты дипломатии и «внестоличная цветная революция», где центральное место занимает дестабилизация ситуации в Гонконге. После обкатки подобные технологии США вполне могут применить и против России.
Решение гонконгских властей принять законопроект об экстрадиции преступников стало формальным поводом для массовых протестов и беспорядков. Местная «демократическая общественность» немедленно возмутилась инициативой «пропекинской» Кэрри Лам (главы административного района), заявив, что это будет означать «смерть автономии». Особо не устраивает возможность экстрадиции на материк разного рода правозащитников и диссидентов – в общем, тех, кто недоволен китайской властью.
Масштаб возникших волнений оценивают по-разному. Сами организаторы приводят оценку в 1,03 миллиона человек на пике протестов, власти – 240 тысяч, но в любом случае это явно больше даже по сравнению с так называемой революцией зонтиков 2014 года. Степень жесткости столкновений также возросла: тут и погромы, и штурм местного парламента, и паралич гонконгского аэропорта, и прочее. Пока принятие законопроекта отложено, но протесты продолжаются, как заявляется, с целью его полной отмены. Реакция Пекина однозначная – имеет место вмешательство Вашингтона во внутренние дела Китая.
Официальный представитель МИДа Хуа Чуньин прямо обвинила США в том, что насилие в ходе протестов является их «творением». Данное заявление прозвучало после того, как вице-президент США Майкл Пенс, советник по вопросам национальной безопасности Джон Болтон и госсекретарь Майк Помпео обсудили с гонконгским бизнесменом, медиамагнатом Ли Чжиином (он же Джимми Лай) «Закон об экстрадиции», а также существование Гонконга по принципу «Одна страна – две системы».
Джимми Лай – прозападный деятель, он засветился еще в 1989 году во время событий на площади Тяньаньмэнь, раздавая футболки с портретами студентов-лидеров протестов, был активным участником «революции зонтиков». Примечательно, что в то время Лай имел контакты с главой Гонконгско-американского центра (финансировавшего протесты Occupy Central в Гонконге) Мортоном Холбруком, сотрудником дипломатической службы США, человеком, близким к экс-министру обороны США, неоконсерватору Полу Вулфовицу.
Однако есть важные отличия нынешних событий от «революции зонтиков». Начнем с того, что 12 августа поступила информация о концентрации подразделений Народной вооруженной милиции (входит в состав НОАК) в городе Шэньчжэнь, граничащем с Гонконгом. Фиксировалось прибытие в большом количестве грузовиков и бронетехники. Сам по себе это примечательный факт, поскольку если китайцы для подстраховки направили туда военных, значит, у них имеются основания считать, что потенциал протестов может быть куда большим, чем кажется со стороны.
Как только военные окажутся внутри города, встанут на защиту административных зданий, оградят площади и т. п., наверняка появятся провокаторы, которые попытаются столкнуть стороны лбами. Схема отработана, одна из ее разновидностей – «неизвестные снайперы», как это было, например, на киевском майдане 2014 года.
В результате насилие переходит на новый уровень: полиция и солдаты пускают в ход оружие вплоть до боевого. Толпа же, зверея от пролитой крови, подстегиваемая провокаторами и указаниями через социальные сети, применяет подручные средства – от бит до самодельных газовых гранат.
Таким способом достигается самоподдерживающийся режим эскалации насилия, а власти (в обсуждаемом случае – Пекин) будут обвинены в «преступлениях против своего народа». Затем сформируется коалиция стран, «осуждающая непропорциональное применение силы со стороны правоохранительных структур и политического руководства», в разных городах мира пройдут пикеты и митинги у китайских посольств и консульств, активируются вбросы о необходимости усилить санкционный прессинг против страны, исключить ее из тех или иных организаций и т. п. И это только начало.
Если проанализировать нынешнюю дестабилизацию в Гонконге в увязке с событиями пятилетней давности, бросается в глаза наращивание организаторами ресурсов, вливаемых для усиления волнений и погромов. Сохранение страной-мишенью устойчивости социальной и государственной системы под действием развязанной против нее неклассической войны ведет к использованию агрессором все более разрушительных средств.
Например, «цветная революция» может проводиться в несколько фаз, разнесенных во времени и пространстве. Первая – так называемая зондажная. Агрессор запускает урезанную версию «цветной революции» в столице или в другом регионе страны (Гонконг-2014) с целью изучить реакцию властей и вскрыть уязвимости. Вторая – полноценная классическая фаза. Третья – так называемая DDoS-революция идет на смену второй фазе, если ее оказалось недостаточно, агрессор активирует протесты сразу в нескольких проблемных регионах страны-мишени с достижением кумулятивного и синергетического эффекта (по аналогии: власть – это сервер, который при помощи активации пространственно-разнесенных беспорядков пытаются «задидосить»).
Поскольку объект-мишень (администрация Гонконга и сам Пекин) проявил устойчивость, давление США продолжает наращиваться и пока события развиваются в соответствии со второй фазой вышеприведенной схемы и планами агрессора. Формальным поводом для выступлений толпы стал законопроект об экстрадиции, но по времени он совпал с очередным обострением в торговой войне. Разрастание протестов пришлось на период после окончания 90-дневного «перемирия», в течение которого США и Китай планировали достичь нового соглашения.
Как известно, из этого ничего не вышло. 1 марта «перемирие» закончилось и в течение месяца (естественно, совершенно случайно) начались протесты против закона об экстрадиции, идущие до сих пор. Поскольку соглашения нет из-за стойкости Китая, который не хочет заключать невыгодную для него торговую сделку, его подталкивают в нужном направлении целым набором средств. Антипекинские выступления в Гонконге – одно из них.
К слову, о контактах между американскими официальными лицами и лидерами протестов-2019 писали китайские государственные издания. Они опубликовали фотографии, которые были сделаны во время встречи сотрудницы Генерального консульства США Джули Иде с лидерами антипекинских протестов в гонконгском отеле Marriott. Примечательно, что официальных данных о ее деятельности после 2011 года почти нет, а биография и навыки идеальны для «пиджака» – сотрудника разведки под дипломатическим прикрытием.
Таким образом, протесты-2019 представляют собой логическое продолжение «революции зонтиков» с учетом полученного опыта. Пять лет назад в Гонконге обкатали технологию «внестоличного майдана» и отложили в качестве заготовки до нужного момента. Как только час настал, ее немедленно задействовали, но с большим размахом. Если КПК отдаст приказ Народной вооруженной милиции на силовые действия против толпы в Гонконге, то сделает именно то, чего ждет противник. В таком случае события будут развиваться по негативному сценарию, вычислить цель не составляет труда.
Если Пекин не поддастся на давление Вашингтона, подрыв китайской экономики продолжится не только за счет повышения пошлин на товары и прочее, но и через дестабилизацию Гонконга, который по сути принесут в жертву. Две трети инвестиций из Китая и в него проходят через этот мировой финансовый центр. Капитал найдет себе новую «тихую гавань», скажем, в Сингапуре. Проблема в том, что хоть Китай и стремится взять под контроль финансовую систему Гонконга с целью не допустить бегства капитала, подрывная работа внешних сил ведет совсем не к тому результату, на который рассчитывает Пекин. Одно дело – перекрыть каналы оттока, совсем другое, когда Гонконг из-за искусственно индуцированной дестабилизации потеряет статус «ворот в Китай». Наряду с потерями от торговых войн это может иметь крайне серьезные последствия.
Здесь же проявляется еще один эффект. Гонконг – особый офшор для китайской красной аристократии, ликвидация этой «тихой гавани» наносит удар по ряду кланов, что дополнительно обострит существующие противоречия внутри КПК при выраженном недовольстве некоторых ее представителей возможным неограниченным сроком правления Си Цзиньпина и заместителя председателя КНР Ван Цишаня. Через инициацию раскола внутри компартии США пытаются создать еще одну точку давления на Постоянный комитет политбюрю ЦК КПК (высший орган власти в КНР), чтобы вынудить его и лично Си Цзиньпина заключить новое торговое соглашение на условиях Трампа.
К слову, сообщение о том, что США все же отложили введение новых пошлин на часть китайских товаров до декабря 2019 года, говорит о выбранной ими выжидательной позиции. Штаты анализируют и оценивают эффект воздействия на Поднебесную через уже ранее введенные пошлины, санкции в отношении телекоммуникационных гигантов и, наконец, активацию бунтов в Гонконге. Следовательно, в зависимости от того, продолжит Пекин сопротивление или нет, в Вашингтоне примут решение о том, наращивать давление или пока остановиться, если китайцы стали сговорчивее.
В сценарии демонстрации ими упорства (а это наиболее вероятное решение руководства страны) американцы способны перейти к вышеописанной третьей фазе, то есть к гонконгской проблеме добавится дестабилизация в других проблемных регионах КНР (СУАР, Внутренняя Монголия и пр.). Вероятно, найдутся новые болевые точки, например, в финансовой сфере. Такая схема DDoS-революции в совокупности с технологией торговых войн и подрыва проекта «Один пояс, один путь» рассчитана на достижение синергетического эффекта с разрушительными последствиями для Поднебесной.
https://vpk-news.ru/articles/52038
В основе лежат санкционное давление, инструменты дипломатии и «внестоличная цветная революция», где центральное место занимает дестабилизация ситуации в Гонконге. После обкатки подобные технологии США вполне могут применить и против России.
Решение гонконгских властей принять законопроект об экстрадиции преступников стало формальным поводом для массовых протестов и беспорядков. Местная «демократическая общественность» немедленно возмутилась инициативой «пропекинской» Кэрри Лам (главы административного района), заявив, что это будет означать «смерть автономии». Особо не устраивает возможность экстрадиции на материк разного рода правозащитников и диссидентов – в общем, тех, кто недоволен китайской властью.
Масштаб возникших волнений оценивают по-разному. Сами организаторы приводят оценку в 1,03 миллиона человек на пике протестов, власти – 240 тысяч, но в любом случае это явно больше даже по сравнению с так называемой революцией зонтиков 2014 года. Степень жесткости столкновений также возросла: тут и погромы, и штурм местного парламента, и паралич гонконгского аэропорта, и прочее. Пока принятие законопроекта отложено, но протесты продолжаются, как заявляется, с целью его полной отмены. Реакция Пекина однозначная – имеет место вмешательство Вашингтона во внутренние дела Китая.
Официальный представитель МИДа Хуа Чуньин прямо обвинила США в том, что насилие в ходе протестов является их «творением». Данное заявление прозвучало после того, как вице-президент США Майкл Пенс, советник по вопросам национальной безопасности Джон Болтон и госсекретарь Майк Помпео обсудили с гонконгским бизнесменом, медиамагнатом Ли Чжиином (он же Джимми Лай) «Закон об экстрадиции», а также существование Гонконга по принципу «Одна страна – две системы».
Джимми Лай – прозападный деятель, он засветился еще в 1989 году во время событий на площади Тяньаньмэнь, раздавая футболки с портретами студентов-лидеров протестов, был активным участником «революции зонтиков». Примечательно, что в то время Лай имел контакты с главой Гонконгско-американского центра (финансировавшего протесты Occupy Central в Гонконге) Мортоном Холбруком, сотрудником дипломатической службы США, человеком, близким к экс-министру обороны США, неоконсерватору Полу Вулфовицу.
Однако есть важные отличия нынешних событий от «революции зонтиков». Начнем с того, что 12 августа поступила информация о концентрации подразделений Народной вооруженной милиции (входит в состав НОАК) в городе Шэньчжэнь, граничащем с Гонконгом. Фиксировалось прибытие в большом количестве грузовиков и бронетехники. Сам по себе это примечательный факт, поскольку если китайцы для подстраховки направили туда военных, значит, у них имеются основания считать, что потенциал протестов может быть куда большим, чем кажется со стороны.
Как только военные окажутся внутри города, встанут на защиту административных зданий, оградят площади и т. п., наверняка появятся провокаторы, которые попытаются столкнуть стороны лбами. Схема отработана, одна из ее разновидностей – «неизвестные снайперы», как это было, например, на киевском майдане 2014 года.
В результате насилие переходит на новый уровень: полиция и солдаты пускают в ход оружие вплоть до боевого. Толпа же, зверея от пролитой крови, подстегиваемая провокаторами и указаниями через социальные сети, применяет подручные средства – от бит до самодельных газовых гранат.
Таким способом достигается самоподдерживающийся режим эскалации насилия, а власти (в обсуждаемом случае – Пекин) будут обвинены в «преступлениях против своего народа». Затем сформируется коалиция стран, «осуждающая непропорциональное применение силы со стороны правоохранительных структур и политического руководства», в разных городах мира пройдут пикеты и митинги у китайских посольств и консульств, активируются вбросы о необходимости усилить санкционный прессинг против страны, исключить ее из тех или иных организаций и т. п. И это только начало.
Если проанализировать нынешнюю дестабилизацию в Гонконге в увязке с событиями пятилетней давности, бросается в глаза наращивание организаторами ресурсов, вливаемых для усиления волнений и погромов. Сохранение страной-мишенью устойчивости социальной и государственной системы под действием развязанной против нее неклассической войны ведет к использованию агрессором все более разрушительных средств.
Например, «цветная революция» может проводиться в несколько фаз, разнесенных во времени и пространстве. Первая – так называемая зондажная. Агрессор запускает урезанную версию «цветной революции» в столице или в другом регионе страны (Гонконг-2014) с целью изучить реакцию властей и вскрыть уязвимости. Вторая – полноценная классическая фаза. Третья – так называемая DDoS-революция идет на смену второй фазе, если ее оказалось недостаточно, агрессор активирует протесты сразу в нескольких проблемных регионах страны-мишени с достижением кумулятивного и синергетического эффекта (по аналогии: власть – это сервер, который при помощи активации пространственно-разнесенных беспорядков пытаются «задидосить»).
Поскольку объект-мишень (администрация Гонконга и сам Пекин) проявил устойчивость, давление США продолжает наращиваться и пока события развиваются в соответствии со второй фазой вышеприведенной схемы и планами агрессора. Формальным поводом для выступлений толпы стал законопроект об экстрадиции, но по времени он совпал с очередным обострением в торговой войне. Разрастание протестов пришлось на период после окончания 90-дневного «перемирия», в течение которого США и Китай планировали достичь нового соглашения.
Как известно, из этого ничего не вышло. 1 марта «перемирие» закончилось и в течение месяца (естественно, совершенно случайно) начались протесты против закона об экстрадиции, идущие до сих пор. Поскольку соглашения нет из-за стойкости Китая, который не хочет заключать невыгодную для него торговую сделку, его подталкивают в нужном направлении целым набором средств. Антипекинские выступления в Гонконге – одно из них.
К слову, о контактах между американскими официальными лицами и лидерами протестов-2019 писали китайские государственные издания. Они опубликовали фотографии, которые были сделаны во время встречи сотрудницы Генерального консульства США Джули Иде с лидерами антипекинских протестов в гонконгском отеле Marriott. Примечательно, что официальных данных о ее деятельности после 2011 года почти нет, а биография и навыки идеальны для «пиджака» – сотрудника разведки под дипломатическим прикрытием.
Таким образом, протесты-2019 представляют собой логическое продолжение «революции зонтиков» с учетом полученного опыта. Пять лет назад в Гонконге обкатали технологию «внестоличного майдана» и отложили в качестве заготовки до нужного момента. Как только час настал, ее немедленно задействовали, но с большим размахом. Если КПК отдаст приказ Народной вооруженной милиции на силовые действия против толпы в Гонконге, то сделает именно то, чего ждет противник. В таком случае события будут развиваться по негативному сценарию, вычислить цель не составляет труда.
Если Пекин не поддастся на давление Вашингтона, подрыв китайской экономики продолжится не только за счет повышения пошлин на товары и прочее, но и через дестабилизацию Гонконга, который по сути принесут в жертву. Две трети инвестиций из Китая и в него проходят через этот мировой финансовый центр. Капитал найдет себе новую «тихую гавань», скажем, в Сингапуре. Проблема в том, что хоть Китай и стремится взять под контроль финансовую систему Гонконга с целью не допустить бегства капитала, подрывная работа внешних сил ведет совсем не к тому результату, на который рассчитывает Пекин. Одно дело – перекрыть каналы оттока, совсем другое, когда Гонконг из-за искусственно индуцированной дестабилизации потеряет статус «ворот в Китай». Наряду с потерями от торговых войн это может иметь крайне серьезные последствия.
Здесь же проявляется еще один эффект. Гонконг – особый офшор для китайской красной аристократии, ликвидация этой «тихой гавани» наносит удар по ряду кланов, что дополнительно обострит существующие противоречия внутри КПК при выраженном недовольстве некоторых ее представителей возможным неограниченным сроком правления Си Цзиньпина и заместителя председателя КНР Ван Цишаня. Через инициацию раскола внутри компартии США пытаются создать еще одну точку давления на Постоянный комитет политбюрю ЦК КПК (высший орган власти в КНР), чтобы вынудить его и лично Си Цзиньпина заключить новое торговое соглашение на условиях Трампа.
К слову, сообщение о том, что США все же отложили введение новых пошлин на часть китайских товаров до декабря 2019 года, говорит о выбранной ими выжидательной позиции. Штаты анализируют и оценивают эффект воздействия на Поднебесную через уже ранее введенные пошлины, санкции в отношении телекоммуникационных гигантов и, наконец, активацию бунтов в Гонконге. Следовательно, в зависимости от того, продолжит Пекин сопротивление или нет, в Вашингтоне примут решение о том, наращивать давление или пока остановиться, если китайцы стали сговорчивее.
В сценарии демонстрации ими упорства (а это наиболее вероятное решение руководства страны) американцы способны перейти к вышеописанной третьей фазе, то есть к гонконгской проблеме добавится дестабилизация в других проблемных регионах КНР (СУАР, Внутренняя Монголия и пр.). Вероятно, найдутся новые болевые точки, например, в финансовой сфере. Такая схема DDoS-революции в совокупности с технологией торговых войн и подрыва проекта «Один пояс, один путь» рассчитана на достижение синергетического эффекта с разрушительными последствиями для Поднебесной.
https://vpk-news.ru/articles/52038