Аутлуков, ботаники и белочка

Однажды в лабораторию чистого разума зашли люди в белом с молодыми хвойниками в руках.

- Вы чего? - Испугано взвизгнула молоденькая лаборантша Ниночка Перемоген.



- Мы к Аутлукову. - грозно сказал небритый детина с тисовым деревцем в руке. - Позови. Быстро.

- Алексан Константиныч, к Вам какие-то громилы!... - испуганно заверещала Ниночка. - Мож, охрану вызвать?

- Спокуха, Нинель. - ответил худощавый старик с всклокоченной шевелюрой, выходя из-за шкафа. - Это свои. Толян Ведмедов с кафедры ботаники со студентами. Похоже, новый проект сдавать принесли. Впрочем, Несравненнова позови - он водку на халяву любит.



- Здравствуйте, Алексан Константиныч. - поздоровался детина. - Мы к вам с проблемой.

- Как-то не удивлён. - ответил Аутлуков. - А где товарно-денежный эквивалент?

- В прихожей остался. Наш младший научный сотрудник на тележке привёз, а она к вам в дверь не проходит...

Аутлуков в сопровождении громилы и нескольких детин вышел в коридор. В коридоре стоял юнец со страшным лицом, опираясь на огромную стеклянную бутыль, наполненную жемчужного цвета жидкостью.



- У химиков на семечки выменял? - с сомнением спросил Аутлуков.

- Как можно-с! - возразил громила. - Коньяк! Из лучших сортов винограда! Триста лет лично выдерживал в дубовых бочках при комнатной температуре!

- Триста лет в дубовых бочках... - несколько смягчился Аутлуков. - Как же... знаю я тебя... Небось, в лучшем случае бочки из можжевельника... Ну, так и есть, - сказал он открутив пробку и понюхав её. - Горьковатый привкус прямо в нос шибает. Не, Толян, ни фига ты не сомелье... Зачем же было портить благородный напиток? Ну, чёрт с ним, бочка фуфлыжная, но, зачем ещё можжевеловых ягод-то туда набУхал?

- Я хотел как лучше...



- Как лучше, как лучше... - передразнил Аутлуков. - Художник хренов - хорошее улучшать, только портить! Наливай уже, раз принёс...

Разлили по грязным гранёным стаканам. Выпили не чёкаясь. Потом ещё. Потом ещё. Потом Ниночка привела Несравненнова. Ему налили штрафную. Он выпил одну, потом попросил ещё две. Атмосфера в прихожей потеплела. Обсудили международные отношения, зарплату, виды на отпуск.



- Ну, ладно, побухали и будя... - прервал вдруг Аутлуков начавшуюся было пьянку. - Чё пришли то?

- Мы,... - помялся амбал, который у пришедших был за главного. - За советом к вам...

- Ну, наливай, раз за советом! - пошутил Аутлуков, но, пить больше не стал. - Чё не получается? Не растут ёлки?

- Нее... Растут. Классно растут. Медленно, но, верно... Но, они, зараза, размножаться на свободе не хотят. В лабораторных условиях, когда высажены в торфовые горшочки и поливаются два раза в день, всхожесть почти стопроцентная, а, вот, в чистом поле, зараза, не растут... Годами семена лежат на земле, пока кто-нибудь не съест или не сгниют. Чё делать, ума не приложу... Не идёт, щука, процесс в автоматическом режиме. Под каждой ёлкой же в Натуре аспиранта с лейкой не поставишь. А, тут ещё Голоцен со дня на день объявить грозятся...



- Аааа!!!! - воскликнул Аутлуков подняв вверх указательный палец. - Клюнул жареный петух?!!! А, ведь, я вас, дураков, предуперждал! Предупреждал!!!

- Ладно, неправ был, Алексан Константиныч. Признаю. Ошибался как последний лошара. Ващще по тупиковому пути пошёл, признаю. Но, время потрачено, средства,... Человеко-часы... В смысле, человеко-века... Получены премии и почётные грамоты... Как я сейчас признаюсь, что проект провалился?!!! Это же конец всему. Конец научной карьере, конец вообще карьере, да, просто ваще конец. Помоги, Учитель! - громила упал на колени.

- Ладно, Толян, не ссы! Вставай, давай ещё по одной бухнём. Несравненнов, наливай! Я, Толик, сразу заподозрил, что ты не совсем хорошо всё просчитал и, поэтому, решил тебя подстраховать и поручил Ниночке разработать внешнее устройство для размножения голосемянных. Нинель, ну-ка, покажи нам своих зверушек.



Группа лаборантов быстро опрокинула стаканы в рот и, увлекаемая девушкой, прошла вглубь помещения и остановилась у нескольких небольших вольеров.

- Вот, господа. - зардевшись начала девушка. - Согласно заданию, выданному Александром Константинычем, были натварены вот эти животные. Вот, это, например, мышь. Она находит семена и прячет их в свои подземные норы на глубине, оптимальной для прорастания.

- А вот это что?

- А это, мысь! То есть, белка. Она тикАет мысию по древу, собирает шишки и закапывает их в специальные подземные тайники, в которых тоже идеальные условия для прорастания голых семян.

- А зачем? В смысле, зачем они прячут семена под землю?

- Чтобы в будущем их съесть. Делают запасы на зиму.

- Дык, - удивился громила, - а, если они семена будут съедать, то, что же будет прорастать?



- Аааа! - улыбнулась девушка. - Тут Алексан Константиныч всё предусмотрел! В программу этих зверьков заложена большая жадность, но, плохая память. Они будут прятать семена и тут-же забывать где спрятали. К тому-же, мы включили этих зверьков в пищевую цепочку некоторых мелких хищников, так что, семян будет закопано гораздо больше, чем съедено. Аутлуков всё просчитал! Оформляйте накладные и забирайте. В Натуре они вам всё сами сделают!

Небритый детина переводил восхищённый взгляд с Аутлукова на Ниночку. Долго не мог ничего сказать, наконец, снова упал на колени и запричитал:

- Ну, Александр Константиныч, ну, Вы в Натуре лучший! Спасибо! Спасли! Горжусь, что я - Ваш ученик! - и громила растер по лицу умильные слёзы саженцем тиса.