Блоги |
Забирай меня скорей, увози за сто морей
Русским «Царевнам» добавили расового разнообразия на американский манер
Читатели, у которых есть маленькие дети, особенно девочки, наверняка знакомы с относительно новым отечественным мультсериалом «Царевны». По задумке этот сериал – «наш ответ Гарри Поттеру». События происходят в школе для юных волшебниц, возглавляемой «хорошо обнулившимся» Кащеем Бессмертным, который здесь позитивный персонаж. Сериал весьма неплохой, в том числе потому, что мир русских сказок там затронут не в сыром виде, а «касательно по диагонали», в измерении стиля и гламура («фэнтези на основе русских сказок», по словам самих создателей). Там нет специально внедренной «этнографической убогости», которой сделавшая его студия «Мельница» злоупотребляла в предыдущих своих проектах «на русскую тему». У меня сложилось впечатление, что создатели (или заказчики) этого мультфильма целенаправленно ориентировались на вкусы целевой аудитории «просвещенных и незакомплексованных русофилов». Этнические и патриотические темы в нем тщательно избегаются, но при этом мир сериала опирается на классические русские сказки, а пять главных героинь – белые европеоидные няшки с русскими именами (помимо того, что они по сюжету являются русскими царевнами и героинями русских сказок). И, конечно, в сериале строго соблюдаются «гендерные стереотипы».
Глядя на это «безобразие», политкорректный общественник западного образца нашел бы много поводов возмутиться. Блюститель официальной российской иделогии тоже мог бы посетовать на «недопустимый этноцентризм» в нашей многонациональной стране. И вот, в 49-й серии авторы решили отказаться от «расовой чистоты» и внести чаемое «расовое многообразие».
Поскольку эта новая серия вышла как раз в День России (12.06.2020), логично было бы ожидать чисто российской «многонациональной добавки»: появления героев, представляющих мифы народов России. Наверняка в сказках сибирских, поволжских или кавказских народов есть какие-нибудь симпатичные юные персонажи, появление которых в этом сериале выглядело бы уместно. Однако создатели сериала решили «взять шире» и вместо «народов СССР» ввели в него «полных иностранцев». Новые герои, по сюжету, – беженцы из британской школы волшебников, а их внешний облик представляет собой такие аспекты «расового многообразия», которыми славятся современная Британия, Канада или США, но не Россия. Подробный рассказ об этих героях ожидается в следующих сериях, а пока ясно, что один из них – аристократичный китаец, а второй –коренной американец (судя по имени – испаноязычный).
Заметим, что само по себе обращение к «волшебному багажу» других культур вполне оправдано: это поможет несколько оживить сериал и дать массу материала для новых сюжетных ходов. Смущает перекрестное сочетание этой инновации с добавлением в сюжет темы взаимоотношения полов. Дело в том, что мальчики до этого в мультфильме не появлялись. В школе волшебников учились только девочки и, соответственно, тема дружбы мальчиков и девочек никак не затрагивалась. Единственным не эпизодическим мужским персонажем человеческого вида в сериале был Кащей, с довольно экзотической внешностью индийского или шумерского типа. И вот, наконец, в сериале впервые появились мальчики, чтобы дружить с русскими девочками. Но это мальчики не простые, а экзотические иностранцы.
Вполне могу себе вообразить, что какой-нибудь патриот или блюститель национальных традиций, увидев это, начнет возмущаться, что русских царевен хотят «превратить в чернильниц» или «подложить под иностранцев». Это, конечно, перебор, так как речь идет не о хентай, а о весьма «плюшевом» сериале «0+», где тема «отношений» если и будет затрагиваться, то предельно осторожно и, скорее, полунамеками. Но все-таки возникает повод задуматься о том, какие «закладки» в сознание получат девочки, которые смотрят этот сериал с 0 лет, учитывая, что он позиционируется как воспитательный, демонстрирующий правильные модели поведения для девочек («Будь волшебной»). Сначала 48 серий зрителям показывают изолированный девический мирок, «пансион благородных девиц», где русские (и российские) юноши принципиально отсутствуют. А потом парни вдруг появляются, но это «волшебные» иностранцы с экзотической внешностью. Это выглядит как подсказка, кого должны выбирать себе по жизни уважающие себя российские девушки, в какую сторону они должны смотреть, а кого должны игнорировать. А если вспомнить, что эта подсказка дана как раз в «День России», получается весьма непатриотичный демонстративный жест, плохо стыкующийся с декларируемой демографической политикой государства.
Если копать еще глубже, то некоторые сомнения вызывает образ Бабы-Яги, которая в сериале является отрицательным персонажем и стремится помешать работе волшебной школы. Это единственный русский (или общероссийский) человеческий персонаж, помимо самих царевен. Если царевны это «гламурные дочки российских олигархов», которые «понаехали» из заграничных особняков, то Баба-Яга представляет собой негламурное автохтонное население. Она показана как «советская» тетка среднего возраста. Это провинциальная неудачница, которая органически ненавидит «элитарную школу» и хотела бы ее уничтожить, но в глубине души сама мечтает туда попасть. Это как бы собирательный образ «никчемных российских лохов и неудачников, живущих в Замкадье и злобно завидующих элите». Для большинства юных зрительниц в этот образ легко впишутся их собственные мамы и бабушки. Понятно, что этот образ работает на укрепление социальных и межпоколенческих барьеров.
Напомню, что в число игнорируемых и «второсортных» попали также сказочные культуры нерусских народов России. И это может выглядеть как «плюс» для тех, кто содержание двух предыдущих абзацев оценивает со знаком «минус». Я бы сказал, что мы наблюдаем выбор типичных «русских европейцев», которые могут с интересом и уважением относиться к другим цивилизациям, но при этом испытывают аллергическую реакцию на «внутреннюю российскую Азию». Они охотно сделают выход за рамки русского культурного поля в сторону Китая или кастанедствующих индейцев, но «нерусское российское» в культуре воспринимают как малоинтересное, низкоранговое и недостаточно стильное. Интересно было бы проследить проявления такой же позиции в другой современной культурной продукции. Возможно, мы наблюдаем постепенный распад единого русско-россиянского культурного поля, сложившегося еще в советское время. Из него выделяется культурная общность «космополитических русских», которые открыты одновременно и высокой русской культуре, и внешнему миру, но максимально изолируют себя от «российского нерусского и недостаточно русского» и не признают его ни в качестве «своего», ни в качестве «интересного Другого».
Цельностянуто у некоего Корнева
Читатели, у которых есть маленькие дети, особенно девочки, наверняка знакомы с относительно новым отечественным мультсериалом «Царевны». По задумке этот сериал – «наш ответ Гарри Поттеру». События происходят в школе для юных волшебниц, возглавляемой «хорошо обнулившимся» Кащеем Бессмертным, который здесь позитивный персонаж. Сериал весьма неплохой, в том числе потому, что мир русских сказок там затронут не в сыром виде, а «касательно по диагонали», в измерении стиля и гламура («фэнтези на основе русских сказок», по словам самих создателей). Там нет специально внедренной «этнографической убогости», которой сделавшая его студия «Мельница» злоупотребляла в предыдущих своих проектах «на русскую тему». У меня сложилось впечатление, что создатели (или заказчики) этого мультфильма целенаправленно ориентировались на вкусы целевой аудитории «просвещенных и незакомплексованных русофилов». Этнические и патриотические темы в нем тщательно избегаются, но при этом мир сериала опирается на классические русские сказки, а пять главных героинь – белые европеоидные няшки с русскими именами (помимо того, что они по сюжету являются русскими царевнами и героинями русских сказок). И, конечно, в сериале строго соблюдаются «гендерные стереотипы».
Глядя на это «безобразие», политкорректный общественник западного образца нашел бы много поводов возмутиться. Блюститель официальной российской иделогии тоже мог бы посетовать на «недопустимый этноцентризм» в нашей многонациональной стране. И вот, в 49-й серии авторы решили отказаться от «расовой чистоты» и внести чаемое «расовое многообразие».
Поскольку эта новая серия вышла как раз в День России (12.06.2020), логично было бы ожидать чисто российской «многонациональной добавки»: появления героев, представляющих мифы народов России. Наверняка в сказках сибирских, поволжских или кавказских народов есть какие-нибудь симпатичные юные персонажи, появление которых в этом сериале выглядело бы уместно. Однако создатели сериала решили «взять шире» и вместо «народов СССР» ввели в него «полных иностранцев». Новые герои, по сюжету, – беженцы из британской школы волшебников, а их внешний облик представляет собой такие аспекты «расового многообразия», которыми славятся современная Британия, Канада или США, но не Россия. Подробный рассказ об этих героях ожидается в следующих сериях, а пока ясно, что один из них – аристократичный китаец, а второй –коренной американец (судя по имени – испаноязычный).
Заметим, что само по себе обращение к «волшебному багажу» других культур вполне оправдано: это поможет несколько оживить сериал и дать массу материала для новых сюжетных ходов. Смущает перекрестное сочетание этой инновации с добавлением в сюжет темы взаимоотношения полов. Дело в том, что мальчики до этого в мультфильме не появлялись. В школе волшебников учились только девочки и, соответственно, тема дружбы мальчиков и девочек никак не затрагивалась. Единственным не эпизодическим мужским персонажем человеческого вида в сериале был Кащей, с довольно экзотической внешностью индийского или шумерского типа. И вот, наконец, в сериале впервые появились мальчики, чтобы дружить с русскими девочками. Но это мальчики не простые, а экзотические иностранцы.
Вполне могу себе вообразить, что какой-нибудь патриот или блюститель национальных традиций, увидев это, начнет возмущаться, что русских царевен хотят «превратить в чернильниц» или «подложить под иностранцев». Это, конечно, перебор, так как речь идет не о хентай, а о весьма «плюшевом» сериале «0+», где тема «отношений» если и будет затрагиваться, то предельно осторожно и, скорее, полунамеками. Но все-таки возникает повод задуматься о том, какие «закладки» в сознание получат девочки, которые смотрят этот сериал с 0 лет, учитывая, что он позиционируется как воспитательный, демонстрирующий правильные модели поведения для девочек («Будь волшебной»). Сначала 48 серий зрителям показывают изолированный девический мирок, «пансион благородных девиц», где русские (и российские) юноши принципиально отсутствуют. А потом парни вдруг появляются, но это «волшебные» иностранцы с экзотической внешностью. Это выглядит как подсказка, кого должны выбирать себе по жизни уважающие себя российские девушки, в какую сторону они должны смотреть, а кого должны игнорировать. А если вспомнить, что эта подсказка дана как раз в «День России», получается весьма непатриотичный демонстративный жест, плохо стыкующийся с декларируемой демографической политикой государства.
Если копать еще глубже, то некоторые сомнения вызывает образ Бабы-Яги, которая в сериале является отрицательным персонажем и стремится помешать работе волшебной школы. Это единственный русский (или общероссийский) человеческий персонаж, помимо самих царевен. Если царевны это «гламурные дочки российских олигархов», которые «понаехали» из заграничных особняков, то Баба-Яга представляет собой негламурное автохтонное население. Она показана как «советская» тетка среднего возраста. Это провинциальная неудачница, которая органически ненавидит «элитарную школу» и хотела бы ее уничтожить, но в глубине души сама мечтает туда попасть. Это как бы собирательный образ «никчемных российских лохов и неудачников, живущих в Замкадье и злобно завидующих элите». Для большинства юных зрительниц в этот образ легко впишутся их собственные мамы и бабушки. Понятно, что этот образ работает на укрепление социальных и межпоколенческих барьеров.
Напомню, что в число игнорируемых и «второсортных» попали также сказочные культуры нерусских народов России. И это может выглядеть как «плюс» для тех, кто содержание двух предыдущих абзацев оценивает со знаком «минус». Я бы сказал, что мы наблюдаем выбор типичных «русских европейцев», которые могут с интересом и уважением относиться к другим цивилизациям, но при этом испытывают аллергическую реакцию на «внутреннюю российскую Азию». Они охотно сделают выход за рамки русского культурного поля в сторону Китая или кастанедствующих индейцев, но «нерусское российское» в культуре воспринимают как малоинтересное, низкоранговое и недостаточно стильное. Интересно было бы проследить проявления такой же позиции в другой современной культурной продукции. Возможно, мы наблюдаем постепенный распад единого русско-россиянского культурного поля, сложившегося еще в советское время. Из него выделяется культурная общность «космополитических русских», которые открыты одновременно и высокой русской культуре, и внешнему миру, но максимально изолируют себя от «российского нерусского и недостаточно русского» и не признают его ни в качестве «своего», ни в качестве «интересного Другого».
Цельностянуто у некоего Корнева