Блоги |
Новые протесты
18
В Белоруссии новая серия массовых мероприятий с единственным лозунгом "Уходи". Зрелище внушительное, особенно если учесть, что население Белоруссии численно меньше населения Москвы. Власть стала в глухую оборону.
Протесты продолжаются исключительно в ненасильственном формате. Что, с одной стороны, прямо противоречит классической триаде "почта, телеграф, телефон", подразумевающей именно насильственный захват госучреждений и дезорганизацию работы госаппарата, после чего взятие Зимнего становится сугубо техническим вопросом. Но и ненасильственные протесты такого масштаба потенциально дезорганизуют власть, но не организационном, а на ментальном уровне. Психологическое давление массовых выступлений достаточно высоко и в целом преследует ровно ту же цель, что и насильственные действия - блокирование и парализацию работы властных структур.
У ненасильственных действий есть несомненный плюс - в отличие от решительных насильственных. Они не фрагментируют народ на непримиримые две стороны. Насилие в конечном итоге всегда порождает встречное насилие, а что это такое, мы уже видели в 13-14 годах на Украине. Хорошего мало. Можно долго и подробно разбирать, чем белорусские события принципиально отличны от украинских, но пока (во всяком случае) главное в том, что они не выходят за рамки формата.
Власть теоретически может применить силу - тем более, что она есть. Министр обороны Белоруссии уже отметился заявлением, от которого за версту несет приговором Нюрнбергского трибунала: "Законные приказы или там не законные - армии плевать. Мы выполним любой приказ". Не дословно, но близко к тексту. Для военного готовность воевать с собственным народом - это, конечно, довольно щекотливое положение. И если министр готов лить кровь, то готовы ли к этому подчиненные - тут вопрос менее однозначный.
Применение силы, причем, естественно, неадекватное и непропорциональное, совершенно не исключено. Сдерживает власть, по всей видимости, три фактора. Во-первых, неясно, выполнят ли приказ открывать огонь на поражение непосредственные исполнители. Во-вторых, неясны риски ответных действий. Ну, и немаловажный фактор - внешняя реакция. Пока даже Мадуро со всей своим откровенным имиджем наркобарона пытается обойтись наемными бандами уголовников-коллективос. А вот у Лукашенко их, кстати, нет.
Террор - штука непростая, особенно в условиях дефицита управляемости. Собственно, цель протестующих (осознанная или нет - другой вопрос) и заключатеся в том, чтобы максимально сузить коридор решений для власти именно с точки зрения решимости применить тотальный террор. Психологическое давление митингов и акций протеста как раз и создает подобную проблему.
Уже поэтому нетерпеливые сторонники революционных методов, которые критикуют белорусский протест за нерешительность и неэффективность, просто не понимают стратегию ненасильственных действий. Они "работают" именно в ментальном поле, что сложнее, но в итоге гораздо эффективнее. Как по результатам, так и последствиям.
Собственно говоря, я оцениваю происходящее в Белоруссии, скорее, с точки зрения наблюдателя. Мои личные предпочтения здесь не играют ни малейшей роли, так как в конечном итоге это дело белорусов, как и с кем им жить дальше. И право на ошибку у них тоже есть - это будет их ошибка в случае чего, и винить в ней они должны будут только себя. Но вот с учетом того, что Россия - некст (хотя это некст будет по сугубо внутренним российским причинам, никак с Белоруссией не связанным), белорусский опыт именно ненасильственного противостояния с режимом для нас как никогда актуален. Хотя, скорее всего, наш режим не будет распускать нюни и постарается обойтись без предварительных ласк. В России сценарий может быть сразу максимально жестким, если дело примет серьезный масштаб. Тем не менее, мы можем рассматривать как минимум два сценария событий - а-ля украинский Майдан с его кровавыми последствиями или белорусский вариант, где народ сам выбрал ненасилие, как ключевой признак попытки свержения режима.
Белоруссия все еще находится в неустойчивом положении. Ни одна из сторон противостояния не готова признать свое поражение. Сейчас практически все зависит от ключевых госструктур - именно они решат, в какую сторону качнется сценарий событий. Останется госаппарат лояльным Лукашенко и разделит с ним ответственность - будет реализовываться сценарий подавления протеста силой. Не останется - и уход Лукашенко со сцены станет предопределенным. По сути, сейчас и Лукашенко, и протестующие ведут борьбу именно за лояльность госаппарата. Она решит, по-видимому, всё.
Протесты продолжаются исключительно в ненасильственном формате. Что, с одной стороны, прямо противоречит классической триаде "почта, телеграф, телефон", подразумевающей именно насильственный захват госучреждений и дезорганизацию работы госаппарата, после чего взятие Зимнего становится сугубо техническим вопросом. Но и ненасильственные протесты такого масштаба потенциально дезорганизуют власть, но не организационном, а на ментальном уровне. Психологическое давление массовых выступлений достаточно высоко и в целом преследует ровно ту же цель, что и насильственные действия - блокирование и парализацию работы властных структур.
У ненасильственных действий есть несомненный плюс - в отличие от решительных насильственных. Они не фрагментируют народ на непримиримые две стороны. Насилие в конечном итоге всегда порождает встречное насилие, а что это такое, мы уже видели в 13-14 годах на Украине. Хорошего мало. Можно долго и подробно разбирать, чем белорусские события принципиально отличны от украинских, но пока (во всяком случае) главное в том, что они не выходят за рамки формата.
Власть теоретически может применить силу - тем более, что она есть. Министр обороны Белоруссии уже отметился заявлением, от которого за версту несет приговором Нюрнбергского трибунала: "Законные приказы или там не законные - армии плевать. Мы выполним любой приказ". Не дословно, но близко к тексту. Для военного готовность воевать с собственным народом - это, конечно, довольно щекотливое положение. И если министр готов лить кровь, то готовы ли к этому подчиненные - тут вопрос менее однозначный.
Применение силы, причем, естественно, неадекватное и непропорциональное, совершенно не исключено. Сдерживает власть, по всей видимости, три фактора. Во-первых, неясно, выполнят ли приказ открывать огонь на поражение непосредственные исполнители. Во-вторых, неясны риски ответных действий. Ну, и немаловажный фактор - внешняя реакция. Пока даже Мадуро со всей своим откровенным имиджем наркобарона пытается обойтись наемными бандами уголовников-коллективос. А вот у Лукашенко их, кстати, нет.
Террор - штука непростая, особенно в условиях дефицита управляемости. Собственно, цель протестующих (осознанная или нет - другой вопрос) и заключатеся в том, чтобы максимально сузить коридор решений для власти именно с точки зрения решимости применить тотальный террор. Психологическое давление митингов и акций протеста как раз и создает подобную проблему.
Уже поэтому нетерпеливые сторонники революционных методов, которые критикуют белорусский протест за нерешительность и неэффективность, просто не понимают стратегию ненасильственных действий. Они "работают" именно в ментальном поле, что сложнее, но в итоге гораздо эффективнее. Как по результатам, так и последствиям.
Собственно говоря, я оцениваю происходящее в Белоруссии, скорее, с точки зрения наблюдателя. Мои личные предпочтения здесь не играют ни малейшей роли, так как в конечном итоге это дело белорусов, как и с кем им жить дальше. И право на ошибку у них тоже есть - это будет их ошибка в случае чего, и винить в ней они должны будут только себя. Но вот с учетом того, что Россия - некст (хотя это некст будет по сугубо внутренним российским причинам, никак с Белоруссией не связанным), белорусский опыт именно ненасильственного противостояния с режимом для нас как никогда актуален. Хотя, скорее всего, наш режим не будет распускать нюни и постарается обойтись без предварительных ласк. В России сценарий может быть сразу максимально жестким, если дело примет серьезный масштаб. Тем не менее, мы можем рассматривать как минимум два сценария событий - а-ля украинский Майдан с его кровавыми последствиями или белорусский вариант, где народ сам выбрал ненасилие, как ключевой признак попытки свержения режима.
Белоруссия все еще находится в неустойчивом положении. Ни одна из сторон противостояния не готова признать свое поражение. Сейчас практически все зависит от ключевых госструктур - именно они решат, в какую сторону качнется сценарий событий. Останется госаппарат лояльным Лукашенко и разделит с ним ответственность - будет реализовываться сценарий подавления протеста силой. Не останется - и уход Лукашенко со сцены станет предопределенным. По сути, сейчас и Лукашенко, и протестующие ведут борьбу именно за лояльность госаппарата. Она решит, по-видимому, всё.