Путь по бездорожью, через мистику, к Богу

Путь по бездорожью через мистику к Богу

Разговоры атеиста с Богом

Просматривая однажды книгу одного из философов-богословов, я обратил внимание на его ссылку на какой-то-апокриф приписанный одному и святых о том, когда человек по-настоящему начинает верить в Бога, а не просить у Него помощи, и надеяться хотя бы с Ним просто поговорить. Фамилию философа я не запомнил, его книгу поставил на одну из своих книжных полок и она у меня затерялась среди сотни книг по религиозной тематике, как не представляющая в дальнейшем интереса, а вот слова (их смысл) из этого апокрифа, я запомнил на всю жизнь:

«Когда человек не один, пусть даже он с кем-то вдвоём, ему Бог не нужен. Но когда человек действительно остаётся один, а это в судьбах людей бывает нередко, то он наконец-то убеждается, что у него ближе Бога никого нет, а, скорее всего, просто никогда не было. Но Бог всегда рядом, с любым человеком, хотя ничем не выдаёт своего присутствия, не ограничивая его возможности, быть и всегда оставаться, действительно настоящим человеком».

Константин Коханов: «Поезд в мечту»

Разговаривать с людьми всегда много «праведников», слушать людей и помогать людям, быть и оставаться людьми – единицы.

Разве дело, третьи сутки,
Поезд шёл, всем на уступки
Семафорам, приближаясь, к городам,
Поездам на однопутках,
Улыбался чьим-то шуткам,
Что неслись по телеграфным проводам.

Я в окно смотрел и думал,
Хорошо, что Дьявол сдунул,
Пыль от будней, и романтикой маня,
Еве яблоко подсунул,
Молодец Адам, что клюнул,
Он, в конце концов, добрался до меня.

И в тиши моей квартиры,
Говорил об антимире,
Бригантины, поднимая паруса.
Он играл на медной лире,
О загадочной Сибири,
Где пока ещё возможны чудеса.

Я поверил, ему вскоре,
И купив билет на «скорый»,
На перроне с Ним прощался, не без слёз.
Я друзьям оставил споры,
И Высоцкого все горы,
Потому что были горы не всерьёз.

Я всю жизнь куда-то мчался,
Но никто мне не встречался,
И попутчиков в тайге мне не нашлось,
Но беседовал я с Богом,
Пусть немного, но о многом,
И раскаяться ни в чём мне не пришлось.

Константин Коханов: «Где сто километров не расстоянье…»

Путешествие в 1972 году в верховьях реки Верхняя Лакура, по тем местам с непроходимыми болотами, над которыми до сих пор пролетают только на вертолёте. Именно там, посередине обозначенного на всех топографических картах непроходимого болота, я вспомнил Бога и практически прочитал первую свою молитву, истинного в то время атеиста

Верхней Лакуры верховье,
Берёзовых дебрей среди,
В клочьях штормовка и кровью,
Своей поливаю следы.
Впивается гнус нестерпимо,
В лицо, в шею, в ссадины рук,
О, Господи! Есть коль! Прости мне,
Грехи за бессмысленность мук,
За новые все испытанья,
Что сам на себя наложил,
Где сто километров не расстоянье,
Как и ни что, моя жизнь…

Болото застыло, как студень,
Качается чёрная хлябь,
И каждый мой шаг безрассудный
Не хочет другой вдохновлять.
Валы торфяные по шею,
Мне кажется, в них утону,
Но вырыв собою траншею,
Шагаю по самому дну.
Хлюпают в чём-то подошвы,
Но больше уже не молюсь,
И даже оставил, что в прошлом,
Вернуться к тому не боюсь…

У жизни отсчёт посекундный,
И кажется близким конец,
Но день нескончаемо-судный,
Не хочет закончить Творец.
Быть может Ему интересно,
Чем кончится этот поход,
И в сердце звучащая песня,
Которой никто не споёт…
Впивается гнус нестерпимо,
В лицо, в шею, в ссадины рук,
О, Господи! Есть коль! Прости мне,
Грехи за бессмысленность мук

1972

На фото внизу Константин Коханов с «ассистентом оператора» гос. инспектором заповедника «Тунгусский» Андреем Ворушило. Съёмку реконструкции событий 1971 на «Заимке Кулика» года по сценарию Константина Коханова (и его самого в похожей одежде того же года) производил гос. Инспектор Андрей Аксёнов

Константин Коханов: «Верится, не верится…»

Получилось так, что в 2008 году я продолжил то, на чём, казалось бы, поставил последнюю точку в 1986 году, и не думал, что эту песню, написанную до принятия решения снова продолжить свои путешествия в Эвенкии, я спою на вертолётной площадке, да ещё там, где теперь считают был эпицентр взрыва «Тунгусского метеорита»

Верится, не верится, что ещё успеется,
И душа надеется, может, повезёт,
Поезд остановится, дверь в купе откроется
И Святая Троица, в нём места займёт.

Говорить мне нé о чем, я остался неучем,
Мне на Новодевичьем, места не найдут,
Но Святая Троица, даст мне успокоиться,
А потом откроется, — это Страшный Суд!

Дело моё чистое, в прошлом атеистное,
И решенье быстрое, не пересмотреть…
Только шаг до вечности, и конец беспечности,
Где-то в бесконечности, мне звездой гореть!

2008

Константин Коханов: «Молитва»

Господи, помилуй, отведи напасти,
Связь с нечистой силой, низменные страсти.
Упаси от пьянства, зависти, нужды,
От людского хамства, мести и вражды.
И не дай завраться, и кому-то льстить,
Жить, как все стараться, счастье упустить.

2013

«Неверный шаг подсказан наперёд»

Тайга молчит, пожарами палима,
Под визг пилы, ударом топора,
Тайга ни с чем на свете не сравнима,
Она за вами следует незримо,
Ты если друг – желает вам добра,
А если враг – помянут ваше имя.

Таёжных рек обманчивое дно,
Порой от устья, берег заболочен,
Неверный шаг, движение одно,
И будет сразу с Чёртом заодно,
Кто вам уже все беды напророчил -
И сук ножом воткнётся под ребро.

Неверный шаг подсказан наперёд,
И смерть в тайге, она всегда нелепа,
Как выбранный неправильно там брод,
Страшней медведя, если подойдёт,
Но лишь пожар в засушливое лето,
Тебя везде догонит и убьёт…

…С тайгой у нас геологи не шутят,
В тайге туристам, только всё равно,
Они теперь и компаса не крутят,
А «джипиэс» покруче только купят,
Зачем им компас, древнее говно,
Без памяти таёжного маршрута.

Что батареек лишь на сутки хватит,
Аккумуляторы там негде заряжать,
Проводникам от жадности не платят,
И не легко поэтому ребятам,
Над собственным бессилием поржать,
Когда уже захочется заплакать.

Одни теперь «герои» в Интернете,
Грозить один, им может, геморрой,
Зато они осудят всё на свете,
Лишь в тридцать пять, у нас уже не дети,
Моложе кто, проблемы с головой:
«Без меры пьют и курят сигареты».

02.10.2012, вторая часть 2020

Душа человека в нём, рядом с ним и без него:

Твоя душа была кем, сам не догадаешься, и она, кем была, сама не расскажет

Константин Коханов: «Познай себя, уйди в пустыню…» (хотя уйти можно не только в пустыню – всегда можно найти и другое место, где есть возможность проверить себя, на что ты способен на самом деле):

Познай себя, уйди в «пустыню»,
Хотя бы «скит» себе построй,
И укроти свою гордыню,
Где жизнь сложна, а смысл простой.

Душа твоя покинет тело,
Присядет рядом у костра,
Была с тобой единым целом,
Теперь врозь будет до утра

Душа мудра, ей всё не в тягость.
Ей не стареть от смены тел,
Но от кого тебе досталась,
Она не скажет в темноте.

Вы удивительно похожи.
Душа такая же, как ты,
Но ты второй – летать не можешь,
Среди межзвёздной пустоты.

Ты с ней одно, ты и отдельно,
Она во сне уходит прочь,
И бесконечная, как бездна,
Вас разделяет только ночь.

1987, 2020