Вы ревнуете?

- Дурнушка, властно притязающая на успех, похожа на нищенку, которая требует милостыни.

- Знаете, что я делаю, когда испытываю искушение?
- Нет.
- Стараюсь испытывать его подольше.

... М., прочитав письмо святого Иеронима, где тот необычайно выразительно описывает силу одолевавших его плотских искушений, заметил не без зависти: Будь я способен на подобное неистовство страстей, меня не устрашило бы никакое покаяние.

... Любовь, - говорил М., - должна быть отрадой лишь утонченных натур. Когда я вижу, что ею занимаются люди пошлые, меня так и подмывает крикнуть: Куда вы лезете? Для такой сволочи, как вы, существуют карты, еда, карьера...




- Некто, кому дама уступила прежде, чем он оказался в состоянии этим воспользоваться, попросил её: "Не могли бы вы, сударыня, ещё четверть часа хранить добродетель?"

... Существует поговорка, что самая красивая женщина не может дать больше, чем имеет. Это кругом неверно: она дает мужчине решительно всего он от нее ждет, ибо в отношениях такого рода цену получаемому дает воображение.

... Однажды маршал Ришелье посоветовал Людовику XV взять в любовницы не помню уж какую знатную даму. Король отказался, заявив: Слишком дорого придется заплатить, чтобы потом отделаться от нее.

... Случилось так, что меня очень сильно взволновала какая-то несправедливость. Видя это, один старый человек сказал мне: Милый мальчик, учитесь у жизни примиряться с жизнью.




- Вы ревнуете? А известно ли вам, что ревность - признак чрезмерного самомнения?

... Гельвеций был в молодости на загляденье хорош собой. Как-то вечером, когда он тихо и смирно сидел за кулисами театра подле мадмуазель Госсен, к ним подошел известный финансист и сказал актрисе на ухо, но так, чтобы слышал Гельвеций: "Мадмуазель, не согласитесь ли вы принять шестьсот луидоров и подарить мне за это свою благосклонность?" - "Сударь. - ответила она, указывая ему на Гельвеция и тоже говоря достаточно громко, чтобы тот мог расслышать ее слова, - я сама дам вам двести, если вы явитесь ко мне завтра утром с таким же красивым лицом, как вот у него".

... Г-жа де Тансен, несмотря на свои располагающие манеры, была женщина коварная и в полном смысле слова способная на все. Однажды, услышав, как ее хвалят за приятное обхождение, аббат Трюбле заметил: О да! Если ей потребуется вас отравить, она выберет самый приятный яд.

... Некий молодой человек, отличавшийся чувствительным сердцем и порядочностью в любовных делах, навлек на себя насмешки распутников, которые принялись потешаться над его сентиментальностью. Виноват ли я, - простодушно возразил он, - что предпочитаю любимых мною женщин нелюбимым?




- "Прости им, ибо не ведают, что творят" - такой текст избрал для проповеди священник на венчании семидесятилетнего д'Обинье с семнадцатилетней девушкой.

... Одна умная женщина бросила мне как-то фразу, которая, возможно, проливает свет на природу слабого пола: Когда женщина выбирает себе любовника, ей не так важно, нравится ли он ей, как нравится ли он другим женщинам.

... М. говаривал: В женщинах хорошо лишь то, что в них самое лучшее...

... Г-жа де Л. - кокетка с иллюзиями: в первую очередь она обманывает самое себя. Г-жа де Б. - кокетка без иллюзий: она обманывает только других.




- Вольтеру кто-то сказал, что, злоупотребляя работой и кофе, он убивает себя. "А я уже родился убитым," - ответил он.

... Как-то раз в светской гостиной заспорили о том, что приятнее - давать или получать? Кто говорил, что давать; кто утверждал, что, когда людей связывает истинная дружба, удовольствие получать не менее утонченно и даже более сильно. Один умный человек на вопрос, что он думает по этому поводу, сказал: Не знаю, какое из двух удовольствий сильнее, но я всегда предпочитаю первое, то есть давать: оно долговечнее, и я не раз убеждался, что люди не так быстро его забывают.

... Когда М. упрекнули в холодности к женщинам, он ответил: Госпожа де К. сказала однажды о детях: "Я так и вижу ребенка, которого мне не удалось родить". То же самое могу сказать и о женщинах. Я мысленно нарисовал себе образ женщины, каких мало, и он ограждает меня от женщин, каких много. Поверьте, я весьма признателен этой придуманной мною даме.

... Один острослов следующим образом описал Версаль: Это такое место, где, даже опускаясь, надо делать вид, что поднимаешься; иными словами, где надо гордиться тем, что вы знаетесь с людьми, знаться с которыми зазорно.



Использованная литература: Н.Шамфор. Максимы и мысли. Характеры и анекдоты