Александр Дюма-дедушка
Его сын написал «Графа Монте-Кристо» и «Трех Мушкетеров», его внук сочинил «Даму с камелиями». Они теперь куда более известны, чем дед, хотя именно он, а вовсе не сын и не внук, первым прославил фамилию Дюма.
Отцовская любовь
Перед тем, как начать рассказ о Дюма-дедушке, нужно сказать о Дюма-прадедушке. Впрочем, ведь никакого Дюма-прадедушки не было. Отец будущего генерала и героя революционных войн и наполеоновских походов носил славную дворянскую фамилию Де Ла Пайетри. Это был представитель весьма древнего и уважаемого аристократического рода. Де Ла Пайетри вели родословную с XIV-го века, возводя ее к некоему Де Ла Пайетри, состоявшему при особе короля Карла V. В XVII-м веке семья разбогатела, но вскоре снова разорилась.
Дюма-дедушка
Словом, Александр Дави Де Ла Пайетри был маркизом со знатной фамилией, но почти без денег. Из-за какой-то неудачной ссоры, он был отправлен служить в колонии. Это обычная практика для Франции XVII-XVIII-го веков. Многих опальных отправляли на исправление в заморские владения. Маркиз Де Ла Пайетри служил на Гаити, где влюбился в темнокожую рабыню по имени Мария-Сессета. Она носила фамилию Дюма, которая, видимо, принадлежала ее владельцу. Маркиз то ли женился на Марии-Сессете, то ли просто завел с ней роман, но рабыня нарожала ему кучу детей, а срок его службы в Новом Свете, между тем, подошел к концу.
И тут перед маркизом встал непростой выбор. Он не мог вернуться во Францию с темнокожей женой. Не говоря уже о том, что ни один французский священник не обвенчал бы их. Да и денег у маркиза, похоже, не было. Он был замешан в махинациях с контрабандой сахара, но слегка на этом прогорел и чуть не угодил в тюрьму. В общем, Де Ла Пайетри поступил в худших традициях того времени. Он продал жену и детей в рабство, оговорив, однако, что со временем сможет их выкупить. По другой версии маркиз продал только детей, и то только после смерти Марии-Сессеты. В любом случае во Францию он вернулся без семьи, осел в родовом имении и женился на своей гувернантке. Несколько позже он, однако, вернулся на Гаити и отыскал одного из своих сыновей — Тома-Александра. Что стало с остальными — неизвестно. Маркиз то ли вовсе не нашел их, то ли нашел, но не смог выкупить, ибо денег хватило только на одного. В любом случае домой он привез юного мулата, который с самого рождения отличался невероятной физической силой.
Разумеется, истинный французский аристократ XVIII-го века никак не мог признать сына рабыни своим наследником. Он, впрочем, позволил Тома-Александру жить в своем доме и даже дал ему образование. Только прилежанием сын не отличался. Читать он худо-бедно еще выучился, а вот писал плохо. На документах, которые остались от него, подпись часто заменял обыкновенный крест. А ведь крест, обычно, ставили на бумагах те, кто никак не мог вывести пером и чернилами свое собственное имя.
Черный Геркулес и Черный Дьявол
Тома-Александр не мог рассчитывать на наследство, да и отношения с мачехой у него не сложились. В отцовском доме покоя ему не было, а между тем обстоятельства требовали, чтобы он сам проложил себе дорогу в жизни. Юноша грезил военной карьерой и собирался записаться в гвардию. Отец был против. Нельзя порочить благородное и древнее имя Де Ла Пайетри службой в какой-то там гвардии. Сошлись на том, что сын запишется на службу, но под другим именем.
Так в начале 80-х годов XVIII-го века в драгунском полку королевы Марии Антуанетты появился новобранец по имени Александр Дюма. Это был могучий человек исполинского роста и просто сказочной силы. Про него рассказывали, что сидя верхом, он мог ухватиться за балку конюшни и, зажав лошадь ногами, подтянуться вместе с ней. Бытовала также легенда о том, что, засунув по пальцу в четыре ружейных дула, он мог нести все четыре ружья на вытянутой руке. Несколько позже, во время альпийской кампании, он спасет от гибели артиллерийское подразделение, вытащив застрявшие пушки из расщелины, куда они провалились. В бытность гвардейцем, Дюма забавлял товарищей тем, что переносил свою лошадь на руках через водоемы.
Однако карьера его не двигалась с места. Незаконнорожденный мулат, сын гаитянской рабыни, несмотря на весь свой героизм, оставался простым гвардейцем. С мертвой точки дело сдвинула революция, а самым ударным получился 1792-й год. В феврале он был капралом, а к осени стал подполковником, еще через десять месяцев его произведут в дивизионные генералы. И не на пустом месте. Дюма, ставший истовым сторонником Революции, примет участив в подавлении Вандейского восстания, а, главное, раскроет заговор генерала Демюрье, который задумал отторгнуть от Франции Бельгию, чтобы сделаться ее правителем.
Вот только из бравого и могучего солдата получился очень средний генерал. Дюма не отличался широкими познаниями в военном деле и был слабым стратегом и тактиком. Его коньком была отвага, он умело вдохновлял солдат на подвиги личным примером, что способствовало массовому героизму его подчиненных, которые, надо сказать, обожали своего командира. Свое имя он прославил во время войны с Австрией. Взял знаменитый альпийский перевал Сан-Бернар. Во время боя за Нюмарк, потеряв трех коней, в одиночку удерживал от австрийцев Брихенский мост. За это его прозвали Горацием Коклесом. Так звали полумифического древнеримского героя, который, якобы, защитил от этрусков Свайный мост через Тибр, не дав врагам Рима прорваться к Форуму.
Вандемьерский мятеж, который вместо Дюма подавил Наполеон
Впрочем, прозвищ у Дюма хватало и без того. Гвардейцы называли его Черным Геркулесом. Австрийцы прозвали Черным Дьяволом. Гигантский мулат действительно наводил ужас на австрийских солдат. Удивительным образом Дюма пользовался доверием и якобинцев, и Директории. В Конвенте его вообще именовали защитником государства. Не удивительно, что, когда в 1795-м в Париже вспыхнул роялистский мятеж, национальное собрание немедленно вызвало Дюма, чтобы подавить его. Но Дюма застрял где-то в пути, а обстоятельства принимали весьма дурной оборот. Директорию спас другой генерал, в тот момент существенно менее известный, к тому же, отсидевший в тюрьме за близкие связи с якобинцами. Звали его Наполеон Бонапарт. Когда Дюма приехал в Париж, то выяснилось, что все работа уже сделана. Зато именно там он подружился с человеком, который уже очень скоро свергнет Директорию.
В опале
Наполеон весьма ценил заслуги и таланты Дюма и относился к нему благосклонно. В государстве, которое пытался построить корсиканец, не было места сословным преградам. Здесь любой человек мог подняться с низов к высотам, если он был храбр, умен и решителен. Дюма отличался как минимум первым и третьим. И его весьма необычное происхождение вовсе не мешало карьере. За недолгое время службы при Наполеоне он успел тесно подружиться с Мюратом.
О. Пиша. Генерал Тома-Александр Дюма Дави де ля Пайетри.
Вот только карьеру, в итоге, Дюма поломал себе сам. Своими же могучими руками. Поначалу все было здорово. Он совершил еще несколько подвигов во время итальянского похода, но отвага и решительность отказали ему в Египте. Дюма изначально был против похода в Африку и даже пытался отговорить Наполеона. А в жаркой Сахаре он вконец затосковал. Чудовищные условия, жара, болезни и смерть солдат дурно на него повлияли, да и здоровье оказалось вовсе не геркулесовым. Дюма стал критиковать Наполеона, а потом и вовсе разругался с ним, после чего был немедленно отправлен домой. На обратном пути с генералом приключилась еще одна неприятность. Судно, на котором он шел через Средиземное море, наглухо село на мель в неаполитанских водах. Дюма сделал попытку незаметно проникнуть в город, чтобы пополнить запасы пресной воды. Но его опознали. И немудрено. При его росте и внешности замаскироваться было трудно. Так прославленный генерал угодил в тюрьму, где провел два года. Наполеон даже пальцем не пошевелил, чтобы вызволить его. Впрочем, через два года Дюма обменяли на австрийского генерала Макка. После освобождения генерал вышел в отставку. Умер он, не дожив до сорока пяти лет. Заключение подорвало его здоровье.
Дюма, в итоге, оставил себя без всех тех регалий и милостей, которыми Наполеон осыпал своих приближенных. Он не стал маршалом и не получил Орден Почетного Легиона. Своей семье он ни оставил ничего, кроме долгов. Его имя, правда, не было забыто. Наполеон велел высечь его на Триумфальной арке, а в 1913-м в Париже даже поставили памятник Черному Геркулесу. Простоял он недолго, когда в 1940-м Францию захватили нацисты, Гитлер велел убрать монумент. Новый памятник появился только в 2009-м. И хотя он называется памятником Дюма, в граните запечатлен вовсе не легендарный генерал, а огромных размеров кандалы. Эта скульптура посвящена всем темнокожим невольникам колониальных времен. Так что лучшую память о Дюма-деде оставил, все же, Дюма-отец. Могучий Тома-Александр стал прототипом Портоса.
Алексей Дурново