Блоги |
Почему нет масла в Ереване и почему историк Андрей Светенко прохиндей
Сижу обедаю-ужинаю. Радио Вести-фм. Передача про писательские дачи в Переделкине. Историк Андрей Светенко общается с писателем Александром Васькиным.
***
...
ВАСЬКИН (про Мариэтту Шагинян):
Она была очень смелой, всю жизнь, ничего не боялась. Еще один такой же случай из ее биографии героической — встреча Хрущева с интеллигенцией, 62-63 год.
Никита Сергеевич, как он очень любил, говорит долго и обо всем. И вдруг он видит, что идет пожилая писательница, ну он узнал Шагинян, я думаю, она была классиком соцреализма. Она подходит к столу, берет стул где он сидит в президиуме, и сидит и смотрит на него. Ну он так стушевался, но не обращает внимания. Вдруг она встает, а поскольку она не слышала, она говорила громко, как бы кричала. И вопрос задает: Почему нет масла в Ереване? И тут Никита Сергеевич осекся, он не знает что сказать, он не ожидал этой провокации. Она второй раз громко на весь зал (писатели сидят там очень много, за столами тоже): Почему нет масла в Ереване? А рядом Микоян сидит Анастас Иванович, он обращается к нему, тот говорит: Есть, есть масло в Ереване. И Хрущев говорит: Есть, есть масло. Он не знает как от нее отделаться. Но в результате она обиделась и ушла пешком оттуда, с этого приема. Ну вот такая смелая женщина.
СВЕТЕНКО:
Ну напрашивается ответ — почему только в Ереване, его нигде нет. Это тоже сошло бы как хороший правильный ответ.
...
https://radiovesti.ru/brand/61005/episode/2590714
***
Светенко вроде бы историк, и обязан быть вдумчивым, но он просто глумится - ну какая Шагинян дура, нашла чего спрашивать. Все же знают, что масла нигде нет и никогда не было.
На Шагинян не дура.
Она же не спрашивает, почему нет, например, бананов или киви.
Ее вопрос расшифровывается элементарно - почему масло раньше было (т.е., свободно лежало на прилавках), а сейчас масла нет (т.е., нет на прилавках, либо очереди)?
Любой вдумчивый человек это сразу поймет, смысл этого вопроса. А историк Светенко глумится и, тем самым, выдает себя как заряженного на очернение, т.е. прохиндея.
Таким образом, из этой истории мы узнаем, что раньше масло было (как минимум, в Ереване), лежало на прилавках. А при Хрущеве в какой-то момент (до 1963 года включительно) исчезло.
И этот вопрос интересен - почему исчезло?
Микоян врать не будет, масло есть в Ереване, может быть даже больше его чем было раньше. Но раньше оно лежало на прилавках, а сейчас на прилавках его нет. Почему?
Потому, что Хрущев поднял зарплаты, увеличил денежную массу на руках населения.
Но он не сумел пропорционально повысить производительность труда. И возник дефицит, некоторые продукты стали сметать с прилавков. Масла может и стало на 20% больше чем раньше. А денег на руках на 50% больше. Все, масла нет.
Также легко понять, почему раньше масло было. Потому, что очень осторожно относились к повышению зарплат, следили за производительсностью труда. И регулировать спрос-предложение предпочитали не увеличинием зарплат, а снижением цен. Стали производить больше ковров, стали ковры залеживаться - снижаем на них цены. А зарплату не трогаем.
Регулировка спроса понижением цен - это правильно. Тупое повышение зарплат (даже пропорционально производительности труда) - это ошибка. Получим дефицит, черный рынок. Потому, что перекосы. Ковров произвели очень много, но они лежат, нераспроданы. А выданные за ковры зарплаты потрачены на масло, которого больше не стало. Все, дефицит. Правильно же было просто понизить цены на ковры.
Снижать цены тяжело. Во-первых жалко, очень нужны деньги на космос и ВПК. Во-вторых необходимо постоянно искать, опробывать, внедрять новые технологии, рисковать. Начальники должны быть компетентны, ответственны и мотивированы на поиск и внедрение инноваций. В-третьих, снижение цен - это снижение расценок за работу, повышение норм выработки. Что не всем рабочим понравится. Но иначе нельзя.
Сталин построил такую систему интенсивного развития, понимал как она работает, и развивал ее по этому трудному пути. И масло на прилавках появилось.
Повышать же необоснованно зарплаты, быть добреньким легко. Но потом начинаются проблемы. Нужно на что-то повышать цены, что очень болезненно. Либо не повышать, а дотировать производство. По этой дорожке пошли Хрущев и Брежнев. И масло с прилавков временами стало исчезать.
***
...
ВАСЬКИН (про Мариэтту Шагинян):
Она была очень смелой, всю жизнь, ничего не боялась. Еще один такой же случай из ее биографии героической — встреча Хрущева с интеллигенцией, 62-63 год.
Никита Сергеевич, как он очень любил, говорит долго и обо всем. И вдруг он видит, что идет пожилая писательница, ну он узнал Шагинян, я думаю, она была классиком соцреализма. Она подходит к столу, берет стул где он сидит в президиуме, и сидит и смотрит на него. Ну он так стушевался, но не обращает внимания. Вдруг она встает, а поскольку она не слышала, она говорила громко, как бы кричала. И вопрос задает: Почему нет масла в Ереване? И тут Никита Сергеевич осекся, он не знает что сказать, он не ожидал этой провокации. Она второй раз громко на весь зал (писатели сидят там очень много, за столами тоже): Почему нет масла в Ереване? А рядом Микоян сидит Анастас Иванович, он обращается к нему, тот говорит: Есть, есть масло в Ереване. И Хрущев говорит: Есть, есть масло. Он не знает как от нее отделаться. Но в результате она обиделась и ушла пешком оттуда, с этого приема. Ну вот такая смелая женщина.
СВЕТЕНКО:
Ну напрашивается ответ — почему только в Ереване, его нигде нет. Это тоже сошло бы как хороший правильный ответ.
...
https://radiovesti.ru/brand/61005/episode/2590714
***
Светенко вроде бы историк, и обязан быть вдумчивым, но он просто глумится - ну какая Шагинян дура, нашла чего спрашивать. Все же знают, что масла нигде нет и никогда не было.
На Шагинян не дура.
Она же не спрашивает, почему нет, например, бананов или киви.
Ее вопрос расшифровывается элементарно - почему масло раньше было (т.е., свободно лежало на прилавках), а сейчас масла нет (т.е., нет на прилавках, либо очереди)?
Любой вдумчивый человек это сразу поймет, смысл этого вопроса. А историк Светенко глумится и, тем самым, выдает себя как заряженного на очернение, т.е. прохиндея.
Таким образом, из этой истории мы узнаем, что раньше масло было (как минимум, в Ереване), лежало на прилавках. А при Хрущеве в какой-то момент (до 1963 года включительно) исчезло.
И этот вопрос интересен - почему исчезло?
Микоян врать не будет, масло есть в Ереване, может быть даже больше его чем было раньше. Но раньше оно лежало на прилавках, а сейчас на прилавках его нет. Почему?
Потому, что Хрущев поднял зарплаты, увеличил денежную массу на руках населения.
Но он не сумел пропорционально повысить производительность труда. И возник дефицит, некоторые продукты стали сметать с прилавков. Масла может и стало на 20% больше чем раньше. А денег на руках на 50% больше. Все, масла нет.
Также легко понять, почему раньше масло было. Потому, что очень осторожно относились к повышению зарплат, следили за производительсностью труда. И регулировать спрос-предложение предпочитали не увеличинием зарплат, а снижением цен. Стали производить больше ковров, стали ковры залеживаться - снижаем на них цены. А зарплату не трогаем.
Регулировка спроса понижением цен - это правильно. Тупое повышение зарплат (даже пропорционально производительности труда) - это ошибка. Получим дефицит, черный рынок. Потому, что перекосы. Ковров произвели очень много, но они лежат, нераспроданы. А выданные за ковры зарплаты потрачены на масло, которого больше не стало. Все, дефицит. Правильно же было просто понизить цены на ковры.
Снижать цены тяжело. Во-первых жалко, очень нужны деньги на космос и ВПК. Во-вторых необходимо постоянно искать, опробывать, внедрять новые технологии, рисковать. Начальники должны быть компетентны, ответственны и мотивированы на поиск и внедрение инноваций. В-третьих, снижение цен - это снижение расценок за работу, повышение норм выработки. Что не всем рабочим понравится. Но иначе нельзя.
Сталин построил такую систему интенсивного развития, понимал как она работает, и развивал ее по этому трудному пути. И масло на прилавках появилось.
Повышать же необоснованно зарплаты, быть добреньким легко. Но потом начинаются проблемы. Нужно на что-то повышать цены, что очень болезненно. Либо не повышать, а дотировать производство. По этой дорожке пошли Хрущев и Брежнев. И масло с прилавков временами стало исчезать.