Блоги |
Смерть Зе в правом яйце «соросят», которое лежит в резиденции Кристины Квин
Обычно отставка правительства становилась знаковым событием в политической жизни. Даже смена одного министра сопровождалась интригами, прогнозами и мощной информационной шумихой. Как правило, должность премьера рассматривалась в качестве непременной ступени к дальнейшему продолжению политической карьеры. А формирование нового состава Кабмина было сложнейшей математической задачей, поскольку делились квоты различных политических сил, выстраивались новые системы балансов и контроля денежных потоков.
Для примера могу привести Юлию Тимошенко, ныне покойного Евгения Марчука, Виктора Ющенко, Сеню Яценюка. При Зеленском это все выродилось в какой-то малозначительный событийный ряд, не имеющий, на первый взгляд, никакого логического объяснения. Одних никому не известных персонажей меняют на других. Примерно таких же. Никто не может также объяснить, почему при смене пяти ключевых правительственных чиновников, из которых два – вице-премьеры, Шмыгаль сохранился на своем месте.
Как правило, смена правительства преследует три основных цели. Во-первых, видимость реакции президента на процессы, идущие в обществе. Плохие чиновники показательно отправлялись в отставку, назначались «хорошие парни», которые должны были повысить доверие избирателей к власти.
Во-вторых, канализировались протестные настроения. Спускался, так сказать, политический пар. Все были заняты обсуждением новых кандидатур, искали новые противоречия в правительстве и обсуждали возможные политические амбиции нового премьера.
В-третьих, смена Кабмина связана с расстановкой политических сил в Раде, которая постоянно менялась. Создавалась довольно динамичная иллюзия политического процесса.
И вот во что все это выродилось… Президент приезжает в Раду представлять нового министра обороны, но никто не может понять: а в чем смысл?! Чем Резников лучше Тарана? Тем, что лучше может «говорить на камеру»? Мы же как бы восьмой год воюем со второй по численности армией мира, и оказывается, что самым востребованным качеством в Министерстве обороны является умение красиво рассуждать на заданную тему?
Кто может с ходу, без «Гугла», перечислить всех уволенных министров и вице-премьеров? Да никто. Исключение составляет разве что Ирина Верещук, ставшая знаменитой после провальной съемки рекламного ролика, когда ее в рамках роли Мэри Поппинс подвешивали в штанах на кране. Да и ту не рискнули назначить министром обороны, а «доверили» Министерство по вопросам оккупированных территорий. Аналогичная ситуация складывается и с новыми назначенцами. В чем смысл происходящего «кадрового шоу»?
Проще всего сказать, что никакого. Но это не так. Все должно иметь логическое объяснение, даже параноидальная шизофрения. Если в общих чертах, то происходит планомерная деградация конституционной системы власти. Абсолютно нормальный процесс в условиях анормального перераспределения власти. Кабинет министров и Верховная Рада стали вторичными органами. Ну как вторичные половые признаки. Есть первичные, а есть как бы сопутствующие. Вот именно подобная фигня произошла за последние полтора года.
Парламент утратил статус высшего законодательного органа власти, поскольку там обосновалась группировка «зеленых», которая в турбо-режиме готова одобрить любую инициативу Офиса президента. Нужна приватизация земли? Пожалуйста. Легализация игорного бизнеса? Нет проблем. Марихуана? Немного надо подождать. Но тоже без проблем.
Та же фигня с правительством, которое превратилось в дополнительный департамент Офиса президента. Поэтому ротации в Кабмине являются обычными бюрократическими процедурами, связанными с усилением влияния Андрея Ермака и перераспределением бюджетных и иных потоков. Как и замена главы Рады Разумкова, который выпал из обоймы верных кнопкодавов. Система разделения властей, основанная на различных способах формирования исполнительной, законодательной и судебной властных ветвей, была, грубо говоря, похерена.
Баланс сместился в пользу Совета национальной безопасности и обороны, который стал персональным карательным органом главы государства и Офиса президента, где царит Ермак. Поэтому пятничные заседания СНБО вызывали гораздо больший резонанс, чем еженедельные заседания правительства.
Произошла естественная деградация системы власти, которая уже превратилась в форму правления, характерную для Латинской Америки семидесятых годов прошлого века. Почему естественная? Потому что президент действует в рамках очень ценных установок, которые ему дают послы «большой семерки». По сути, это высший орган управления, который под видом «реформ» управляет страной с помощью системы советов. Наблюдательных. Наверное, уже нет смысла рассказывать о гипертрофированной системе антикоррупционных органов, которая из-за своей громоздкости по определению не может функционировать. Тем не менее она четко загоняет президента в рамки, установленные Госдепом.
При такой «форме правления» неизбежно вырождение традиционных институтов демократии – парламента и правительства. Чем меньше передаточных звеньев между «большой семеркой» и украинской властью – тем лучше. Получается, что президент у нас как бы «монстр», Ермак – «демон» и «серый кардинал», но на самом деле вся эта система скреплена скотчем и жвачкой. Его политическая смерть находится в правом яйце «соросят», которое лежит в резиденции Кристины Квин на Печерске.
Смысла больше нет. Есть «метавселенная», которая не имеет никакого отношения к реальности. Она населена «ботами» и другими виртуальными существами, которые действуют в системе навязанных нарративов. Только их почему-то называют «кремлевскими».
https://diana-mihailova.livejournal.com/7199271.html
Для примера могу привести Юлию Тимошенко, ныне покойного Евгения Марчука, Виктора Ющенко, Сеню Яценюка. При Зеленском это все выродилось в какой-то малозначительный событийный ряд, не имеющий, на первый взгляд, никакого логического объяснения. Одних никому не известных персонажей меняют на других. Примерно таких же. Никто не может также объяснить, почему при смене пяти ключевых правительственных чиновников, из которых два – вице-премьеры, Шмыгаль сохранился на своем месте.
Как правило, смена правительства преследует три основных цели. Во-первых, видимость реакции президента на процессы, идущие в обществе. Плохие чиновники показательно отправлялись в отставку, назначались «хорошие парни», которые должны были повысить доверие избирателей к власти.
Во-вторых, канализировались протестные настроения. Спускался, так сказать, политический пар. Все были заняты обсуждением новых кандидатур, искали новые противоречия в правительстве и обсуждали возможные политические амбиции нового премьера.
В-третьих, смена Кабмина связана с расстановкой политических сил в Раде, которая постоянно менялась. Создавалась довольно динамичная иллюзия политического процесса.
И вот во что все это выродилось… Президент приезжает в Раду представлять нового министра обороны, но никто не может понять: а в чем смысл?! Чем Резников лучше Тарана? Тем, что лучше может «говорить на камеру»? Мы же как бы восьмой год воюем со второй по численности армией мира, и оказывается, что самым востребованным качеством в Министерстве обороны является умение красиво рассуждать на заданную тему?
Кто может с ходу, без «Гугла», перечислить всех уволенных министров и вице-премьеров? Да никто. Исключение составляет разве что Ирина Верещук, ставшая знаменитой после провальной съемки рекламного ролика, когда ее в рамках роли Мэри Поппинс подвешивали в штанах на кране. Да и ту не рискнули назначить министром обороны, а «доверили» Министерство по вопросам оккупированных территорий. Аналогичная ситуация складывается и с новыми назначенцами. В чем смысл происходящего «кадрового шоу»?
Проще всего сказать, что никакого. Но это не так. Все должно иметь логическое объяснение, даже параноидальная шизофрения. Если в общих чертах, то происходит планомерная деградация конституционной системы власти. Абсолютно нормальный процесс в условиях анормального перераспределения власти. Кабинет министров и Верховная Рада стали вторичными органами. Ну как вторичные половые признаки. Есть первичные, а есть как бы сопутствующие. Вот именно подобная фигня произошла за последние полтора года.
Парламент утратил статус высшего законодательного органа власти, поскольку там обосновалась группировка «зеленых», которая в турбо-режиме готова одобрить любую инициативу Офиса президента. Нужна приватизация земли? Пожалуйста. Легализация игорного бизнеса? Нет проблем. Марихуана? Немного надо подождать. Но тоже без проблем.
Та же фигня с правительством, которое превратилось в дополнительный департамент Офиса президента. Поэтому ротации в Кабмине являются обычными бюрократическими процедурами, связанными с усилением влияния Андрея Ермака и перераспределением бюджетных и иных потоков. Как и замена главы Рады Разумкова, который выпал из обоймы верных кнопкодавов. Система разделения властей, основанная на различных способах формирования исполнительной, законодательной и судебной властных ветвей, была, грубо говоря, похерена.
Баланс сместился в пользу Совета национальной безопасности и обороны, который стал персональным карательным органом главы государства и Офиса президента, где царит Ермак. Поэтому пятничные заседания СНБО вызывали гораздо больший резонанс, чем еженедельные заседания правительства.
Произошла естественная деградация системы власти, которая уже превратилась в форму правления, характерную для Латинской Америки семидесятых годов прошлого века. Почему естественная? Потому что президент действует в рамках очень ценных установок, которые ему дают послы «большой семерки». По сути, это высший орган управления, который под видом «реформ» управляет страной с помощью системы советов. Наблюдательных. Наверное, уже нет смысла рассказывать о гипертрофированной системе антикоррупционных органов, которая из-за своей громоздкости по определению не может функционировать. Тем не менее она четко загоняет президента в рамки, установленные Госдепом.
При такой «форме правления» неизбежно вырождение традиционных институтов демократии – парламента и правительства. Чем меньше передаточных звеньев между «большой семеркой» и украинской властью – тем лучше. Получается, что президент у нас как бы «монстр», Ермак – «демон» и «серый кардинал», но на самом деле вся эта система скреплена скотчем и жвачкой. Его политическая смерть находится в правом яйце «соросят», которое лежит в резиденции Кристины Квин на Печерске.
Смысла больше нет. Есть «метавселенная», которая не имеет никакого отношения к реальности. Она населена «ботами» и другими виртуальными существами, которые действуют в системе навязанных нарративов. Только их почему-то называют «кремлевскими».
https://diana-mihailova.livejournal.com/7199271.html