Две блокады - одинаковые последствия
Кто и как предлагает карабахцам дорогу в никуда
Нацистский алиевский режим, совершивший осенью 2020 года агрессию против НКР при открытой поддержке вооружённых сил Турции и банд международных террористов, в нарушение Трёхстороннего заявления от 9 ноября 2020 года продолжает удушение Арцаха под предлогом «реинтеграции» карабахских армян.
Так же, как и в последние годы существования СССР и сразу после его распада, Нагорный Карабах сегодня находится в глухой осаде, а российские миротворцы откровенно бездействуют на фоне всё ухудшающейся блокады, не имея приказа сверху о разблокировании Арцаха.
Сегодня нацистский алиевский режим пытается осуществить этническую чистку в Нагорном Карабахе, используя те же методы, что и в последние годы существования СССР. Эта чистка происходила в 1989-91 гг. под лозунгом «возвращения НКАО» в состав АзССР, при поддержке советских войск. Тогдашний Кремль активно поддерживал эту политику Баку словом (пропагандой) и делом: арестами карабахцев, их разоружением и последующей депортаций с тысячелетней родины.
Сравните ситуации 1989-91 гг. и сегодня. Разницы практически не почувствуете.
Зато станет понятно, почему алиевский режим и потакающий ему МИД РФ настойчиво предлагают карабахцам сменить оговоренный в заявлении от 9 ноября 2020 года экстерриториальный и контролируемый миротворцами Лачинский коридор на дорогу через Акна (бывший Агдам). То есть на дорогу в никуда.
Для наглядности предлагаем вниманию читателя фрагмент книги Арсена Мелик-Шахназарова «Нагорный Карабах: факты против лжи» (глава 10, «Блокада и набеги», подглава «Внешняя блокада автодорог», с 403-409), посвящённый блокаде НКАО-НКР в 1989-91 гг.,
«Автомобильные дороги, связывавшие НКАО с АрмССР и РСФСР, которые также пролегали исключительно по территории АзССР (вспомним, что в 1920-х автономная область Нагорного Карабаха стала анклавом после территориальных манипуляций с «Красным Курдистаном»), и до того небезопасные из-за периодических нападений, с лета 1989-го стали практически непроходимыми для карабахского автотранспорта. «Каменная война» стала обычным явлением и на дорогах внутри самой НКАО, а уж за ее пределами ситуация была куда более сложной.
…Прежде всего, была окончательно заблокирована дорога Горис-Лачин-Степанакерт, по которой до того худо-бедно, хотя и не столь часто, проходили пассажирские автобусы и транспортные колонны с народнохозяйственными грузами в сопровождении нарядов внутренних войск. Это произошло 31 июля 1989 года, когда несколько тысяч жителей Лачинского района АзССР «живой стеной» перекрыли дорогу колонне грузовых автомобилей, следовавшей в направлении Степанакерта, забросали ее камнями, а затем стали громить автомобили, напали на водителей и охрану из солдат внутренних войск. Колонна вынуждена была повернуть обратно, и с тех пор отрезок шоссе Горис-Лачин был окончательно, - вплоть до вооруженного прорыва наземной блокады в мае 1992-го - блокирован для армянского грузового и пассажирского транспорта.
Военная комендатура заявила тогда, что ничего не может предпринять, ибо дорогу перекрывают многолюдные толпы, состоящие, в том числе, из женщин и детей. Как мы увидим ниже, позиция внутренних войск была весьма односторонней. А именно то, что они будто бы не могли сделать в Лачине и других азербайджанских населенных пунктах, они куда как с большей решимостью проделывали в НКАО в случаях, когда препятствия азербайджанскому транспорту чинили местные армяне.
Другие дороги, ведущие из Нагорного Карабаха во внешний мир, также были заблокированы. Специальные мобильные группы «народнофронтовцев» совершали нападения на направлявшийся из области или в область управляемый армянскими водителями автотранспорт. Вот примеры того, как это происходило.
В номере газеты «Советский Карабах» от 10 ноября 1989 года рассказывалось о блокадных буднях областного специализированного управления механизации и транспорта (СУМТ).
«В коллективе у нас в основном водители, а дороги небезопасны, жизнь не застрахована… Так, Абель Амирян на пути в Москву, не доезжая до Агдама, получил три пулевых ранения. За то, что армянин, что карабахец. Истекая кровью, он кое-как повернул машину обратно и, не доезжая до Аскеранского контрольно-пропускного пункта, потерял сознание. Его преследователи повернули назад всего в 200 метрахот КПП, вновь оставшись «неизвестными лицами»[1].
В материале редактора Мардакертской районной газеты «Джраберд» Славы Мосунца из того же номера от 10 ноября 1989 г. читаем: «В городе Барда АзССР находятся два «КамАЗа» Мардакертской автоколонны автопредприятия Агропрома НКАО, водители которых были избиты. Уже три месяца, как две эти машины, груженные запчастями на сумму 35 тысяч рублей, которые поступили из Набережных Челнов, арестованы в Барде».
О том, как произошел этот «арест», областная газета рассказывала ранее, в номере от 9 сентября. По дороге на базу у одного из грузовиков лопнули парные автопокрышки, и водители вынуждены были остановиться на выезде из Бардинского района АзССР. Далее произошло вот что: «КамАЗ» без номеров притормозил у автомашин армянских водителей. Из него вышли три азербайджанца, вооруженные ножами и железными прутьями. Подойдя к машинам, они проткнули все покрышки. Скоро собралась огромная толпа, примерно 500 человек. Разъяренный сброд напал на водителей и стал их избивать, пока они не потеряли сознание. Кто-то из варваров отрезал Э.Абрамяну ухо. Затем обоих бросили на хлопковую плантацию. К сумеркам их «заметили» работники милиции. Вместо того, чтобы вызвать машину «скорой помощи», они посадили пострадавших в свой автомобиль и возили по всей Барде, как они утверждали, дабы умерить гнев народа. Потом отвели в отделение милиции, где продержали до 10 утра…»[2]
Как отмечала газета, как раз накануне происшествия «на азербайджанском телевидении был организован «круглый стол», участники которого откровенно призывали к расправе над армянами»[3].
Следует добавить, что дорожная блокада области носила многоплановый характер. Так, что иной раз можно было проехать в одном направлении, но не факт, что можно было вернуться назад самим, или вернуть обратно свой груз.
Как уже отмечалось в предыдущей главе, автономная область, особенно ее сельские районы, были газифицированы крайне плохо[4]. Приходилось централизованно отправлять газовые баллоны сельчан на заправку, что вскоре также стало невозможным. Вот что рассказывала областная газета о сложившейся в связи с этим в Мардакертском районе ситуации.
«18 августа шесть автомашин и один прицеп в сопровождении воинов патрульной службы отвезли 600 пустых баллонов на Бардинскую базу для заправки. Работники базы готовились уже приступить к работе, как вдруг туда ворвалась толпа и стала угрожать руководителям и рабочим. Вмешательство военнослужащих ничего не дало. Сейчас в Мардакертском районе без газа осталось около 12 тысяч семей. Если минувшим летом использовалось до 200 тонн сжиженного газа, то сейчас всего 8-10 тонн, которые поставляются с помощью военных»[5].
Аналогичной были последствия блокады и для других сельских районов, население которых вынуждено было вернуться к сбору дров и починке дедовских «буржуек» для приготовления пищи…
В условиях блокады наземных коммуникаций практически единственным средством пассажирского сообщения НКАО с «Большой землей» стала гражданская авиация. Степанакертский аэропорт в день принимал и отправлял до 15 и более пассажирских из Еревана и обратно. Небольшие пассажирские Ан-2 – «кукурузники» могли приземляться на грунтовую полосу небольшого аэродрома близ райцентра Мардакерт.
Транспортно-пассажирские вертолеты МИ-8 Управления гражданской авиации АрмССР более или менее регулярно садились на ряде естественных и специально оборудованных площадок на территориях НКАО, соседнего Шаумянского района Нагорного Карабаха. Однако эти машины не могли обеспечить перевозку сколько-нибудь значительных грузов в масштабах всей автономной области.
В этих условиях основным грузовым транспортным средством для ввоза и вывоза грузов стали в НКАО большегрузные вертолеты МИ-26. Предоставляемые военным командованием дислоцированной в Армении 7-й Гвардейской армии, они доставляли по воздуху в НКАО товары первой необходимости, прежде всего продовольственные: муку, сахар и т.п.
Вертолеты эти садились только в Степанакертском аэропорту, ибо, во-первых, там была необходимая для мощных винтокрылых машин бетонная полоса. Во-вторых, там был контроль над содержанием грузов со стороны военной комендатуры района Особого положения. Внутренние войска зорко следили за тем, чтобы в область извне не поступало ни оружие, ни взрывчатые вещества, ни какие-либо грузы «двойного назначения».
P.S. Как говорится в картинках-ребусах для детей, найдите 5 отличий!
Впрочем, одно отличие уже очевидно. Во времена СССР блокада бакинским режимом автодорог хоть частично преодолевалась воздушным сообщением между Степанакертом и Армянской ССР, о чём было сказано чуть выше.
Сегодня Миротворческий контингент не может (нет приказа?) обеспечить народ Арцаха, находящийся в глухой блокаде вот уже более 250 дней, даже первоочередными, элементарно необходимыми для выживания товарами: мукой, сахаром, лекарствами, топливом, средствами гигиены.
Вместо этого МИД РФ на пару с алиевским нацистским режимом пробивает «ценную идею» дороги через Агдам.
Дороги в никуда, что и подтверждают события 1989-91 годов.
И всё это действо находит бурное одобрение со стороны страны-члена НАТО Турции, впервые за сто с лишним лет вновь вторгшейся в 2020 году в Закавказье и учредившей там свои военные базы.
Александр АНДРЕАСЯН
[1] «Требуем изменить наше положение», «Советский Карабах», 10.11.1989 г.
[2] «Советский Карабах», 09.09.1989 г.
[3] Там же
[4] Всего 8 из более чем 210 сел и деревень имели магистральное газоснабжение
[5] «Советский Карабах», 23.08.1989 г.
Ответственность за содержание материала несет автор публикации. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.