Алхимия успешной команды

Тахир Юсупович Базаров Начинаем неделю с мудрости — от Тахира Юсуповича Базарова. Продолжаем серию постов интервью с научным руководителем Московской школы практической психологии от нашей выпускницы Виктории Зарецкой. - Сотворчество создаётся в совместном танце. Причём вне зависимости от того, где он происходит – в зуме, или же в очном пространстве – это всегда сотворчество людей, которые готовы к свободному полёту. Чтобы освободиться от каких-то ожиданий, нужно быть готовым к тому, что в любой момент может произойти что-то непредвиденное и нужно в это включиться и начать работать. Возвращаясь к теме прошедшего в июне саммита о счастливых компаниях – это как раз то, о чём Вы говорили, Тахир Юсупович – было бы очень интересно в этом контексте узнать про формулу счастливой организации в рамках образования проектных команд: что есть движок, алхимия и механика в такой группе, компании, организации? Как Вы считаете, какие там должны быть обязательные компоненты и из чего они должны состоять? ТЮ: С одной стороны, вроде как уже предварительно «нащупаны» основные компоненты, а с другой стороны каждый раз конкретные команды и проектные группы могут включать свои акценты. Однако я бы предположил то, без чего невозможно это сделать. С точки зрения движка я бы выделил такие доминанты: Движок команды не сработает без того, чтобы это дело, которым занимаются члены команды/группы, было для них чем-то приятным, любимым, втягивающим. Оно должно быть делом, к которому ты относишься без отвращения, которое нравится. И это является тем самым движком. Вот, ты учитель, тебе нравится процесс учебный, тебе нравятся дети (даже бестолковые), и вот эта вот неотвратимость, когда я не могу отвернуть, «отвратить» взгляд, я на это смотрю и тут самое важное, что необязательно влюблённым глазами, нет, совсем необязательно. Это, конечно, было бы замечательно, но иногда ты просто не можешь «отвратить взгляд», тебе настолько это притягательно, настолько тебе это важно, что ты не устаёшь и настолько находишься в этом состоянии «танца», что переход от одного па к другому у тебя и становится отдыхом: как смена чего-то, подпитывающее энергетику. Вторая доминанта движка – это всё-таки мудрость, которая сама по себе состоит из очень многих компонентов, как мы знаем. И из компонентов мудрости я бы тоже выделил доминантную: это контекстность, потому что смыслы это всё-таки цели, которые в разных контекстах дают разные смыслы (т.е. одна и та же цель в зависимости от контекста даёт разные смыслы людям, которые в этот контекст попали). Механика же старается избежать контекста, поскольку она и создаётся для того, чтобы быть вне контекста. Механика нужна для того, чтобы действие было гарантировано успешно, независимо ни от чего. Конечно, это иллюзия, ведь контексты иногда меняются, и надо, чтобы механика подстраивалась под это. Но мы пытаемся так построить механику нашей жизни, организации или проекта, которые задают некую рамку пространственно-временную. Это, по сути, такой хронотоп, который позволяет иначе взглянуть на эту деятельность и эту сборку осуществить. Это как соединить квантовые и волновые свойства: ведь вроде как с одной стороны процессуально то, что происходит вокруг нас, а с другой стороны это переходы, которые мы не замечаем: как в автомобилях с автоматической коробкой передач – внутри автомобиля оно само знает, как переключаться. - А как Вы думаете, что должно объединять команду, какая должна быть алхимия у успешной команды, чтобы она могла быть готова к грядущему? ТЮ: Если речь идёт об алхимии, то здесь довольно всё сложно в том смысле, что неоднозначно и очень разнообразно. Если попытаться всё это сфокусировать на чём-то, оно скорее всего связано с лёгкостью принятия любой новизны. Что нам позволяет легко к этому относиться? Странная довольно вещь, но похоже на то, что это – наслаждение жизнью. Это получение удовольствия от встречи с людьми, с которыми ты в одном проекте: какая-то есть в этом интрига, какой-то есть запас неожиданностей, которые люди в естественной, нормальной ситуации друг для друга готовят. Они могут быть похожи на загадки, на подарки, какие-то сюрпризы. И в этом смысле диалог между этими людьми – это общение без ожидания. А наслаждение жизнью – это жизнь с ожиданиями, т.е. ожидаемая неожиданность. Получается, ты ожидаешь, но не знаешь чего. Точно будет неожиданность, и она, кроме того, что позитивна, также способствует твоему развитию. Вот что-то в тебе меняется в связи с такой вот неожиданностью. Можно ли здесь использовать слово «забота»? Наверное, но не в смысле какого-то патернализма или же сверхопеки, а в смысле отзывчивости. То есть у тебя всё время есть какой-то отклик, и у других есть отклик на тебя. И вот эта вот отзывчивость – она всегда позитивна. Это какая-то своеобразная страсть по другому, страсть по неожиданным ходам своего партнёра по «танцу». Это как если бы мы разговаривали и проглатывали целые предложения, то есть мы хотим что-то сказать, а на самом деле мы говорим уже дальше, поскольку уже продумали какое-то вариант и говорим не следующее предложение, а через одно. И наш собеседник угадывает предыдущее предложение, и он способен предугадать следующее. Но ведь за эти не только отношение к контексту, за этим ещё и наличие этого человека в твоём пространстве. Все эти «сшипки», которые бывают у обычных людей, они связаны с отсутствием танца. И здесь мы опять возвращаемся к идее танца: танец в проектной команде – это переходы от танго к вальсу, от вальса к сальсе. Причём в этом танце реализуется некая идея, с одной стороны, соперничества друг с другом, а с другой – единства соперничающих. И сами эти переходы внутри танца, которые осваиваются, наполняются смыслом, где ты не просто выучил некие движения и их повторяешь, а научился этому языку, букварю. И именно с помощью танца мы передаём некие сообщения нашим многочисленным партнёрам. - Вы на саммите как раз рассказывали, что благодаря тому, что клуб «Реал Мадрид» смог соорганизоваться таким образом, что у них получилось одержать победу. Они забивают «гол» в самом конце, готовясь к грядущему. Хочется спросить у Вас про алхимию этой футбольной команды и про «винегрет». Почему устройство команды в виде «винегрета» является более выигрышным способом подготовки к грядущему, чем метод «оливье», который был у их соперников? ТЮ: Я, честно говоря, не уверен, что это всегда так, но сначала про винегрет. Разнообразие рождает новое. И когда мы говорим о разнообразии в команде, то чаще всего мы приходим к тому, что там возникает эффект самоорганизации, самоуправления. - И это про алхимию? ТЮ: Да. Алхимия, только с точки зрения любимых, симпатичных мне людей. И это при том, что меняются составы. Эти футболисты играли в разных клубах, и вот в данном сезоне, в данной встрече они сошлись в одну команду. Всегда возникает вопрос: как быстро люди могут адаптироваться под какой-то общий командный стиль? И если мы говорим про салат оливье, то кто-то должен их адаптировать, кто-то должен создать условия. Или на входе подбирать ровно тех, которые уже готовы быть в этом составе. Есть такая иллюзия, кстати говоря, что может быть мы, зная ценности наших игроков, будет на входе искать тех, которые с такими же ценностями. Есть такая задача, и некоторые считают, что она вполне осмысленная. Но при этом даже если человек из одного села с теми, кто играет в этой команде – это ещё не означает, что он точно такой же, как и они. Поэтому в любом случае нужна какая-то адаптация к жизни этой команды. Это уже механика: правила, законы и т.д. А если мы хотим задать такой способ самоорганизации, который позволит преодолеть необходимость всех быть одинаковыми? Получается, что мы выстраиваем саму драматургию нашей деятельности (в данном случае это может касаться каждого матча в отдельности). В общем, у нас есть некая концептуальная основа, но мы же не в безвоздушном пространстве. Мы знаем особенности нашего соперника. И тогда мы адаптируемся всей командой по отношению к этому сопернику: что именно мы будем демонстрировать? Доминанта нашей команды остаётся – это или «винегрет», или «оливье». Но в зависимости от того, кто конкретный наш соперник в этом матче – мы готовим для него «особый винегрет», или «особый салат оливье». Они всё равно по принципу не отходят от принципиальных рамок и норм, но при этом где-то мы можем добавить больше «майонеза» (причём это будет всё равно «оливье»), где-то мы можем добавить чуть больше «горошка» (но это всё равно будет «винегрет»). Тогда это срабатывает на уровне самой формулы или схемы, которая существует в футболе, например, 4 защитника, 4 полузащитника и 2 нападающих. А можно сделать 3 защитника. Т.е. мы можем варьировать эти составы в количественном измерении. - Тогда правильно ли я понимаю, что наиболее эффективного способа приготовить «винегрет», т.е. собрать звёзды, который бы друг друга зажигали, в принципе практически невозможно, потому что это алхимия, которая находится на уровне какой-то магии или волшебства, танца? ТЮ: Здесь магии много. И волшебства много. Удивляет другое: что это воспроизводится. И тогда мы говорит про искусство. - Команда – это искусство? ТЮ: Да, команда – это искусство, безусловно. И получается, что ты можешь быть блестящим дирижёром. У тебя есть прекрасный оркестр, у всех есть своя партитура, у каждого инструмента или группы инструментов. И ты стоишь на этом дирижёрском пульте, у тебя есть дирижёрская палочка, все внимательно смотрят на тот ритм, который ты показываешь. Версия джаз-банда, когда тему мы выбрали, как-то так отнеслись к ней, прошли круг по поводу этой темы, каждый из нас высказался, насколько он готов её превратить в незаурядный шедевр. И после того, как мы поняли, что путём приукрашиваний, вариаций мы уже чувствуем, что «да, мы готовы пойти на импровизацию». Вот этот переход, как мне кажется, и является тем самым волшебным переходом, когда тренер уже ничего не может сделать. Также, как и родители ничего не могут сделать со своими детьми: ребёнок будет реализовывать свою программу, и то, что ему по душе из семейных ценностей, возьмёт с собой, а то, что непонятно или не по душе – оставит где-то. Может он к этому вернётся когда-нибудь, когда станет пожилым человеком, начнёт вспоминать те ценности, чтобы с помощью этих ценностей, которые он оставил тогда, попытаться приструнить ту молодёжь, которая в этот момент будет его окружать. Но это же не его инструментарий, это скорее то, что он использует как способ воздействия, не найдя ничего другого. Т.е. жизнь прошла в каком-то смысле бессмысленно, потому что у тебя должен быть свой набор ценностей, который ты в этом мире испытал и ты можешь передать. А если ты возвращаешься к тому, от чего ты отказался, то это драматическая ситуация для человека. И если мы попробуем представить эту картинку как картинку драккара викингов (того самого корабля, который называли «летучим голландцем»): почему и откуда у него такая скорость? Там было много «хард» части, которую нужно было реализовать, но и очень много было «софта» и самости. И когда нынешние исследователи этого феномена «летучего голландца» попытались понять: что означает этот рисунок? Весь этот рисунок был испещрён какими-то линиями, которые идут от паруса к членам команды парусника. Умные люди вскоре поняли, в чём тут дело: у каждого члена команды свой кусок паруса, за который он отвечает. И я должен сделать так, чтобы мой кусок паруса был максимально наполнен энергией ветра. И я этим озабочен. Но рядом со мной те, у кого есть свои куски паруса, и мне нужно тоже с ними коммуницировать. Причём здесь наш лидер? Ни при чём. Куски паруса мы держим сами, и самоорганизуемся, выстраивая коммуникацию, друг с другом. Московская школа практической психологии ВКонтакте