Игра детства «в резиночки» или «Допрыгались!»

Скакать «в резиночки» Наташка могла с утра до вечера. Тощий кузнечик на длинных ножках лихо пружинил острыми коленками и приземлялся в пыль. Благодать!

Но у бабушки в деревне городская Наташка сделала открытие. Никто тут об этом тренде не знал. Поэтому прокачивать деревенских девок пришлось с нуля... и до заката. Инвентарь был в дефиците, соответственно очередь поскакать «в Наташкину резиночку» была длиннее, чем к вечному огню и дедушке Ленину.

— Где эти резинки берут вообще? — боролась с одышкой толстопопая Зойка.

— Известное дело! В трусах. — Наташка знала об этом не понаслышке.

Зойка крепко задумалась. Она стала загибать пальцы и считать, сколько исподнего надо вспороть, чтобы на выходе получить 4 метра для полноценной игры.

— Думаю, штуки три...или десять, — тоже начала загибать пальцы Наташка. — Если хочешь, я тебе помогу.

С первыми петухами Наташка стояла на пороге Зойкиного дома. Необъятная тётя Маша, мать семейства, искренне обрадовалась ранней гостье. Она суетилась у печки и расспрашивала Наташку про родителей. Девочка что-то мямлила невпопад, думая лишь о том, что в трусах Зойкиной мамы, должно быть, куда больше резинки, чем в белье её подружки.

Эта мысль не давала покоя. Пришлось делегировать ее Зойке. А уж она-то смекнула, что к чему, и притащила в укромный угол не только свои манатки, но мамкины панталоны, батины семейки и ситчик сестры.

Девчонки быстро распотрошили барахлишко, извлекли заветные резинки и связали их в одну, чтобы, наконец, выйти во двор и попрыгать. Наташка скакала с упоением, задевая коленями уши. Тётя Маша, глядя на неё из окна тайком крестилась, переживая, как бы от радости девчонка не отдала Богу душу.

Зойка же никак не могла поймать Наташкину нирвану. Ей всё время приходилось придерживать труханы руками, так как без поддержки предатели ползли вниз. Откровенно говоря, Зойка не то что прыгать, она и ходить-то теперь не могла. Исподнее то и дело тянулось к земле, падало к ногам ненужной тряпочкой, а игра теряла всякую привлекательность.

— Ладно, — вздохнула Наташка, — идём искупаемся что ли? Жарко...

День, и правда, был очень тёплым. Поэтому, прихватив с собой тётьМашиных пирожков, девчонки двинули к водоёму.

Там подруги долго боролись с течением быстрой реки, а когда выползли на берег, на Зойке не оказалось главного! Её трусы белым флагом ушли на дно. Природа явила миру картину «Рождение Венеры».

Обратно крались окольными тропами. Зойка тянула к коленям подол сарафана и семенила на полусогнутых. Время от времени она уточняла у подруги: «Видно?». Наташка плелась сзади и, приглядываясь к Зойкиному компромату, отрицательно мотала головой.

А дома их уже ждали. Встречали хлебосольно! С советским размахом! Потому что преступление вскрылось почти сразу и парализовало работу в доме. Попрыгуньи ещё два дня вдевали резинку в законные места, кололи пальцы и без конца причитали: «Допрыгались!».

От автора книги «Не мой дневник» и коротких рассказов «Записки комнатного гурмана».