Как живется Буратино в старости. Продолжение известной сказки

За окном завывал зимний ветер, прорывался через старое окно и добавлял холода в комнату. А еще дождь стучал по мутным стеклам. Они дребезжали, жаловались. Только кому?

Буратино сидел в старом кресле в своей каморке у холста, на котором был нарисован камин, скрипел старыми суставами и вспоминал свою жизнь. Холст пришлось подлатать и вернуть на место. Волшебная дверь за камином была давно закрыта. Театр просуществовал недолго, прогорел. В него просто перестали ходить. Настали другие времена. А куклы разбежались, кто куда.

Мальвина ушла раньше всех. Когда слава театра и его постановок еще гремела! Почему ушла, Буратино так и не понял, или не хотел понять, а может и признаться самому себе в поражении. Его веселый нрав и шутки никогда не нравились строптивой девице.

- Она предпочла вечно жалующегося и плачущего Пьеро! Одни его стишки только чего стоили. И верный Артемон убежал вслед за хозяйкой. - Так рассуждал Буратино тогда, да и теперь.

Один раз он даже съездил к ним. Мальвина вернулась в свой пряничный домик, развела цветы и вполне успешно торговала ими. Пьеро, нытик, слонялся по двору и сочинял очередной плаксивый стишок. Но Мальвине и нужен был такой муж, тихий и покорный, пусть и бездельник.

- Просил тогда ее вернуться, унижался. Тьфу. Даже сейчас вспоминать противно. - Буратино попытался тряхнуть головой, но шея только скрипнула и осталась на месте. Наверное с того времени дела театра и пошли все хуже и хуже. Какой театр без примы.

- Да, девчонка играть умела, вышибала слезу, да и деньги у зрителей. Что говорить, шли на Мальвину." - Буратино только вздохнул, боясь пошевелиться.

Суставы то и дело вылетали, старое дерево давало о себе знать. Одно время он заколачивал в шарниры гвоздики. Сначала помогало, потом наоборот. Нужны были металлические скобки, шурупы. Да где их было взять! От счастливого прошлого остался только золотой ключик.

- Вот он, и теперь висит за старым холстом в укромном уголке. Не такой он и большой, каким казался когда-то. Его пытались украсть, предлагали продать, не как раритет, так, ради золота. Чего греха таить, сам один раз чуть не отнес в ломбард. Хорошо, что Сверчок не дал, уговорил, - Буратино опять вздохнул, - Сверчок, ты где? Хоть бы на скрипочке попиликал.

Но Сверчок не отзывался и в этот день почему-то не приходил. Буратино продолжал вспоминать дальше и по привычке хотел провести рукой по носу. Но рука промахнулась и упала на колени. От носа остался один огрызок.

- Давнишняя история. Шушарина работа. Подкралась как-то ночью и отгрызла кончик. От злости, все мне досадить хотела. А теперь... - Буратино осторожно поправил упавшую руку и позвал. - Шушара! Ты здесь? Тоже никто не отозвался.

- Театр. Нет его, как и не было. Не оформили бумаги как положено. А хозяин тут как тут, нашелся, отсудил здание. Эх, беда. С Карабасом мы тогда уже не враждовали. Не по чему стало враждовать. Он первый разорился, как его куклы к нам ушли. Приходил, завидовал... пакостник. Все досадить хотел. Ладно, что теперь об этом.

- Он хоть свой балаган продать успел. Да что толку. Дуремар, дружок его, посоветовал...

- Алиса с Базилио тогда хорошо развернулись. Те еще проходимцы. Огородили ту самую свалку забором. Где только деньги взяли. Думаю без бургомистра города дураков не обошлось. Повесили холст: "Поле чудес. Закапываешь три золотых - получаешь пять!" У ворот собаку посадили. Да, Артемону предлагали. Гордый, отказался, на цепи не захотел сидеть. Сейчас бы по другому жил.

- И что? Пошли люди, понесли свое кровное, нажитое. Дураки всегда найдутся. Сначала правда, так и возвращали - пять за три. Дуремар все Карабаса уговаривал. Тот долго не соглашался. Но тоже пошел, отдал все, все что было! Пошел потом за деньгами: ни собаки, ни забора. Помойка, да ямки пустые. Так вот.

- Пошли люди к бургомистру... жаловались... а что толку... Мошенников и след простыл.

- Долго потом Карабас дружка ловил. А тот сам через год пришел. С Тортилой на озере пиявок начали разводить. Старушка разрешила дальние камыши отгородить. Тоже не за так. Вот Карабас там теперь и сидит сторожем. А Дуремар здесь, в городе, людей лечит. Приходил недавно, тоже предлагал пиявки поставить, - Буратино хотел засмеяться, но лишь отчаянно заскрипел.

- Так вот, папа Карло, приходится век свой доживать. Спасибо, успел на меня каморку переписать. А то пропал бы... И далось тебе то полено... Прости, разговорился что-то я сегодня. Пора.

- Шушара, пора! Деньги кто будет собирать? В шляпу не бросают, все на землю. Не наклониться мне... сломаюсь. Опять наверное сыр стащила и ешь втихаря. Скрипач с тобой? Шарманка заедает, подыграл бы. Тоже мне... друзья.

За холстом раздался шорох, и два голоса враз: "Идем, идем... догоним!"

Близился вечер, надо было идти и попытаться заработать несколько монет. Буратино с трудом встал, подхватил старую шарманку и пошел на ближайший перекресток.

Лишь бы люди встретились добрые в этот холодный и дождливый вечер.