"Богатырь в плену у корня зла". Сбежавшие кинокрысы запрещают прокат наших собственных фильмов

Человечество всегда смотрит в будущее. Кто-то - с надеждой, кто-то - с ужасом, но вне зависимости от чувств и эмоций - с любопытством. Что день грядущий нам готовит? Какие события ждут мир? Подобные вопросы манят, интригуют, будоражат, однако есть у вышеописанного и обратная сторона: навострив взоры в сторону неопределённого завтра, род людской упускает из виду важнейшее - собственное прошлое.

Скажем, у игровой индустрии давно существует проблема с сохранением классики: по целому букету причин далеко не каждый шедевр перебрался с дисков и дискет в цифровой формат. Пока крупные издатели делают вид, что так и надо, спасти положение пытаются команды классом помельче - в частности Nightdive Studios, группа "археологов", вызволяющих малоизвестные экшены из правового небытия. Список их подвигов растёт из года в год, и недавно студия отметилась воскрешением консольной версии PowerSlave, богом забытого шутера в египетском антураже. Давно пора.

Звонок другу

По-разному можно относиться к Nintendo, но одного у неё не отнять - тяги к экспериментам. Что бы ни творилось в сфере технологий, легендарная корпорация вечно ищет всё новые и новые способы взаимодействия со своей аудиторией. Кто-то скажет, что апофеозом удивительного подхода стали регулярные выпуски Nintendo Direct или же, скажем, попытки превратить 3DS и Wii U в социальные платформы, тогда как на самом деле клиентоориентированный подход компании достиг своего пика гораздо раньше - в 80-х.

Именно тогда, задолго до летсплеев и YouTube-гидов, Nintendo of America запустила уникальный кол-центр, призванный помочь детворе справиться с возникающими на их пути трудностями. Замучил босс, не даётся головоломка? Звоните, специалист подсобит, даст совет в трудную минуту! Затевался сервис, понятное дело, не благотворительности ради, однако помимо дохода он приносил индустрии гораздо больше - новые ценные кадры.

Так, в 1989 году по воле случая место у телефона занял Брайан Макнили (Brian McNeely), простой парень с очевидной в подобных рассказах мечтой. Необычная работа казалась идеальным стартом карьеры в геймдеве, но был у должности телефониста и недостаток - неопределённость. Сидеть с трубкой в руке и обсуждать новинки сутки напролёт, конечно, весело, и всё же Макнили жаждал большего - делать игры. Поэтому стоило его коллеге Полу Ланге (Paul Lange) заговорить о своей студии, и Брайан мигом уцепился за идею. Так, слово за слово в курилке, в 93-м начала свою жизнь маленькая Lobotomy Software.

Едва уволившись из Nintendo, "лоботомиты" тут же принялись за работу. Они грезили хитами, генерировали концепции и клепали демо - которые, правда, никому были не нужны. Чтобы свести концы с концами, Lobotomy выпустила пару добротных безделиц, однако всё это было не то. На её счастье, в середине 90-х популярность обрели шутеры - и молодой коллектив решил попытать счастья в модном и незнакомом для себя жанре.

Замысел был прост - сделать крутой боевик на Build Engine эксклюзивно на ПК. По ходу разработки план подкорректировали: студия обратила внимание на Saturn и PlayStation, консоли без своих флагманских FPS, и взялась окучить непаханое, поле пока не поздно. О простом порте речи не шло - технические ограничения вкупе с амбициями Макнили со товарищи вылились в уникальный гибрид экшена и платформера, на фоне которого DOS-версия казалась обычным клоном Doom.

Обе PowerSlave приземлились на полки под занавес 1996 года - и быстро канули в Лету. ПК-релиз заклевали за банальность: кроме антуража и неплохого арсенала в нём не было ничего особенного. Приставочные издания, в свою очередь, просто не заметили - сказались отсутствие рекламной кампании, малое число выпущенных копий и не самый лестный по тем временам статус шутера для приставок. Стараниями журналистов европейский релиз встретили куда теплее, но Lobotomy это не помогло: если не считать пары впечатляющих портов, студия больше не выпустила ничего значимого, а её главное творение затерялось в потоке других, куда более успешных в коммерческом плане релизов.

К счастью, в Египте, если верить поп-культуре, мертвецы не любят засиживаться в саркофагах. Самуэль Вильярреал (Samuel Villarreal), он же Kaiser, ещё много лет назад взялся за воскрешение неудачливого FPS с помощью KEX Engine, сначала - самостоятельно, потом - в составе Nightdive. А теперь вопрос на засыпку: стоило ли раскапывать эту стюардессу?

- (Малайзия) Как вы вообще можете есть селёдку под шубой. Это ужас полный.
- Да нормально, вкусно же.
- Я прожил в Москве 6 лет. Чего тут вкусного? Мерзкая солёная рыба. И этот запах...
- А ты водкой пробовал её запить?
- (растерянно) Нет.
- Ну так и вот.

- (США, русская семья) Я приготовила мусс из этого... как его... салмона.
- Лосося.
- Ну да. Но он не очень получился.
- Без проблем, давайте его сюда (я покладистый мальчик).
- Может, вам оливье еще?
- Конечно.
- Как хорошо наших оливье кормить. А то мы соседей-ирландцев как-то угостили, они его разогреть пытались.

- (Лондон) А правда, что у вас и Юкрэйн едят солёный свиной жир?
- Правда. Мы называем его salo.
- Как это можно есть?
- Да нормально, мэм. Вы же едите фиш энд чипс.
- Но это же совершенно другое!
- Для нас, мэм, это как для вас salo.

- (Китай) Мы тут брали в ресторане интересное русское блюдо - плов с бараниной. Очень вкусно.
- Это узбекское блюдо.
- А узбеки - русские?
- Не совсем.
- А может быть так, что это узбеки, но готовят русское блюдо?
- Нет. Плов - узбекское блюдо, но популярное в России.
- А, значит, всё-таки русское.

- (Филиппины) Мне интересно было всегда - а что русские едят, помимо водки?
- Ничего.
- (с серьезным лицом) Я отчего-то так и думал.

- (в Москве с поляком, в кафе) Давай огурцы соленые закажем, в меню есть.
- Ты что, огурцов в Польше не ел?
- Ел, но у нас таких нет.
- Есть.
- Ни фига. В ваших чувствуется укроп и вообще русская сила. Они божественно хрустят. Заказывай огурцы.
- (обреченно) Девушка, нам огурцов.

- (Германия) Я слышала, у вас такая странная еда есть. Голубцы ленивые. Это что такое?
- Это такие котлетки, но их как бы лень делать.
- То есть, их вообще нет?
- Да, если бы лично я готовил голубцы, так бы оно и было.

- (Германия, маленький город) Меня изумляет, как местные русские любят грибы. Собирают их в лесу, и солят.
- А что тут удивительного?
- Да грибы можно в магазине купить.
- Лесные вкуснее.
- Что в них вкусного?
- Да попробуйте.
- Не хочу. Так и отравиться можно.
- Я не травился.
- Вы русский, у вас организм другой.

- (Япония) Я люблю селёдку под шубой.
- О, хоть кто-то любит. Обычно иностранцам не нравится.
- Нет, я сначала тоже не понял. А потом для себя так установил - это вроде сашими с овощами и яйцами. После этого стало нормально. Главное - дать установку.

- (Канада, в гостях) Что вы будете пить?
- Бурбон, если можно.
- (пауза) Но вы же русский, мы приготовили вам водку.
- (после секундного сомнения) Хорошо, несите водку.
- (облегченно) Вот, пожалуйста. Всё нормально, чувствуйте себя как дома, и будьте самим собой.
- Спасибо.

Zотов ©

© Игорь Сахалинский

Певцов назвал происходящее большой политикой, которая в условиях глобализации пронизала и культуру, и спорт, и простые человеческие отношения. По мнению артиста идет информационная война, в которой используют самые примитивные методы, в том числе стадное чувство и демонизацию всего российского.

"Я думаю, если эти „еврошвондеры", не дай Бог, внимательно прочтут Пушкина или Достоевского, то и их объявят вне закона", - сказал Певцов.

Ранее стало известно, что Баварская государственная опера разорвала сотрудничество с оперной певицей Анной Нетребко, ее концерты также отменил Миланский театр "Ла Скала". Кроме этого, Валерия Гергиева освободили от должности главного дирижера Мюнхенского филармонического оркестра. Причиной разрыва отношений стало то, что артисты "недостаточно дистанцировались" от российской спецоперации на Украине.

Россия увела у Норвегии остров! Слушаем внимательно! Не шутка. Но смеяться хочется сильно Джен лучшая!???? pic.twitter.com/hfgASsRb2p