Подлянка

Такой подлянки Кудимыч от неё не ожидал.

Сорок  лет трудового стажа, тридцать восемь лет семейного,  восемнадцать грамот и дипломов,  две медали, три значка, семьдесят две премии, эквивалентные двум полулитрам и четырём пирожкам с мясом, шестнадцать бесплатных путёвок в разные стороны в пределах железного занавеса!  Одна квартира, полтора дома, гараж, автомобиль «Опель» 1993 года выпуска!

И в итоге старшая дочь Марина приводит ему непьющего зятя! За что?! 

Чем Кудимыч заслужил такое наказание? Столько лет он ждал, когда дочери подрастут и выйдут замуж, чтобы он, наконец, мог с полным основанием выпивать не в гаражах, забегаловках и служебных кабинетах, а в домашней обстановке. Ведь ни одного мужика за сорок лет в доме, кроме самого Кудимыча! Не считать же выпивкой в кругу семьи пять общенародных праздников, три церковных и четыре дня рождения! Да и то практически в окружении врагов, считающих бульки. А каждый глоток водки сопровождался такими взглядами, что радость опьянения так и не наступала! И приходилось отпрашиваться на свежий воздух, чтобы нормально отпраздновать с собратьями по семейному одиночеству.

Оптимально было бы заполучить сразу двух зятьёв. Но об этом классическом раскладе Кудимыч пока и не мечтал. Одного хотя бы. И вот когда он уже и не чаял, предпочитая проводить выходные дни в обществе соседа по даче Петра, старшенькая, которой уже стукнуло тридцать, подошла к нему и торжественно произнесла:

– Папа, постарайся завтра прийти домой вовремя и трезвым.

– Обижаешь, – ответил Кудимыч. – Одно из двух я всегда выполняю.

– В курсе, – хмыкнула Марина. – Потому и прошу перевыполнить обычную норму. Вовремя и обязательно трезвым. Обещаешь?

– Ты прям как наш бывший секретарь парторганизации, – шмыгнул носом отец. – Настойчивая.

– А разве не ты в автопарке был секретарём? – уточнила дочь.

– Вот я и говорю, – вздохнул Кудимыч. – В меня пошла. Хорошо. Назови причину, по которой я должен ограничить свой досуг?

– Завтра вечером к нам в гости придёт мой друг, – покраснев, сообщила Марина.

– Спасибо, – дрожащим голосом произнёс отец. – Спасибо, дорогая. Вот он, тот светлый день, ради которого стоило  воспитывать двух дочерей. Спасибо.

– Пап, – прервала его дочь, – может, он тебе не понравится.

– Как! – возмутился Кудимыч. – Тебе нравится? А  я чем хуже? А сегодня нельзя его привести? Я до завтра не доживу!

– Нет, папа, – ответила Марина. – Он живёт в другом городе, и приедет только завтра.

– С ночёвкой? – игриво поинтересовался отец.

– Как получится, – опустила глаза дочь.

– Я вам свою кровать уступлю, а сам на твоём диване лягу, – доверительно прошептал Кудимыч.

– Так на ней же и мама спит? – напомнила Марина.

– На кухню отправим, – отмахнулся отец. – На раскладушке перекантуется ради счастья дочери.

– Вовремя и трезвый, – напомнила Марина и вышла из комнаты.

– Радость-то какая, – вздохнул Кудимыч. – Пойду, прогуляюсь до разливухи. Сегодня ж я ничего не обещал.

***

На следующий день Кудимыч примчался домой, отпросившись с работы пораньше. Надо же было помочь по хозяйству. Но его ранний приход энтузиазма у жены и дочерей не вызвал. Они носились по квартире, убирали, готовили, сервировали стол. Первая нотка сомнения, как искорка дальней молнии,  проскочила в сознании главы семейства, когда он заглянул в холодильник.

– На балкон вынесли? – невинно поинтересовался он у жены.

– Сядь, – ответила ему супруга. – Мне нужно тебе кое-что сказать.

– У меня давление, как у Белки и Стрелки, вместе взятых, – гордо ответил Кудимыч. – Стоя выслушаю.

– Спиртного сегодня не будет, – выдавила из себя жена.

– Когда это ты, мать, шутить научилась? – вымучил улыбку Кудимыч.

– Я серьёзно, – отрезала потенциальная тёща и, на всякий случай, сделала шаг назад, выставив, как рапиру, шумовку. – Маринкин друг непьющий. Поэтому надо показать, что наша семья ему соответствует. И попробуй только испортить знакомство!

– Вот так вот, – горько произнёс Кудимыч. – Вот тебе, отец и муж, ветеран труда и победитель соцсоревнований, благодарность! Где Марина?

– На вокзал пошла, – ответила жена, – с электрички Романа встречает.

– Я тоже прогуляюсь, – буркнул Кудимыч и выскочил из квартиры.

– Только попробуй выпить! – крикнула вслед жена, испугав троих соседей, разливавших водку  на лестничной площадке этажом выше.

«Ничего, – думал ветеран автотранспорта, шагая к ближайшему магазину, – ничего. У меня ещё такого не было, чтобы я выпить не уговорил! Сейчас возьму две, нет, три сразу, и по квартире спрячу. Столько ждал зятя, а мне такое подсовывают!».

Кудимыч вернулся быстро. На входе в квартиру его привычно обыскала сначала младшая дочь, потом, более тщательно, жена. Он гордо держал руки поднятыми,  презрительно ухмыляясь. Получив разрешение войти, ветеран промурлыкал: «Врагу не сдаётся наш гордый отец», разулся, прошёл в спальню, осторожно прикрыл дверь и набросил крючок. В окно была заблаговременно  спущена верёвка, к которой он пять минут назад привязал пакет с тремя бутылками, аккуратно проложенными газетой.

*** 

К приходу гостя Кудимыча нарядили в белую рубашку с коротким рукавом, галстук с олимпийскими кольцами, ровесник Мишки-талисмана,  отглаженные брюки от выходного костюма и сандалии, купленные лет пять назад в Ялте. Хозяин дома был трезв, тщательно выбрит второй раз за день и сурово поглядывал на уставленный разносолами стол. Он сегодня даже не ходил на работе в столовую, чтобы по всем параметрам соответствовать праздничному застолью.

– Они подходят! – торжественно объявила родителям младшая, поговорив с сестрой по телефону.

– А мне, похоже, они не подходят, – пробурчал Кудимыч и демонстративно скрылся в своей комнате. – Не мой размер.

Его супруга сбросила передник и вышла с дочерью в прихожую встречать гостя.

Вслед за Мариной в квартиру вошёл высокий худощавый блондин с букетом цветов, которые тут же без слов протянул матери подруги.

– Знакомьтесь, – смущенно произнесла старшая. – Это Роман.

Гость кивнул и покраснел буквально всей поверхностью головы. На лице проступили веснушки, волосы порыжели, уши стали похожи на  переспевшую хурму в разрезе.

– Проходите, проходите, – засуетилась хозяйка. – Проголодались, небось, с дороги.

– Никаких внешних признаков болезни, – недоумённо пробормотал Кудимыч, выглядывая в дверную щёлку. – И с чего, спрашивается, не пить человеку? Ладно, проверим.

Мама с дочерьми прошла в гостиную, а гость направился мыть руки. Глава семейства оценил обстановку и встал напротив санузла.

Роман вышел и наткнулся на Кудимыча, расставившего руки для объятий.

– Радость моя! – торжественно произнёс хозяин. – Не хотите ли отпраздновать наше знакомство в мужском кругу?

Гость отпрянул, уткнувшись спиной в дверь туалета.

– Там свободно, – гостеприимно улыбнулся Кудимыч.

– Папа! –  крикнула Марина, своевременно выскочившая из комнаты.

– Да, я её папа, – гордо подтвердил хозяин. – И люблю, как говорил один известный киноартист, выпить под абсолютно любую закуску.

– Идём, Рома, – Марина потянула гостя за рукав.

– А меня уже и не зовут? – буркнул Кудимыч. – Ладно, выпить не разрешают, но в пище отказывать!

– Юмор – наш семейный недостаток, –  вздохнула Марина. – Пойдёмте, папа, Рома.

– Другое дело, – хмыкнул глава семейства. – Старших надо уважать. Да, молодой человек?

– Конечно, – кивнул гость.

– Так я несу? – обрадовался Кудимыч. – Уважите человека, родившего эту красавицу?

– Я не пью, – промямлил Роман.

– И это вы называете уважением? – вздохнул хозяин дома.  – А я за своего зятя готов печенью пожертвовать.

– Салатику? – спросила младшая  у усаживающегося гостя.

– Он с чем? – поинтересовался Роман.

– Оливье с отварной говядиной, – с гордостью ответила за маму Марина.

– Я мясо не ем, – резко ответил гость. – И рыбу, кстати, тоже.

– Вот к чему отказ от выпивки приводит! – воскликнул Кудимыч. – Уже и мясо кушать смысла нет! Так и до налога на бездетность недалеко!

– А Мариночка нам ничего не сказала, – вздохнула  хозяйка.

– Мы вместе ещё не обедали, – пожала плечами старшая. – Кстати, я тоже вегетарианка.

– Давно? – поперхнулась куском курицы её сестра.

– А вот с этой минуты, – ответила Марина. – Сейчас я нам с Ромой овощного салату и картошки положу. Да, Ромочка?

Гость скромно кивнул.

– Да, мать, – вздохнул Кудимыч. – До чего гиподинамия молодёжь довела.  Вы не из евреев, дорогой зятёк?

Роман снова густо покраснел и отрицательно покачал мгновенно порыжевшей шевелюрой.

– Чего это я! – хлопнул себя хозяин по лбу. – Мой сосед по даче Петя аналогичной неоднозначной национальности. Так он  всё подряд кушает! И свининку жареную с яйцом обожает. И сверху лучком зелёным погуще. Одна беда, водку только охлаждённую пьёт. Я  с ним прямо измучился. В магазин сгоняем, организм, понимаешь, уже на грани межконфессионного конфликта, а он заявляет: «Пока до нужной температуры спиртное не доведём, пить не буду!».  А крюшончик вам можно?

– Пожалуй, – кивнул гость.

– Замечательно, – обрадовался Кудимыч. – И я с вами за компанию.

Хозяин налил розоватый напиток в два  бокала:

– Выпьем за ваше с Маринкой счастье!

И сам быстро сделал два больших глотка.

– Стоять! – крикнула хозяйка дома, только что вернувшаяся из кухни. Она  натёрла морковки, нарезала в неё кураги и орехов, заправив оливковым маслом с лимонным соком. – Что это вы пьёте?

– Крюшончик, – промурлыкал Кудимыч,  хитро улыбаясь.

– Я же никакого крюшона не делала! – воскликнула хозяйка. – Вот, сок яблочный стоит.

– Что я, уже супруге и помочь не могу, – обиделся глава семейства. – Практически безалкогольный напиток. Пейте, Ромочка. Всего-то пол-литра водки на два литра компота. Даже детям для аппетита можно.

– Папа! – воскликнула Марина. – В сок ничего не подливал?

– Обижаешь, – ответил Кудимыч. – Зачем столько водки зря переводить?  Ладно, буду теперь младшего зятя ждать. Может, с ним повезёт больше.

Он стремительно выскочил из-за стола, прихватив с собой кувшин с крюшоном и бокал.

– Пойду сам с собой отмечать знакомство с зятем. А завтра на дачу уеду, к Пете. Там и оставшиеся припасы пригодятся. Он мне компанию всегда составит. Да, Марина, моё предложение по поводу кровати остаётся  в силе. Несмотря ни на что. А ты, мать, на раскладушку.

– Папа! – воскликнула старшая.

– Не стоит благодарностей, – гордо произнёс хозяин.

Кудимыч заперся в комнате, выпил два глотка коктейля и понял, что больше не лезет. Он прилёг на кровать, включил телевизор и не заметил, как уснул.

***

– Что ж ты мне про отца ничего не сказала? – упрекнул Марину Роман.

– А ты почему о вегетарианстве молчал? – парировала она.

– Один – один, – хмыкнул гость. – Мне нужно срочный звонок сделать.

*** 

В дверь спальни Кудимыча постучали. Он открыл глаза и посмотрел на часы. Оказалось, что он проспал часа четыре. Постучали ещё раз.

– Извинения принимаются! – радостно воскликнул глава семейства, поднялся и распахнул дверь.

Перед ним стоял Роман и мужчина постарше, такой же высокий блондин.

– Знакомьтесь, – сказал потенциальный зять. – Это мой папа, Геннадий. Я ему позвонил, и он первой же электричкой приехал. Ну, я вас оставлю, а вы тут пообщайтесь.

– Присаживайтесь, – равнодушно произнёс Кудимыч – Лекции о вреде алкоголизма читать будете?

– Рома меня с собой брать не хотел, – неуверенно начал гость. – Сказал, вся семья непьющая, чего я там, то есть тут, буду с кислым видом сидеть.

– Такого оскорбления я ещё не слышал! – возмутился хозяин. – Назвать мою семью непьющей!

– Так может, за знакомство? – Геннадий распахнул полы пиджака, и взору Кудимыча открылись две бутылки водки, вставленные во внутренние карманы.

– А охладить? – обрадовался хозяин.

– Лишнее, – скептически заметил гость.

– За закуской сбегать? – поинтересовался Кудимыч.

– Предусмотрел, – кивнул Геннадий и достал два бутерброда с маслом и килечкой пряного посола, завёрнутые в полиэтилен.

Хозяин взял из серванта две стопки, налил и спросил у будущего свата:

– Как же ты за сыном не досмотрел, Геночка?

– Не будем о грустном, – попросил гость. – Двое сыновей, а выпить дома не с кем.

– За детей? – провозгласил Кудимыч.

– А что ещё остаётся, – вздохнул Геннадий. – И за себя выпьем, и за детей. И за будущих внуков.

– Правильно, – поддержал хозяин. – А нам поздно меняться. Эх, молодёжь. С каких ограничений жизнь начинают! Так ведь и вспомнить в нашем возрасте не о чем будет. А диетическое питание и отказ от алкоголя надо заслужить большим трудовым стажем и подробным эпикризом. Согласен, Гена? Но мы-то ещё не заслужили! Хлебушек бородинский? Давай тогда за нашу победу! Масло вологодское? За малую родину, Геночка! Килечка балтийская? Тогда  выпьем стоя за тех, кто в море! А что за водка, я так и не посмотрел? Горилка с перцем? Подожди, Гена, я стаканы достану.

© Copyright: Леонид Блох