Аббат и вор

В Лондоне восемнадцатого века была одна проблема, о которой предпочитают умалчивать - свирепствовали квартирные воры. Домушники, так сказать.

И среди них всегда были форточники, то есть те, которые могли пролезть в маленькое оконное отверстие и открыть дверь. И в этой роли выступали в основном мальчишки лет восьми. Маленькие и достаточно худые. Но тут случилось одно дело. Очень важное...

Изобрели великий уравнитель. А точнее - кольт. Все, надеюсь, знают, что это такое.

Ну так вот. Лондонцы начали массово покупать кольты, тем более что стоили они немного. И естественно, при их помощи стали охранять свои жилища.

И начался такой отстрел воров, что быть домушником стало опаснее, чем солдатом на войне. И специальность эта временно отошла в небытие. Воры старались переквалифицироваться.

Но Вильям по кличке Худой был исключением из общих правил. Он не входил ни в какую банду. Он орудовал самостоятельно. И никогда не попадался. Никогда.

Чем заслужил в своей среде уважение и удивление. Никто не мог понять, как это ему удаётся. И даже поменяли кличку на – Везучий. А везения то и не было. Был точный расчет и… любовь. К своему коту по имени – Серый.

Кот тоже был маленький, худой и грязный. Что не удивительно, поскольку Вильям ел только тогда, когда приносил перекупщику украденную в квартирах мелочь, а это случалось далеко не каждый день.

И тогда же ел и Серый. Но несмотря на голод и холод, он не бросал своего маленького друга. Он отвечал ему взаимными чувствами.

Вы спросите, конечно, как же действовал Вильям? А просто. Он открывал задвижку тонким и крепким лезвием ножа, а потом запускал в форточку Серого. И тот проверял, есть ли кто дома.

И всё же - очень опасно было это. И Вильям не без оснований боялся пули от одного из жильцов, если вдруг его не заметил Серый. Поэтому, когда особенно долго не удавалось ничего украсть, он шел в аббатство, где знал одну маленькую и неприметную форточку...

Убедившись, что в церквушке никого нет, Вильям залезал туда и брал всякую серебряную мелочь. И тогда у них с Серым был пир горой. Но в этот раз...

В этот раз, как всегда, Серый сел на подоконник. И Вильям, набив карманы и маленький мешочек крестиками, цепочками и маленькими иконами, уже подошел к окну и приготовился исчезнуть.

Вдруг его окликнули. Вздрогнув и чуть не потеряв сознание от страха, Вильям замер и сжался. Он ожидал выстрела в спину и уже прощался с жизнью, когда на его правое плечо легла большая и тёплая ладонь.

Мягкий, но звучный баритон прозвучал над его ухом.

- Повернись ко мне, малыш. И не бойся.

Вильям повернулся и увидел высокую, худую фигуру седого мужчины в черной сутане.

- Я аббат, - представился тот. - И монахи рассказали мне, что тут постоянно исчезают украшения. Вот я и заинтересовался. На самом деле, я давно наблюдаю за тобой. И у меня возникло несколько вопросов, которые, честно говоря, не дают мне покоя. Если ты ответишь мне на них, то я разрешу тебе уйти отсюда и даже дам денег. Согласен?

Вильям смотрел на правую руку аббата, опущенную в карман и опасался, что оттуда в любую секунду может появиться великий уравнитель. И жизнь его закончится. Поэтому он сел на предложенное место на скамье и согласно кивнул.

- Прежде всего, - начал аббат, - вытащи всё украденное и положи рядом с собой.

Вильям послушался, и вскоре на скамейке появилась горка украденных вещей.

- Не густо, - усмехнулся аббат.

- Как получилось, - нахмурился Вильям.

Аббат вытащил руку из правого кармана и мальчик вздрогнул. Но в руке высокого седого мужчины был не кольт. Это был мешочек с монетами, которые позвякивали.

- Возьми, - сказал аббат. - Считай, что я купил у тебя всё это вместо прекупщика. Идёт?

- Идёт, - оживился Вильям, который не ожидал такой удачи.

Он схватил мешочек и стал радостными глазами искать Серого, чтобы показать своему единственному другу улов, который принесёт им пару сытых дней. Но кот...

Серый уже улёгся на коленях аббата, сидевшего рядом с маленьким и худым вором.

- А я его давно подкармливаю, - улыбнулся аббат. - Как ты его сюда запускаешь, так я и кормлю. А потом наблюдаю за тобой.

Серый прижимался к аббату и смотрел на того влюблёнными глазами, и Вильям на секунду почувствовал укол ревности.

- Не сердись на него, - сказал аббат. - Он не предал тебя. Он просто был очень голоден.

И Вильям, услышав про еду, сглотнул слюну. Он не помнил, когда ел в последний раз. Может вчера, а может и пару дней назад.

- Итак, - начал аббат. - Объясни мне, пожалуйста, почему ты берёшь только такую никчемную мелочевку, когда мог бы унести, например, вот эти бесценные старинные подсвечники, которые обеспечили бы тебя на много лет. Я не могу понять, почему?

Вильям усмехнулся.

- У меня всё равно отобрали бы их и избили, - сказал он.

И правое веко аббата дёрнулось. Он ещё раз внимательно посмотрел на Вильяма и увидел перед собой сидящего на церковной скамье маленького, худого, голодного и оборванного мальчика. Сироту... Сердце его болезненно сжалось.

- А так, - продолжал Вильям, - я могу спрятать немного серебряных изделий и потом продать. И у нас с Серым будет, что есть.

- Но ведь, кубок... Кубок, - настаивал аббат. - Было бы легче пронести и спрятать. Может, ты смог бы продать его?

- Что же вы думаете, что я буду обворовывать Бога? - вдруг вспыхнул Вильям и вскочил. - А так я беру всякую мелочь и надеюсь, что он простит нам с Серым это.

- О как! - изумился аббат. - Честный вор.

И Вильям, вдруг вспомнив, что его застали за воровством в церкви, покраснел и сел на скамейку.

- А знаешь, что, - заметил аббат. - Что это мы с тобой разговариваем на пустой желудок? Пойдём-ка ко мне в покои. У меня там стол накрыт. Вот там и продолжим разговор.

И тут желудок Вильяма, давно приставший к спине, предательски заурчал. Вильям сглотнул слюну, но ответил:

- Не попрошайки мы. Мы работаем.

- Ты смотри, гордый какой, - улыбнулся аббат и тёплой и крепкой ладонью погладил мальчика по вихрастой голове. - Ну, не упирайся, пойдём пожалуйста. Сделай мне такое личное одолжение. Я ведь совсем один и некому со мной поговорить.

- Ну, раз одолжение, - согласился Вильям. - Раз одолжение, то мы пойдём.

И они направились в покои аббата. Высокий, седой человек в черной сутане и маленький, оборванный мальчик, а между ними шел Серый, задорно подняв хвост. Ему явно всё происходящее нравилось.

Вильям ел, стараясь не хватать всё подряд. Мальчик делился со своим хвостатым другом и через час они оба уснули.

Вильям за столом, а его кот - свернувшись калачиком на коленях аббата. Тот перенёс лёгкое, как пушинка, тело маленького мальчика на кровать, а сам сел в кресло возле свечи и всё время, пока Вильям спал, смотрел на него. И в его глазах была жалость и ещё одно чувство...

Вильям напоминал ему его давно умершего сына. Умершего, еще до того, как он принял сан. Жена не смогла пережить смерть ребёнка, и аббат остался один.

Он смотрел на маленькое тельце, свернувшееся на его кровати, и из его глаз текли слёзы.

А когда Вильям проснулся, то нашел рядом с собой немного большую, но все же новую одежду.

- Я не могу её взять, - сказал он аббату. - Я не смогу объяснить в притоне, где взял её, и меня снова изобьют.

И у аббата опять дёрнулся правый глаз.

- Послушай, - сказал он Вильяму. - Послушай… Когда у тебя не будет совсем ничего, приходи сюда, и я буду давать тебе деньги.

Вильям возмутился.

- Я же не попрошайка, - сказал он. - Мы с Серым работаем. Мы честные воры.

Аббат улыбнулся.

- Послушай, честный вор, - сказал он Вильяму. - Когда совсем станет плохо, приходи сюда. Я хочу, чтобы ты жил здесь. Я обещаю, что ни в чем не буду ограничивать тебя и твоего серого друга. Просто мне очень одиноко. Ты мог бы жить здесь и рассказывать мне истории о своей жизни. И мне стало бы веселее. Идёт? Не отказывайся сразу. Подумай, пожалуйста...

- Ну, хорошо, - сказал Вильям. - Хорошо. Мы с Серым подумаем, - и он пошел к окну.

- Куда?! - удивился аббат. - Теперь ты тут дома. А из своего дома выходят через дверь, и входят туда же.

И на секунду...

На одну краткую секунду Вильяму вдруг стало хорошо. Так, будто что-то родное и давно забытое прикоснулось к его сердцу.

Они с Серым ушли, а аббат стоял и смотрел им вслед. И в его глазах была надежда.

Никогда, ещё никогда в жизни он так не молился, как в эту ночь. Он просил Бога только об одном...

Вильям пришел через неделю. Он шел к тому, давно забытому чувству. Оно звало его.

Холодный осенний дождь стекал по тряпью, заменявшему ему одежду, а под правым глазом был огромный синяк.

- Кто это сделал? Кто? - затрясся аббат, который схватил мальчика и, подняв, прижал к себе.

- Не думайте об этом, - ответил Вильям. - Не думайте. Можно мне немножко поспать?

И аббат побежал в свои покои, неся на руках свою бесценную ношу.

Я сказал вам, что никогда раньше он так не молился Богу? Но это неправда. Пока Вильям спал, аббат благодарил Создателя за то, что он услышал его молитвы.

И кот по имени Серый стоял рядом и тихонько мурлыкал.

Вы, наверное спросите, дамы и господа, а что случилось дальше?

А дальше было вот что. Мальчик быстро пришел в себя и аббат стал учить его письму и другим наукам, а потом он пошел в школу при монастыре. После чего поступил в университет, где…

Нет, я не скажу вам. Это секрет. Могу только рассказать, что до конца жизни он называл аббата своим отцом. И принял его последний вздох, сжимая в своих руках его холодеющие ладони.

Мальчик стал самым известным ученым восемнадцатого века и знаменитым философом. Имя его, вне всякого сомнения, вам известно. Поэтому я не стану называть его. Ведь я дал обещание…

Да и никто не поверит в это, а зачем? Зачем, дамы и господа?

Ведь не это главное. А главное - счастье в глазах аббата и радость маленького мальчика и его кота.

И причём тут Бог, спросите вы?

А я не отвечу. Потому что, не знаю ответа на этот вопрос.

Я ведь маленький, обычный человек, который пишет о любви.

Сказки для взрослых о любви.

Вот так.

Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО