У соседа захлопнулась дверь...

В подъезде со мной живёт Михаил Артёмович. Положительный семьянин. Приятный, спокойный, не шумный – лучшего соседа и желать не надо. Но иногда в доме шутят над его фамилией.

Фокус в том, что по паспорту его фамилия – Труп. Михаил Артёмович Труп. Не знаю, как можно жить со столь выдающейся фамилией, лично я бы повесилась сразу. Но видимо, Мишу это абсолютно не барабанит.

Жена Лиля при замужестве тоже взяла его фамилию. Наверное, очень любит супруга, ведь мужик-то хороший. И теперь они оба Трупы. Даже представить не могу, как регистратор в загсе на свадьбе спрашивала:

- Лилия Семёновна, согласны ли вы стать Трупом? – и не ржала при этом во весь голос.

Жильцы дружески подтрунивают над этой парочкой. Всем рассказывают, что в нашем доме живут два Трупа, а скоро к ним может добавиться третий. Во дворе стоит Мишина «Лада», которую соседи называют Труповозкой, а квартиру Миши и Лили называют трупохранилищем. Милый, добрый соседский юмор.

Я настолько привыкла, что уже не придаю значения экзотической фамилии соседей. Но на днях Миша постучал ко мне и просил срочно набрать службу спасения.

- Проблема у меня, Вера, - говорит. – Лильки дома нет, а я за хлебом без ключей вышел – и дверь захлопнул. Даже телефон с собой не взял! Сижу в подъезде, как домой попасть – не знаю.

- Заходи, Миша, чаю выпей, - говорю. – Уже набираю спасателей! Приедут – вскроют тебе жильё.

Звоню на пульт службы спасения. Говорю:

- Здравствуйте, девушки! Требуется помощь, у нас тут Труп домой попасть не может.

Диспетчерша на том конце поперхнулась и зависла.

- Хе, - говорит она. – Хе-хе. Весело смена начинается. Куда там ваш труп попасть не может?

- Домой, - говорю. – Он дверь захлопнул и ключ забыл.

- До чего трупы непоседливые пошли, - говорит диспетчерша. – Глаз да глаз за ними нужен. И где у него дом? Я так догадываюсь, вы из морга звоните?

- Почему из морга? – удивляюсь. – У нас обычный дом. Улица Лесная, десять. Высылайте бригаду, пожалуйста. Будьте людьми, помогите Трупу.

- Э-э… да, - говорит диспетчер. – Трупам надо помогать всеми силами. Но может, вам лучше к охотникам за привидениями обратиться? Или к укротителям зомби? Нет?

- Хватит шутить! – сержусь я. – Тут реальная проблема. Труп вышел из дома, вернулся – а дверь захлопнута.

- Ага, - говорит телефонистка. – А чего ему на Лесной спокойно не лежалось? Куда он вообще ходил, если не секрет?

- Куда и все ходят – за хлебом, - говорю. – Труп тоже человек, ему надо чем-то питаться. Вы едете или нет?

На линии возникло некоторое молчание.

- Едем-едем, - наконец говорит диспетчер. – Вы нас замотивировали. Мне интересно, почему на улице Лесной трупы за хлебом бегают. Он хотя бы не кусается? Может, ребятам осиновый кол с собой взять?

- Нет, - говорю. – Он совершенно безобидный, весёлый. С ним по соседству жить – одно удовольствие…

По-моему, диспетчерша стала тихонько колотиться головой о пульт.

- И где он сейчас? – спрашивает. – Этот ваш безобидный, весёлый и замечательный труп?

- Чай на кухне пьёт, - говорю. – Со свежим хлебом и лимонным пирогом. Ждёт, когда вы квартиру ему откроете. Иначе придётся ему в гостях торчать, пока жена с работы не вернётся.

Паузы в телефоне становились всё выразительней.

- Вот как! – говорит диспетчерша. – Конечно, трупу без жены нельзя. А кто его супруга?

Что-то переставал мне нравиться этот пытливый разговор.

- Его жена тоже Труп, - говорю. – Зовут её Лилия Семёновна, работает в больнице… Эй, сударыня, чего вы там ржёте-то?

- Нет, ничего, - говорит диспетчер. – Я уже предполагаю, что Лилия Семёновна работает наглядным пособием для студентов-медиков… Записала вызов, поедем разбираться с вашим ходячим трупом.

- Вы меня неправильно поняли, - говорю. – Труп – это мой сосед. Зовут его Михаил Артёмович...

- Да-да, - отвечает эта коза. – Михаил Артёмович. Вы имя у него на бирке прочитали?

- На какой бирке?

- Ну на той… которая покойникам к ноге крепится.

- Хватит ваньку валять! – взорвалась я. – Не спасатели, а комики какие-то! Принимайте вызов и приезжайте, потом вопросы задавать будете!

- Уже выехали, - успокаивает диспетчерша. – С минуты на минуту будем, но мне надо записать человека, передавшего сообщение. Вы кто?

- Записывайте, - говорю. – Я – Живая.

Слышу: диспетчерша опять лбом в пульт – бамс!

- Кто-о-о?

- Глухая вы, что ли? – говорю. – Вам по буквам продиктовать? Я – Вера Алексеевна Живая. А Труп телефон дома оставил, поэтому сам позвонить не может.

- Записала, - говорит телефонистка. – Пожалуй, стоит продать это сообщение на канал ТНТ… «Сегодня поступил звонок от живой гражданки, что в соседней квартире заблокирована дверь и проживающий там труп не может попасть домой». Правильно?

- Ошибочка, - говорю. – Надо писать не «живая гражданка», а «гражданка Живая»! Это большая разница. И где тут повод для смеха? Между прочим, Труп вам не мальчик, ему двадцать пять лет.

Диспетчер пробормотала что-то типа «опять несвежего жмура подсунули» и тишина в трубке стала совсем зловещей. Я разъединилась и пошла пить чай с Мишей Трупом, надеясь, что с этой девчонкой всё будет в порядке.

***

Приехавшие спасатели позубоскалили, но быстро разобрались что к чему и вскрыли Мише запертую квартиру. Потом я услышала, как старший спасатель звонит на базу:

- Машенька, вызов на улицу Лесную выполнен. Труп благополучно попал домой. Доложил бригадир группы Отпевалов…


(использована иллюстрация из открытого доступа)

© Copyright: Дмитрий Спиридонов 3