Новогодние истории. Васькина любовь
Ноябрь потихоньку близится к завершению, на улице зарядили дожди. Какао и имбирное печенье уже ждут тебя, мой друг! Надевай скорее носки с оленями и садись в кресло – тебя ждет вторая моя новогодняя история.
И она про Васькину любовь...
*****
Еленпална, худая, как жердь, резкая в словах и суждениях, ни капли не жалела о своем разводе с мужем. Ей в поход, ему – на диван, она – салат, он – чипсы, она моржевать, а он с друзьями в гараж. Ночь-полночь, небритый, вонючий...
Тянуть она не стала.
- Свобода дороже штампа! – Еленпална купила товаркам на работу торт, а сама праздновала, лакомясь киви и манго.
С работы Еленпалну встречал Васька. Василиус, Василиск, Васисуалий, толстая морда и шпана подзаборная. Масти он был самой что ни на есть дворовой, подобран возле свалки, со слезящимися глазами, тощий, блохастый.
Бывший муж грозился выгнать ее с находкой на улицу к бомжам, на что Еленпална напомнила супружнику, что квартира как раз ее собственная, добрачная. И к бомжам в случае чего отправится именно он, пивасный король. Что в итоге и произошло.
И вот теперь, когда весь мир распахнул объятья Еленпалне, она планировала новогодние праздники.
Да-да, несмотря на ноябрь и все такое...
Васисуалий был заперт в переноске, вопли он издавал видоплясовские, кричал, что «Свободы ему, свободы!»
Переноска погружена в машину, пакеты с продуктами в багажник, стаканчик кофе в подставку и вперед, наводить на даче осенний порядок.
Василиск, сидя в переноске, строил коварные планы по отмщению любимой хозяйке:
- Хотя, какая она мне хозяйка, она рабыня моя! Я, Василиус Первый, пустил ее к себе в квартиру, позволил спать на моей кровати, сидеть в моем кресле. Я ей даже разрешил вязать из моих любимых клубков ниток и играю с ней в мышку. А она! Со мной! Как с плебеем уличным!
- Васька, паршивец, а ну прекрати ворчать! Будешь нудеть, переведу на мышиную диету – что поймаешь, то и поешь! – Еленпална ловко лавировала между тяжелыми мужскими машинами на своем женском жуке.
Василий подумал и решил, что пока наказывать Еленупалну он не будет, а то того гляди действительно заставит ловить и есть, о ужас, мышей...
Ночь прошла хорошо. Утром Еленпална отправилась наводить порядок на участке – что-то обрезать, что-то смести, мусор выбросить.
Василий, позавтракав, прыгнул на подоконник. Он придирчиво осматривал, как хозяйка наводит чистоту, и вдруг увидел Ее!
Она была роскошна, пушистый лисий хвост, апельсиновые глаза, нежно-розовый носик. У Васьки невольно повисла слюна.
- Богиня, она богиня! Нет, не так, она – Богиня! – замурчал Васька.
Волшебная персидская красавица не замечала нового поклонника. Она сидела на подоконнике у открытого окна. Соседний дом был прям рядом, между ними было всего метров пять, сетчатый забор и непреодолимое расстояние в социальном плане.
Красавица вылизывала хвост, лапки, умывала личико. Потом села, аккуратно обвив передние лапки кремовым хвостиком. Васисуалий не удержался и упал на пол.
- И этот сражен! Муррр, какие же они скушшшные, мрр, мяу, - и красотка мягко спрыгнула вглубь комнаты.
Васька, запрыгнув обратно, обнаружил полнейшее отсутствие царственной особы кошачьего мира.
- Это она, мррр, испугалась за меня! – тешил тщетной надеждой себя Васька.
Весь день он ее поджидал, сидя на окне, но красотка более не появлялась.
Откуда было знать наивному Ваське, что красотка поднялась на второй этаж, и прячась за занавеской, прекрасно видела, как зачарованно смотрит соседский безродный кот на ее окно.
Разочарованный Василий к вечеру осунулся, он с утра ничего не ел. Он влюбился!
Утром, ни свет, ни заря, Васька уже занял свой выжидательный пост возле окна. Еленпална ушла шуршать в огород, а наш бедный влюбленный решил позвать красотку.
Он мяукал и мяукал, все громче и громче. Еленпална заскочила в дом:
- Васенька, милый, ты что, соскучился по мне? Я же рядом, - она схватила Васю и закружила в объятьях.
Васька мяукнул и лизнул хозяйку в щеку.
- Иначе бы не отстала. Вот же репей! – думал Васька на Еленпалну. – И эта, фильдеперсовая, куда делась? Что за народ, эти женщины!
Васька протяжно вздохнул и решил пойти спать, но тут в окне напротив мелькнул пушистый хвост. Васька вытянулся в струну, он сидел как солдатик, всматриваясь в стекла. Но Богиня не появилась...
Вечером Еленпална засунула громко вопящего Васеньку в переноску, и они уехали. Васькино сердце было разбито! Вдребезги, как хрустальный бокал, на миллион влюбленных и разочарованных осколков.
- Ну и пусть, умру, есть не буду, пусть ей станет стыдно! – всю дорогу думал Вася.
Откуда ему было знать, друзья, что в окне на втором этаже красотка, старательно прячась за тюль, вздохнула:
- Ах, у него такие изумрудные глаза! И эти стильные серые полоски…
Постепенно жизнь входила в привычную колею. Василий начал есть, играть с мышкой. Но ночами он вспоминал апельсиновые глаза Богини.
Новый год Еленпална решила встречать на даче. Она позвала друзей, рассказывая, какая у нее во дворе елка, и можно шашлыки, и гирлянды по всему дому, и салюты...
Тридцатого вечером Еленпална с Василием приехали на дачу. Дел было много, протопить дом, расчистить дорожки, подготовить посуду, достать миллион всяких игрушек и гирлянд.
С утра Василий вышел на крыльцо за Еленпалной, но лапки обожгло холодной белой штукой. Васька начал смешно дрыгать лапами, Еленпална взяла и поставила Василия в сугробчик.
Васька выскочил из снега словно спортсмен-легкоатлет. Он смешно дрыгался и крутился, подбегая к крыльцу.
И тут… и тут в окне напротив он увидел Ее. Богиня сидела, обернув лапки хвостиком, и смотрела прямо ему в глаза. А он... а он, у Нее на глазах, визжал и дрыгался, словно дурак.
О, боги, его сердце разбилось снова! Он опозорен, ему остается только прыгнуть с крыши в эту холодную белую смерть.
И тут Богиня потянулась, она прогнулась, вытянув хвостик, она скруглила спину и снова села, мило посматривая на Ваську.
- Соберись, тряпка! – сказал себе Васька. – Еще не все потеряно.
И, гордо подняв хвост трубой, медленно и важно прошествовал в дом. Гордо, не оглядываясь на красотку, словно ему и не было до нее никакого дела.
Вскоре приехали друзья, поднялся шум, гам, смех. Бегали веселые люди, они носили тарелки с вкусно пахнущей едой, вешали блестящие игрушки на елку, бросались друг в друга серпантином.
А Вася сидел и смотрел на Богиню, а она на него...
Стемнело, включили миллион ярких огней, жарили шашлык. Васька улучил момент и стащил со стола вкусную куриную ножку. Желудок вопил – «Васька, давай пожрем!», но сердце пело – «Подари ножку Богине».
Васька выбрался из дома и, не обращая внимания на снег, быстро пробрался на соседний участок. Не выпуская курочку из зубов, он по дереву забрался на ветку, которая привела его к открытой форточке.
Бросив курицу, Васька выбрался в окно и побежал домой.
- О, сколько раз еще моему сердцу придется разбиться! – спрыгнув на свой подоконник, Вася увидел, как Богиня напротив сидит и облизывает свои красивые усики.
- О! Она поела! – Васькино сердце подпрыгнуло от восторга.
В углу комнаты стояла на полу коробка, в которой лежали елочные игрушки. Те, которым не нашлось места на елке во дворе. Василий изучил содержимое и, выбрав ярко-розовое стеклянное сердце, снова отправился в путешествие.
Он нес этот символ своей горячей любви очень аккуратно. Вася помнил, как в прошлом году Еленпална наваляла ему за то, что он уронил елку, и несколько игрушек разлетелось на осколки.
Теперь его дорога заняла больше времени. И Богиня сидела и наблюдала, как он пробирается по снегу к ней.
Она сидела в кресле, Ее освещали огни гирлянд, и похоже, Она улыбалась Василию.
Положив игрушку на пол возле кресла, Василий произнес:
- Васисуалий Первый к вашим услугам, муррр! Я в жизни не видел более красивой кошечки. Леди, вы – Богиня, Богиня моего сердца! Отныне и навеки оно принадлежит вам! Мрррр…
Ночь праздновала встречу Нового Года и нового счастья!
Утром Еленпална и ее друзья проснулись от крика. Кто-то ломился к ним в дверь, стуча ногами, кулаками и, кажется, головой тоже.
Еленпална успела только отодвинуть щеколду, как дверь распахнулась и ей в лицо полетел Васька.
- Что вы себе позволяете?! – закричала Еленпална.
- Это что позволяет себе ваш блохастик?!
- Кто блохастик? Василий воспитанный кот. Почти с высшим уличным образованием! – Еленпална любого готова была растерзать за Васеньку.
- Гражданочка, вы понимаете, что у меня породистая кошка, из дорогого питомника, а он... а он… он нам породу испортил. Нашу репутацию! – мужчина на крыльце схватился за грудь.
- Валерьяночки, сейчас-сейчас, зайдите в дом, пожалуйста, - Еленпална метнулась к аптечке.
Отсчитывая капли, она спросила:
- А, ммм, вы уверены, ммм что ЭТО случилось? Может, ничего у них и не было? – невинные глаза Еленпалны смотрели прямо в сердце вошедшего.
- О! Мое сердце разбито, моя Евочка, - он готов был заплакать.
“Было, было. И не надейтесь, глупые люди! Что такое порода, когда у нас любовь!” – Васька на всякий случай спрятался под диваном.
- Я Еленпална, ой, извините, я Лена, - виновато улыбалась Еленпална. – А виновник Вася, ой, Васисуалий Первый.
- О, господи! Он еще и Васисуалий! – застонал мужчина, однако уже тише.
Он заметил, как хороша Еленпална, ой, Лена. И глаза у нее серые, и волосы пшеничные, и улыбка волшебная...
- Позвольте представиться, папа Евы, Михаил, - уже спокойно ответил мужчина.
- С Новым годом, Михаил, - прошептала Лена.
- Ага, с новым нас всех счастьем, - засмеялся мужчина.
- А у нас елка, и шашлыки, и салаты. Правда, они прошлогодние, - и они оба рассмеялись.
Впереди у них было большое счастье!
Так что, друзья, с Наступающим вас! И нового счастья!
Автор ВИТА САПФИР