История №1 за 24 января 2024
19
Гусь к столу
Утиная охота удалась на славу, и можно было расслабиться по-мужски. Весело переговариваясь, друзья стали готовить перекус. Разожгли костер, вскипятили в большом котле воду, заложили в него утятину, картошку, ароматную зелень и лук, приправили шулюм специями и солью и, не теряя времени, накрыли «поляну». Через десять минут «поляна» была готова к сабантую. В ее центре красовалось три бутылки водки, окруженные почетным караулом из минералки и пива, а также мясной нарезкой и зеленью на одноразовых тарелках. Все было готово к тому, чтобы выпить за удачную охоту и вкусить благоухающий суп из дикой утки. «Столичная» маняще играла в граненых стаканах, когда в небе раздался крик летящих на юг гусей. Их большой клин летел прямо на бивуак друзей с другого берега Зайсана. Почти все участники предстоящего сабантуя равнодушно прореагировали на крик гусей. И этому были весомые причины. Летели гуси высоко, на высоте метров 120, достать их дробью было практически невозможно, а душа с желудком уже жаждали праздника. Но не все в охотничьей ватаге остались безучастными к гусиному гоготанию. Нашелся заядлый охотник, который мгновенно сорвался с места, подбежал к своему автомобилю, открыл багажник и достал запасное одноствольное ружье «ИЖ-18», которое он прихватил на всякий случай. Затем он выскочил на берег озера, вскинул ружье и выстрелил с небольшим упреждением в сторону подлетающей стаи патроном с дробью в контейнере. Всеми его действиями, которые он совершил машинально, руководил природный инстинкт охотника, заложенный в его генах с детства. Этот инстинкт выгонял его в детстве на мороз и пургу пострелять зайцев, а в зрелые годы заставлял с риском для жизни выходить из засады на матерого секача. Вот и на этот раз охотничий инстинкт сработал безотказно и задал Николаю четкую программу последующих действий.
Что стрелок попал в цель, стало ясно сразу после выстрела. Один гусь стал бестолково махать крыльями, отставать от стаи и снижаться. Спустя десять секунд его снижение превратилось в крутое пике, и он по параболической траектории устремился к накрытой «поляне» охотников. Характерный шелестящий звук быстро приближающегося в воздухе большого тела заставил присевших охотников вскочить на ноги и напрячься. Гусь падал прямо на них. К счастью для них удар гусиного фугаса пришелся точно по центру «поляны».
Громкий звон битого стекла стал заключительным аккордом удачного выстрела Николая. Все три бутылки водки разом превратились в битое стекло, а разложенная в одноразовых тарелках закуска - в политый алкоголем и присыпанный стеклом микс из мяса и зелени. На пару минут воцарилось общее молчание, в котором каждый участник «удачного выстрела» Николая пытался осмыслить происшедшее и его последствия. Вернул всех к действительности сам виновник происшедшего. Широко разведя руки и гостеприимно раскланявшись, он театрально произнес:
- Господа, гусь подан! Прошу пожаловать к столу!
Его остроумная реплика разрядила драматическую ситуацию, вызвав дружный смех переполошенных охотников. Да и было чему смеяться. На «поляне» поверх уничтоженной закуски и выпивки лежал поверженный гусь, спрятав свою бедовую голову под раскрытое крыло. Он свое отлетал, в вот охотники были живы-здоровы. Можно было продолжать прерванный сабантуй. Как выяснилось чуть позже, у всех участников охоты оказалась предусмотрительно прихваченная алкогольная заначка. В силу негласной традиции даже язвенники на Алтае ездят на охоту с необходимой по такому случаю запаской.
Утиная охота удалась на славу, и можно было расслабиться по-мужски. Весело переговариваясь, друзья стали готовить перекус. Разожгли костер, вскипятили в большом котле воду, заложили в него утятину, картошку, ароматную зелень и лук, приправили шулюм специями и солью и, не теряя времени, накрыли «поляну». Через десять минут «поляна» была готова к сабантую. В ее центре красовалось три бутылки водки, окруженные почетным караулом из минералки и пива, а также мясной нарезкой и зеленью на одноразовых тарелках. Все было готово к тому, чтобы выпить за удачную охоту и вкусить благоухающий суп из дикой утки. «Столичная» маняще играла в граненых стаканах, когда в небе раздался крик летящих на юг гусей. Их большой клин летел прямо на бивуак друзей с другого берега Зайсана. Почти все участники предстоящего сабантуя равнодушно прореагировали на крик гусей. И этому были весомые причины. Летели гуси высоко, на высоте метров 120, достать их дробью было практически невозможно, а душа с желудком уже жаждали праздника. Но не все в охотничьей ватаге остались безучастными к гусиному гоготанию. Нашелся заядлый охотник, который мгновенно сорвался с места, подбежал к своему автомобилю, открыл багажник и достал запасное одноствольное ружье «ИЖ-18», которое он прихватил на всякий случай. Затем он выскочил на берег озера, вскинул ружье и выстрелил с небольшим упреждением в сторону подлетающей стаи патроном с дробью в контейнере. Всеми его действиями, которые он совершил машинально, руководил природный инстинкт охотника, заложенный в его генах с детства. Этот инстинкт выгонял его в детстве на мороз и пургу пострелять зайцев, а в зрелые годы заставлял с риском для жизни выходить из засады на матерого секача. Вот и на этот раз охотничий инстинкт сработал безотказно и задал Николаю четкую программу последующих действий.
Что стрелок попал в цель, стало ясно сразу после выстрела. Один гусь стал бестолково махать крыльями, отставать от стаи и снижаться. Спустя десять секунд его снижение превратилось в крутое пике, и он по параболической траектории устремился к накрытой «поляне» охотников. Характерный шелестящий звук быстро приближающегося в воздухе большого тела заставил присевших охотников вскочить на ноги и напрячься. Гусь падал прямо на них. К счастью для них удар гусиного фугаса пришелся точно по центру «поляны».
Громкий звон битого стекла стал заключительным аккордом удачного выстрела Николая. Все три бутылки водки разом превратились в битое стекло, а разложенная в одноразовых тарелках закуска - в политый алкоголем и присыпанный стеклом микс из мяса и зелени. На пару минут воцарилось общее молчание, в котором каждый участник «удачного выстрела» Николая пытался осмыслить происшедшее и его последствия. Вернул всех к действительности сам виновник происшедшего. Широко разведя руки и гостеприимно раскланявшись, он театрально произнес:
- Господа, гусь подан! Прошу пожаловать к столу!
Его остроумная реплика разрядила драматическую ситуацию, вызвав дружный смех переполошенных охотников. Да и было чему смеяться. На «поляне» поверх уничтоженной закуски и выпивки лежал поверженный гусь, спрятав свою бедовую голову под раскрытое крыло. Он свое отлетал, в вот охотники были живы-здоровы. Можно было продолжать прерванный сабантуй. Как выяснилось чуть позже, у всех участников охоты оказалась предусмотрительно прихваченная алкогольная заначка. В силу негласной традиции даже язвенники на Алтае ездят на охоту с необходимой по такому случаю запаской.