msttknmttglvnbl
У меня есть друг Боря. И у него есть жена Сара. Когда этот Боря со своей Сарой приехал в Америку, то машину он купил раньше, чем выучил английский язык... И вот как-то я приглашаю их к себе на дачу в Поконо. Объясняю на чистом русском языке:
— Боря, выезжаешь на 280-ю, она переходит в 80-ю, на 284-м экзите выезжаешь и звонишь мне, я тебя подбираю.
— И добавляю, — Всё время ориентируйся на вывеску "Поконо".
Поконо, если кто-то не понял, это дачная местность.
Где Боря переехал на 287-ю и при этом поехал в обратную сторону – на юг, я не понял, но теперь это уже не важно. И вот он едет-едет, едет-едет, а вывески "Поконо" всё нет и нет.
Через два часа его Сара включает свою пилу:
— Как можно было не взять карту? Как можно было не выяснить куда ехать? Как я могла связаться с таким идиотом? Б-же, как я могла так влипнуть?
Тогда Боря думает: "Надо ехать быстрее, потому что на этой скорости она меня распилит раньше, чем мы доедем до этих "Поконо".
Он нажимает на газ и едет так минут пять – не больше, потому что за ним появляется мент со своей светомузыкой и требует остановиться. Боря, новый иммигрант со старыми привычками, хватает бумажник и бежит к менту. Тот спокойно достает свой пистолет и говорит, что если Боря сейчас не сядет обратно в свою машину, он его убьет. Боря не столько по словам, сколько по жестам, понимает, что с ним не шутят и возвращается в свою машину.
Мент прячет пистолет, выходит из машины, подходит к Бориной и говорит ему:
— Дай мне свои водительские права, — и показывает на бумажник.
Боря опять все понимает по-своему и достаёт из бумажника 100 долларов. Мент ему говорит:
— Если ты намерен мне дать не водительские права, а взятку на рабочем месте, то я на тебя надену вот эти наручники, — показывает ему наручники.
Сара, которая тоже не понимает, почему мент отказывается от 100 долларов, спрашивает:
— Боря, что он от тебя хочет?
Боря отвечает:
— Я не знаю! Может, предложить ему 200?
Сара говорит:
— Б-же мой, почему я связалась с таким идиотом? Если ты не знаешь, сколько это стоит, так выясни у него!
— Почему я идиот? – в очередной раз удивляется Боря. – Просто, когда мне показывают то пистолет, то наручники, я немного нервничаю.
— Так перестань нервничать и выясни! – говорит Сара.
— Хорошо, я сейчас всё выясню! – говорит Боря, потом поворачивается к менту и, как его учили на курсах английского языка, говорит, — Хэлло, ду ю спик инглиш?
Мент удивленно:
— Ду ай спик инглиш?! (Говорю ли я по-английски?!)
Боря ему:
— Йес, ю! Ду ю спик инглиш?
Мент – в полной растерянности, потому что никаких других языков, кроме английского, он не знает.
Сара говорит:
— По-моему, он такой же идиот как и ты! Б-же, как я влипла!
Мент, между тем, приходит в себя, прячет пистолет и говорит Боре:
— Оk, where do you go, dude? (куда ты едешь, умник?)
— I’m Borya, – отвечает Боря, как его учили на курсах. – What is your name?
Мент, ничего не отвечая на Борин вопрос, берёт его телефон, смотрит, какой последний номер он набирал и звонит мне.
— Здравствуйте, – говорит он, – я полицейский такой-то, вы случайно не знаете Борю?
Я честно отвечаю, что Боря мне хорошо известен, причем с детства.
— Прекрасно! – говорит мент. – Тогда ответьте мне на такой вопрос: не страдает ли ваш друг какими-то психическими заболеваниями?
Я отвечаю, мол, нет, не страдает.
— Может быть, он перенес недавно какую-то тяжелую психологическую травму? – продолжает настаивать мент.
— Тяжелую психологическую травму, – отвечаю я, – Боря перенес 30 лет тому назад, когда женился на той женщине, которая сейчас сидит справа от него. Но судя по тому, что он до сих пор её не задушил, он – в прекрасной психологической форме.
— Это я понимаю, как никто, – вздыхает мент.
— Просто он ещё не успел выучить английский, – добавляю я. – Отсюда все проблемы.
— Так где вы его ждете? – спрашивает мент, и я объясняю где.
И тогда мент становится перед Бориной машиной и везёт его с мигалкой сто миль до 284-го экзита, где передаёт его мне, как говорится, с рук на руки.
Уже на даче я объясняю Боре, что у нас в Америке с ментами надо быть поосторожней, потому что таки да могут застрелить на месте.
— Я же говорю, что он идиот, – замечает Сара.
— Почему? – не понимаю я.
— Потому что никакой умный человек не поедет 100 миль, чтобы помочь такому Боре, как мой, если он может его застрелить на месте и таки не иметь этой головной боли!..
— Боря, выезжаешь на 280-ю, она переходит в 80-ю, на 284-м экзите выезжаешь и звонишь мне, я тебя подбираю.
— И добавляю, — Всё время ориентируйся на вывеску "Поконо".
Поконо, если кто-то не понял, это дачная местность.
Где Боря переехал на 287-ю и при этом поехал в обратную сторону – на юг, я не понял, но теперь это уже не важно. И вот он едет-едет, едет-едет, а вывески "Поконо" всё нет и нет.
Через два часа его Сара включает свою пилу:
— Как можно было не взять карту? Как можно было не выяснить куда ехать? Как я могла связаться с таким идиотом? Б-же, как я могла так влипнуть?
Тогда Боря думает: "Надо ехать быстрее, потому что на этой скорости она меня распилит раньше, чем мы доедем до этих "Поконо".
Он нажимает на газ и едет так минут пять – не больше, потому что за ним появляется мент со своей светомузыкой и требует остановиться. Боря, новый иммигрант со старыми привычками, хватает бумажник и бежит к менту. Тот спокойно достает свой пистолет и говорит, что если Боря сейчас не сядет обратно в свою машину, он его убьет. Боря не столько по словам, сколько по жестам, понимает, что с ним не шутят и возвращается в свою машину.
Мент прячет пистолет, выходит из машины, подходит к Бориной и говорит ему:
— Дай мне свои водительские права, — и показывает на бумажник.
Боря опять все понимает по-своему и достаёт из бумажника 100 долларов. Мент ему говорит:
— Если ты намерен мне дать не водительские права, а взятку на рабочем месте, то я на тебя надену вот эти наручники, — показывает ему наручники.
Сара, которая тоже не понимает, почему мент отказывается от 100 долларов, спрашивает:
— Боря, что он от тебя хочет?
Боря отвечает:
— Я не знаю! Может, предложить ему 200?
Сара говорит:
— Б-же мой, почему я связалась с таким идиотом? Если ты не знаешь, сколько это стоит, так выясни у него!
— Почему я идиот? – в очередной раз удивляется Боря. – Просто, когда мне показывают то пистолет, то наручники, я немного нервничаю.
— Так перестань нервничать и выясни! – говорит Сара.
— Хорошо, я сейчас всё выясню! – говорит Боря, потом поворачивается к менту и, как его учили на курсах английского языка, говорит, — Хэлло, ду ю спик инглиш?
Мент удивленно:
— Ду ай спик инглиш?! (Говорю ли я по-английски?!)
Боря ему:
— Йес, ю! Ду ю спик инглиш?
Мент – в полной растерянности, потому что никаких других языков, кроме английского, он не знает.
Сара говорит:
— По-моему, он такой же идиот как и ты! Б-же, как я влипла!
Мент, между тем, приходит в себя, прячет пистолет и говорит Боре:
— Оk, where do you go, dude? (куда ты едешь, умник?)
— I’m Borya, – отвечает Боря, как его учили на курсах. – What is your name?
Мент, ничего не отвечая на Борин вопрос, берёт его телефон, смотрит, какой последний номер он набирал и звонит мне.
— Здравствуйте, – говорит он, – я полицейский такой-то, вы случайно не знаете Борю?
Я честно отвечаю, что Боря мне хорошо известен, причем с детства.
— Прекрасно! – говорит мент. – Тогда ответьте мне на такой вопрос: не страдает ли ваш друг какими-то психическими заболеваниями?
Я отвечаю, мол, нет, не страдает.
— Может быть, он перенес недавно какую-то тяжелую психологическую травму? – продолжает настаивать мент.
— Тяжелую психологическую травму, – отвечаю я, – Боря перенес 30 лет тому назад, когда женился на той женщине, которая сейчас сидит справа от него. Но судя по тому, что он до сих пор её не задушил, он – в прекрасной психологической форме.
— Это я понимаю, как никто, – вздыхает мент.
— Просто он ещё не успел выучить английский, – добавляю я. – Отсюда все проблемы.
— Так где вы его ждете? – спрашивает мент, и я объясняю где.
И тогда мент становится перед Бориной машиной и везёт его с мигалкой сто миль до 284-го экзита, где передаёт его мне, как говорится, с рук на руки.
Уже на даче я объясняю Боре, что у нас в Америке с ментами надо быть поосторожней, потому что таки да могут застрелить на месте.
— Я же говорю, что он идиот, – замечает Сара.
— Почему? – не понимаю я.
— Потому что никакой умный человек не поедет 100 миль, чтобы помочь такому Боре, как мой, если он может его застрелить на месте и таки не иметь этой головной боли!..