shlsbrtbltnsmlt
В бывшем английском шахтерском городке, куда меня когда-то занесла судьба, нас было 11 гастарбайтеров. В одном домике жили латыши и в другом литовцы. Из традиционных воскресных развлечений было утреннее посещение воскресного рынка или "блохи" по-нашему. На территории ипподрома собиралась толпа англичан со своим барахлом. И это судя по всему было некоммерческое предприятие, а что-то типа местной тусовки. Продавались рабочие куртки и монеты, книги и музыкальные диски, старинная посуда и бытовая техника и прочее вплоть до платяных шкафов. Стоило копейки. Серебряные соверены по два фунта, музыкальные центры по семь.
Среди литовцев были популярны поющие щуки, висевшие на стенах местных видимо еще в далеких 60х годах. Щука походила на рыболовецкий муляж с моторчиком. При нажатии кнопки вращала головой и хвостом, открывала рот и пела "Йееелоу субмарин". Интересно было наблюдать торг. Молодая англичанка просила восемь, а литовец сулил шесть. После словесной перепалки сходились на 6, 50. Литовец доставал кошелек и протягивал десятку.
У англичанки округлялись глаза и она выговаривала ему:
— У тебя же деньги есть, какого ты торговался, фукин ванькер?
Литовец краснел, соглашался на семь и радостно забирал пыльное рыбье произведение.
И вот в один из вечеров я лежу и читаю местную газетку. А на первой полосе новость крупными буквами:
"Наконец-то будет решена проблема трудовых ресурсов для нашего края! В начале апреля ожидается прибытие 26ти тысяч высококлассных польских специалистов из Катовицы! "
В сердце тревожно ёкнуло. И оказалось не зря. В очередное воскресное утро мы по привычке пошли на ипподром. На рынке обычно сонном и меланхоличном царило небывалое оживление. По скоплению антикварных "Польских фиатов" с черными номерами, я все понял. Высококлассные специалисты, как муравьи, тащили музыкальные колонки, стулья, поющих щук и резиновые сапоги. Я кинулся к торговцу старинными монетами и застал чистое покрывало. Выметено было все.
Потом рынок среагировал и цены взлетели. Дальнейшие посещения потеряли смысл.
Один только экономно-бережливый литовец не сдавался. Присмотрел большой антикварный телевизор у англичанина и ждал в засаде. Непроданные габаритные вещи англичане бросали на прилавках. Так и этот постоял до закрытия, плюнул и уехал.
Литовец радостно схватил аппарат. Сзади раздался писклявый голос:
— А ну положь на место!
Он обернулся и увидел трех негров. Убежать с телевизором было проблематично и его отобрали. Оказывается, что рынок стали крышевать перекупщики. Так все и окончилось.
Потом на работе в кантине перестали выставлять сухое молоко, сахар и растворимый кофе в килограммовых банках. Новопринятые на работу хозяйственные польки приходили с целлофановыми мешочками и тупо пиздили копеечные для Англии продукты. А потом и расценки упали, и перестали уважать. Пришлось брать билет на самолет.
Среди литовцев были популярны поющие щуки, висевшие на стенах местных видимо еще в далеких 60х годах. Щука походила на рыболовецкий муляж с моторчиком. При нажатии кнопки вращала головой и хвостом, открывала рот и пела "Йееелоу субмарин". Интересно было наблюдать торг. Молодая англичанка просила восемь, а литовец сулил шесть. После словесной перепалки сходились на 6, 50. Литовец доставал кошелек и протягивал десятку.
У англичанки округлялись глаза и она выговаривала ему:
— У тебя же деньги есть, какого ты торговался, фукин ванькер?
Литовец краснел, соглашался на семь и радостно забирал пыльное рыбье произведение.
И вот в один из вечеров я лежу и читаю местную газетку. А на первой полосе новость крупными буквами:
"Наконец-то будет решена проблема трудовых ресурсов для нашего края! В начале апреля ожидается прибытие 26ти тысяч высококлассных польских специалистов из Катовицы! "
В сердце тревожно ёкнуло. И оказалось не зря. В очередное воскресное утро мы по привычке пошли на ипподром. На рынке обычно сонном и меланхоличном царило небывалое оживление. По скоплению антикварных "Польских фиатов" с черными номерами, я все понял. Высококлассные специалисты, как муравьи, тащили музыкальные колонки, стулья, поющих щук и резиновые сапоги. Я кинулся к торговцу старинными монетами и застал чистое покрывало. Выметено было все.
Потом рынок среагировал и цены взлетели. Дальнейшие посещения потеряли смысл.
Один только экономно-бережливый литовец не сдавался. Присмотрел большой антикварный телевизор у англичанина и ждал в засаде. Непроданные габаритные вещи англичане бросали на прилавках. Так и этот постоял до закрытия, плюнул и уехал.
Литовец радостно схватил аппарат. Сзади раздался писклявый голос:
— А ну положь на место!
Он обернулся и увидел трех негров. Убежать с телевизором было проблематично и его отобрали. Оказывается, что рынок стали крышевать перекупщики. Так все и окончилось.
Потом на работе в кантине перестали выставлять сухое молоко, сахар и растворимый кофе в килограммовых банках. Новопринятые на работу хозяйственные польки приходили с целлофановыми мешочками и тупо пиздили копеечные для Англии продукты. А потом и расценки упали, и перестали уважать. Пришлось брать билет на самолет.