Как у Льва Николаевича
Перед зданием Управления внутренних дел
Адвокат: Николай Семёнович, вы все запомнили? Спокойствие и только спокойствие. И действуем строго по инструкции.
Предприниматель: Да, Сергей Николаевич. Я все усвоил. Спасибо. Готов. Буду действовать по инструкции.
Адвокат: И постарайтесь поменьше говорить, и поменьше эмоций. Разговоры – работа адвоката.
Предприниматель: Да, Сергей Николаевич.
Адвокат: Ну, пойдемте тогда?
Предприниматель: Пойдемте.
В здании Управления внутренних дел
Адвокат (стучит в дверь одного из кабинета): Здравия желаю! Разрешите?
Оперуполномоченный: Вы кто?
Адвокат: Я, адвокат. Вы предпринимателя Васильева Николая Семёновича вызывали повесткой на опрос.
Оперуполномоченный (сердито): Я же Васильева вызывал, а не вас. Вы мне не нужны.
Адвокат (улыбаясь): Ну, вот он и пришел. Со мной.
Оперуполномоченный: Так пусть заходит.
Адвокат (громко обращаясь куда-то в коридор): Заходи давай, чего заставляешь ждать уважаемых людей.
Оперуполномоченный (сердито хмурясь в экран монитора): Так. Кто вы у нас?
Предприниматель (робко): Я, Васильев, директор ООО «Золотопромышленник». Вы меня вызывали на 11.
Оперуполномоченный: А сейчас сколько времени?
Предприниматель: 11:05.
Оперуполномоченный: Почему заставляете себя ждать?
Предприниматель: Извините, пожалуйста. Нам пропуск долго оформляли.
Адвокат: Говорил я тебе, надо было ввв 7 выезжать. Спишь все.
Оперуполномоченный (все также, не поднимая глаз от монитора): Я сейчас не с вами разговариваю. Прошу не вмешиваться в разговор. Вы здесь для другого.
Адвокат (улыбаясь): Молчу-молчу, товарищ майор.
Оперуполномоченный: Паспорт давайте.
Предприниматель: Вот, пожалуйста.
Оперуполномоченный: Значит, так. У меня в производстве проверка в отношении вас. Все на контроле у руководства и прокуратуры. Были письма из ФСБ и ФСИН России конкретно по вам. В целом все там понятно. Материал на возбуждение. Сейчас вас опросим быстренько, и на согласование бумагу прокурору повезем. Позиция ваша мне особо не интересна, так что зря вы адвоката взяли с собой.
Предприниматель (испуганно): На какое возбуждение? По поводу чего возбуждение?
Адвокат: Заткнись и не перебивай! Я тебе говорил, что ты достукаешься? Молчи и слушай теперь, что умные люди говорят!
Оперуполномоченный (впервые отрывает глаза от монитора и смотрит на адвоката): В органах работали?
Адвокат: А не похоже? Еще в РУБОПе начинал, потом в БЭПе, ну и дальше в министерстве.
Оперуполномоченный: Да нет, видно, что понимающий.
У адвоката звонит телефон. На весь кабинет громко звучит мелодия «Наша служба и опасна и трудна».
Адвокат: Извините. (Показывает пальцем на трубку и шепотом) Советник Колокольцева. (Далее выходит из кабинета и громко разговаривает по телефону в коридоре) Да, Иван Алексеевич, здравия желаю! Работаем! Все под контролем, Иван Алексеевич. По результатам доложу справкой и лично. Нет, Владимир Саныч не звонил. Есть! Есть! Так точно! (Возвращается в кабинет). Еще раз извините. Не мог не ответить.
Оперуполномоченный: По нашему вопросу?
Адвокат: Да нет. Я завтра в командировку в Магадан. Там вопрос один по налоговой с серьезными людьми. И рыбы просил Санычу привезти.
Оперуполномоченный: А вы Владимира Александровича лично знаете?
Адвокат: Саныча-то. Знаю, конечно. Мы же с ним в одном кабинете когда-то на Петрах работали. Потом как-нибудь расскажу. Давайте уже к этому гаврику нашему, а то у меня совещание скоро.
Оперуполномоченный: Да, да. Значит, вопрос очевидный. Пока видим здесь 159-ю в особо крупном. Но там еще налоговая включилась. В общем оборотка у вас годовая нормальная, 3 ярда в год выходит, контрагентов ваших проверили, там половина – фирмы-однодневки.
Предприниматель: Извините, мы в белую полностью работаем. Нет, никаких фирм однодневок.
Адвокат: Слышь, коммерс, я тебе сказал заткнуться, слушать и не спорить? Вначале слушаешь, что уважаемый человек говорит, потом комментарии свои гнилые делаешь. Здесь времени нет, вот эту туфту твою слушать. Продолжайте, товарищ майор.
Оперуполномоченный: Да, спасибо. О чем это я. А, вспомнил. Значит, там еще немного налоги доработать. Но налоговая уже включилась, меня тоже включат в состав проверки, распоряжение подписано. Где у меня калькулятор? А вот он. Значит оборотка 3, 40 процентов однодневок. Так. Это складываем, здесь умножаем. Ну, грубо где-то неуплаты налогов на полтора ярда. 199-я, часть 2. До 7 лет. Но это грубо, это еще я в проверке не был, и на коленке посчитал. И 159-я.
Адвокат: 159-я до 10 еще.
Оперуполномоченный: Вот. Правильно опытный адвокат говорит. 159- я еще. Там еще конфискация. Родственники у вас в фирме работают?
Предприниматель: Да, жена и сын.
Оперуполномоченный: Это, значит группа будет. Сколько у нас по группе?
Адвокат: Могут и 210 влупить.
Оперуполномоченный: Ну, это, как следствие скажет. Но 210 это до 20.
Предприниматель: Как до 20? До 20 чего? Лет? Я же ничего не делал.
Адвокат: Не бухти пока. В следствии у меня нормальные позиции. Я с Егором Семёновичем еще в ППС бегал. А сейчас вон, уважаемый человек стал.
Оперуполномоченный: Да, ладно? С Егором Семёновичем? Он что не в следствии начинал?
Адвокат: Да, мы с ним три года после школы милиции на земле бегали. Бухал он тогда…
Оперуполномоченный: Ну, он сейчас в принципе тоже.
Адвокат: Старая школа.
Оперуполномоченный (с уважением смотрит на адвоката): Да уж. Портфель у вас хороший.
Адвокат: Луи Виттон. В прошлом месяце из Парижа привез. Там новая коллекция.
Оперуполномоченный: Я больше Монблан люблю.
Адвокат: Монблан тоже хороший. Но Луи Виттон более уважаемая фирма. Конкретнее только Герме. Но у них портфелей мало. Вон смотри у меня ремень какой.
Оперуполномоченный: Солидно. Вот ведь видно, что адвокат хороший. А у меня и ремень Монблан.
Адвокат: Ну, ничего, майор. Какие твои годы. Ты еще генералом станешь. Дай справку-объективку, сейчас скину в телеграмме советнику Саныча. Такие люди нужны. С пониманием чтобы, с уважением, без говна этого нового.
Предприниматель: Господа. Вы обо мне не забыли? Сергей Николаевич, вы вообще адвокат или как? Мне 20 лет обещают, а вы о каких-то телеграммах-монбланах?
Адвокат: Слушай, ты! Я может быть родную душу встретил! Я знаешь, сколько этой ментовке лет отдал. Лучшие годы жизни. Я вооруженных брал. С таким говном, как ты, и не связывался. По линии бандитизма был. А ты, коммерс. Если б не дядька твой, разве я бы пошел с тобой. Дядьку жалко. Уважаемый человек, а племянник такой пакостник, крысеныш жадный.
Предприниматель: Извините. Никакого дяди у меня нет, и не надо со мной так грубо.
Адвокат: Вот что дядю не называешь, правильно. (Шепотом обращаясь к оперуполномоченному): У него дядька верхний фейс. Давно его знаю. В «Газпроме» сейчас в безопасности. (И далее громко): Мы вообще раньше таким, как ты пакет на башку и оставляли подумать. Может вечером тебя сегодня с дядькой прикуем наручниками в бассейне голого, и будешь думать, чего бухтеть, чего не бухтеть.
Оперуполномоченный: Ни хрена себе. Ну, это жестко.
Адвокат: А с коммерсами только так. Они тупые конкретно. По жизни не разбираются. Одни бабки в глазах. Души нет, чтобы посидеть там спокойно, песни военные послушать. Ты песни военные любишь?
Оперуполномоченный: Я шансон больше.
Адвокат: Шансон тоже хорошо. Знаешь, мы сейчас прямо в министерство поедем. Готовь объективку.
Предприниматель: Господа-господа. Может, я пойду?
Адвокат: Куда ты собрался? С тебя еще объяснение не брали. Погоди вон в коридоре. Сейчас один вопрос обкашляем с товарищем майором и позовем тебя. Или вот что. Водки иди купи. Сейчас с майором к Егору Семёновичу пойдем по твоему материалу. Без водки разговора с ним не бывает. Потом я песни петь буду, про офицеров. А Семёныч плакать начнет. Он всегда под офицеров плачет.
Предприниматель (выходит из кабинета): Хорошо-хорошо.
Оперуполномоченный: Да, серьезный вы человек.
Адвокат: Опытный просто. Видел много.
Оперуполномоченный: Это сразу видно.
Адвокат: Меня же два раза ОСБшники принимали, но всегда в чистую отбивался.
Оперуполномоченный: 290-я?
Адвокат: Это в первый раз 290-я. Второй там 163-я группой, 209-ю шить пытались, но как видишь.
Оперуполномоченный: Солидно.
Адвокат: Нормально. Я так скажу, работаем понемногу. Ну ладно, что там? Туфта ведь, не к нему вопросы?
Оперуполномоченный: Да нет в принципе. Опросить его надо формально. Там по его контрагенту вопрос, на которого заява пошла.
Адвокат: А без опроса нельзя что ли?
Оперуполномоченный: Ну, начальство сказало вызывать.
Адвокат: Это Егорыч что ли?
Оперуполномоченный: Нет, Алексей Егорович сейчас начальник управления. Это Василий Петрович.
Адвокат: Такого не помню. Молодой, наверное.
Оперуполномоченный: Подполковник.
Адвокат: Молодеет милиция.
Оперуполномоченный: Полиция.
Адвокат: Тьфу, все время забываю. Ладно, сейчас он придет. Запиши там, что он знает этого контрагента, был один договор, обязательства исполнили, претензий нет, о какой-либо противоправной деятельности информации нет, и привет. Мы подпишем, и я к Егору Семёновичу еще заскочу. Пойдешь со мной к нему водку пить?
Оперуполномоченный: Да нет, спасибо, но работы еще много.
Адвокат: Ну, смотри, но справку мне пришли. Через телеграмм только. Вацап слушают фейсы конкретно, он совсем дырявый стал. Хороший ты парень. У меня глаз проверенный. Быть тебе генералом.
Оперуполномоченный: Спасибо Вам. А можно мне визитку вашу? Жизнь она, сами знаете какая. Всегда нужна визитка адвоката на всякий случай.
Возле здания УВД.
Предприниматель: Спасибо большое, Сергей Николаевич. Я очень переживал, конечно.
Адвокат: Не за что, Николай Семёнович. Переживания – это тоже хорошо. Бдительность и осмотрительность никогда не повредят. Тогда я жду вас завтра у себя в офисе для подписания акта.
Предприниматель: Конечно, конечно. Завтра в 12 у вас, и гонорар в этот же день перечислю. Надеюсь, больше не вызовут, а то мне не очень понравилось. Мрачное место.
Адвокат: Я для вас рисков не вижу, мы все пояснения дали. Проверка по большому счету вас не касается, так что, надеюсь, что увидимся по какому-то более приятному поводу. До свидания.
Предприниматель: До свидания и спасибо еще раз. Ой. Извините, еще хотел спросить. Вы, правда, в полиции работали и всех этих людей знаете?
Адвокат: В милиции. Работал когда-то. Давно. А людей. Знаю, конечно, кого-то. И меня знают, но зачем нам это с вами. Мы же обсудили с вами, что маловероятно, что еще вызовут, и рисков практически нет. Да и не решаю я никакие вопросы. Никогда и ни с кем. Табу у меня. Еще с советских времен.
Предприниматель: Ну, Вы это, здорово, конечно, играли. Я натурально поверил.
Адвокат: А я разве играл? Я не играл. Я работал. В милиции. Давно когда-то. Ну, всего Вам доброго и до завтра!
Предприниматель: До завтра.
Вечером. Дома.
Дочь адвоката: Привет, папочка! Ужинать будешь?
Адвокат: Нет, милая, спасибо! Я поужинал на работе.
Дочь адвоката: Выпивал?
Адвокат: Немного пришлось. Но ты же знаешь, что я для работы.
Дочь адвоката: Знаю, папочка. Но тебе ведь совсем-совсем нельзя.
Адвокат: Милая, я постараюсь больше совсем-совсем ни-ни. Расскажи, лучше, что ты сейчас читаешь?
Дочь адвоката: Льва Толстого, папочка.
Адвокат: Войну и мир?
Дочь: Нет, Анну Каренину.
Адвокат: Мое любимое. Я когда-то твоей маме читал вслух, когда только познакомились. Толстой – лучшее о любви, что я знаю. Эта волшебная сцена, когда Левин признается Кити в чувствах и просит стать его женой. Дошла уже до нее?
Дочь адвоката: Нет еще.
Адвокат: Дойдешь обязательно. Потом перечитай еще и еще. У меня всякий раз такой восторг внутри, когда перечитываю. Лев Николаевич великий, конечно. Так писать о любви. Только он и умел. Хотя и Тургенев прекрасен, и Булгаков, и Гоголь, и вся наша русская литература. Читай, мое солнышко, много читай. Это очень полезно. Очень пригодится тебе в жизни. Слог будет красивый и правильный. Вдруг ты тоже адвокатом станешь, как папа.
Дочь адвоката: Я не хочу адвокатом, я на журфак хочу.
Адвокат: Ну, это мы с тобой через два года поговорим, когда поступать будешь. Кстати, как правильно говорить: Гермес или Эрме? Мне для работы очень надо.