ДОЛЖНИК

–Вы будете гасить задолженность или нет, я вас последний раз спрашиваю? --

– Осип Иванович, нечем гасить, сами знаете.

– Что ты мне тут придуриваешься? Как зарплату работникам не платить, так мастер, а как гасить, так не умеешь?

– Я не заплатил по объективным причинам, у вас всё это в деле есть. Подрядчик кинул.

– А меня твои причины не волнуют, понял? Портрет на стене видишь?

– Вижу.

– Каждую неделю ему про тебя докладываю и про твои десять тысяч потерпевших.

– Не десять тысяч, а меньше тысячи всего.

– Ты ещё и дерзишь мне? Я тебя точно закрою. Пользуешься ты моей добротой. Вчера только зам портрета сказал тебя закрыть через неделю, если ещё хоть один потерпевший жалобу напишет. Достал ты всех конкретно.

– Осип Иванович, а что я могу сделать? Нет денег, вы же знаете.

– Меня не волнует, что у тебя есть, а что нет. Через неделю принесёшь мне платёжки, минимум двадцати потерпевшим должен закрыть вопрос, самым зловонным. Сам знаешь кому. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Это моё последнее слово.

– Да где я возьму деньги-то?

– Квартиру продай.

– Продал давно, всё на погашение пустил.

– Машину продавай.

– Продал.

– Дерзишь опять?! Что ты там продал, слёзы какие-то. Жены машину продавай!

– У неё нет машины.

– Чего паришь мне мозги? Кто сейчас без машины в наше время?

– Ну вот у неё нет. На метро ездит. И я к вам на метро приехал. Всё, что было, всё продал, только чтобы погасить долги.

– Хватит уже прибедняться. Или я за тебя должен ущерб возмещать? Так мне проще тебя посадить уже, наконец, а не миндальничать.

– Осип Иванович, у Вас одно кресло стоит, как моя проданная машина.

– И правильно стоит. Тебя это, вообще, почему волнует? Я Родину не предавал, в отличие от тебя. Я ей служу беззаветно.

– И я не предавал.

– Ты – вор! Я это второй месяц говорю. И скоро ты убедишься, как у нас государство к таким ворам относится.

– Зачем вы так? Я ни у кого ничего не украл, у меня бизнес прогорел, и я хочу погасить задолженность. Но не могу.

– Вор! А с ворами у меня разговор короткий.

– Может, мне жалобу написать?

– На кого?

– Ну не знаю. Но всё же нельзя вот так вот, не разбираясь совсем в ситуации.

– Ага. Пиши-пиши. И напиши, что не виноват. Тогда точно посадят.

– Почему посадят?

– Потому что ты вор, а воров у нас сажают. Полстраны воров, и полстраны их охраняет. И все эти воры почему-то невиновные, вроде тебя. Жалобы пишут. Только не читаем мы их. Потому что знаем, что вы воры. А с ворами надо жёстко.

– Да уж. Что же мне делать-то?

– Задолженность гаси.

– Нечем.

– Врёшь ты всё. Орган какой-нибудь продай.

– Какой орган?

– Почку или ещё какой-нибудь. У тебя этих органов явно с избытком. Продашь, и погашение будет. Тогда и простим тебя, а иначе… Ладно, иди. Думай. Надоел ты мне, времени у тебя неделя осталась.

– До свидания, Осип Иванович.

* * *

– Ну что? Я смотрю, с сумкой пришёл. Там платёжки, я надеюсь?

– Нет, Осип Иванович, это сумка-холодильник. Платёжки чуть позже будут.

– Сумка – чего? ААА, ты что делаешь …?

– Ничего, Осип Иванович, потерпите. Это для дела надо. Мне задолженность погашать нужно. А вы молодой, здоровый, у вас этих органов с избытком.

* * *

– Алло, Кирилл Сергеевич, здорово! Звонил?

– Здравия желаю, Семён Николаевич! Звонил. Доложить хотел. По ООО «Омега» погасили задолженность.

– Ого, молодцы! В полном объёме?

– Да, сегодня платёжки приобщили. Прекращаем за выплатой.

– Этим месяцем пойдёт?

– Семён Николаевич, я думаю, следующим пустить. Этим у нас по «Форварду» погашение прошло.

– Ну, тоже в принципе верно. Давай, ещё то дело по стройке дожимай, и поощрим тебя. Так ты наше управление в передовики выведешь.

– Рад стараться, Семён Николаевич.

– Так. А с пропавшим следаком твоим что? Запой?

– Так нашли его, Семён Николаевич. Его же этот обвиняемый по «Омеге» в подвал вывез, расчленил и на органы продал. Так и погасил задолженность.

– Хитро. Раскрыли?

– Раскрыли.

– Признался?

– Признался.

– Ну, молодцы! А раскрытие за кем пошло?

– Пока думаем. Хотел за окружными карточку выставить.

– Не торопись пока. Ко мне тут товарищ один из городского УБОПа приезжал, плакался, что раскрытий нет. Помочь надо.

– Понял, Семён Николаевич! Будет сделано.

– Молодец. Дожимай стройку и готовь рапорт на поощрение.

– Есть!