ОБМЕННЫЙ ФОНД
Старший прокурор отдела управления за процессуальной деятельностью органов внутренних дел прокуратуры одной из областей Иван Сергеевич Безделов занимался привычным для него в это время суток делом: мирно спал в своём предусмотрительно запертом на ключ кабинете, подложив под голову стопку нерассмотренных жалоб. Жалоб этих было очень много. Да что там много. Ими был завален весь кабинет. Но Безделов давно не переживал по этому поводу. Он знал, что надо всего лишь час-другой поднапрячься, и всё будет готово. В конце концов, долго ли поменять в образце фамилию одного заявителя на другую, не изменяя содержания? Сами разве не понимают, что расследование проведено полно, всеобъемлюще, а доводы о допущенных по делу процессуальных нарушениях подтверждения не находят? А если понимают, то чего жалуются, время государственное расходуют на всякие пустяки?
Так думал Безделов, когда у него было время подумать. Но сейчас времени не было, потому что он был занят отдыхом от сморившей его работы, тихонько посапывая в своём уютном, хотя и видавшим виды кресле.
Безделову снился сон, и сон этот был весьма и весьма приятным. Во сне Безделов был уже не каким-то рядовым старшим прокурором отдела управления за процессуальной деятельностью органов внутренних дел прокуратуры одной из областей, а целым заместителем прокурора этой же области. И должность у него была уже не полковничья, а самая настоящая генеральская. На самом деле, никаких званий у работников прокуратуры не имеется, а есть только классные чины. Но Безделов, как и многие другие чиновники, был человеком тщеславным, а потому считал себя настоящим офицером и в обычном общении со знакомыми всем рассказывал, что он не какой-то там советник юстиции, а самый что ни на есть истинный подполковник. Во сне же у Безделова на погонах красовалось уже по три больших звезды, и открывалась перспектива на то, что они вскоре будут заменены на одну, но очень большую. Новое назначение это предусматривало. Предусматривало оно и наличие секретарши, большой чёрной служебной машины и большого количества различных просителей и подчинённых в кабинете. Безделов был со всеми строг, но одновременно обходителен. Всех называл исключительно на вы. С подчинёнными всегда здоровался за руку и спрашивал, как у них дела и нужна ли от него какая-то помощь. Такой, знаете ли, отец-командир, но без излишнего панибратства. Помогать, конечно, не помогал, это было ни к чему при его-то должности. Но особо и не ругал. Не вмешивался, в общем, когда соответствующих указаний сверху не поступало. Сами ведь разберутся. И так ведь понятно, когда законно и обоснованно, а когда доводы автора жалобы подтверждения не нашли. В областной прокуратуре дураков не держат, чтобы им в рядовых ситуациях указания раздавать.
Безделов рассматривал свой новенький, уже пошитый по случаю будущего повышения в классном чине китель, представляя, как он гордо будет смотреться в этом кителе на фотографии в служебном удостоверении. Должность заместителя прокурора области звучит солидно. А там, глядишь, и ещё более солидные перспективы откроются. Только придётся из своей области уехать в какой-то другой регион, поруководить. Но это недолго, это на пару лет. А жена поймёт. Не зря же всё-таки за офицера замуж вышла. И не прогадала, кстати. Выходила-то за плюгавенького лейтенанта, а сейчас вон как вышло. Может, и в генеральную, когда на руководящую должность назначат.
Но эти мысли заместителя прокурора Безделова были внезапно прерваны и прерваны весьма неприятно. Позвонил прокурор области и потребовал срочно зайти к нему. Редко когда звонки прокурора области несли в себе что-то воодушевляющие и обнадёживающее. Человек он был весьма властный, резкий и редко кого и когда хвалил. Впрочем, это было отпечатком системы строгого подчинения, в которой прокурор так долго и так успешно рос. Это был человек старой управленческой школы, привыкшей командовать исключительно повышением голоса и приказами. Безделов, как руководитель более молодой и современный, был не из таких, но он давно усвоил, что начальников не выбирают, а потому постепенно научился подстраиваться под своего прокурора.
Ожидания Безделова оправдались. Прокурор был явно не в духе и сразу начал с крика.
– Безделов, я тебя предупреждал, что ты доиграешься?!
Заместитель прокурора, зная, что руководителю вначале надо дать вволю накричаться, с максимально виноватым видом промолчал, ожидая продолжения. И продолжение последовало.
– Ты знаешь, откуда мне позвонили? Не знаешь? А я тебе скажу! Из Москвы! Из службы внешней разведки! Тебя приглашают завтра к 09:00 на рандеву к самому главному. Ты в какие игры там играешь? Ты на кого работаешь вообще? Почему я не в курсе? – кричал красный, как трижды сваренный в пиве рак, прокурор.
Безделов ни в какие игры не играл, ни с какими разведками не сотрудничал и вообще уже пожалел, что согласился, пусть и во сне, на такое опасное, как он теперь понимал, повышение в должности до заместителя прокурора области. Спал бы себе тихо-мирно, как прежде, в своём маленьком кабинете на предыдущей должности, отписывал канцелярскими штампами поступающие жалобы, и ни в какую разведку его бы не пригласили. А тут, здрасьт – приехали, разведка им заинтересовалась.
Всё это он и попытался объяснить прокурору, но получилось так тихо, невнятно и косноязычно, что того это только ещё больше разозлило. Впрочем, сделать с этим прокурор области ничего не мог. Кто его знает, какое отношение имеет Безделов к разведке, и какой у той к нему интерес? А ссориться с могущественной спецслужбой прокурору, даже поставленному надзирать за всей областью, точно было не с руки. Поэтому, качественно прооравшись, он отпустил несчастного Безделова из своего кабинета, дав ему напоследок напутствие, завтра же после совещания в СВР досконально доложить, кто и что от него хотел, и какие поступили указания.
На следующей день за 15 минут до назначенного ему времени Безделов в аккуратно выглаженном прокурорском мундире с тремя большими звёздами на погонах сидел в Москве, в роскошной приёмной перед кабинетом начальника Службы внешней разведки и ждал своей участи, обхватив двумя руками пустой чёрный портфель. Ровно в 9:00 к нему откуда-то из глубин огромной многокомнатной приёмной вышел строгий подтянутый офицер и молчаливым жестом пригласил Безделова к Самому.
Зайдя в кабинет, Безделов ещё больше оробел и боязливо остановился в дверях, ожидая, поступит ли ему приказ садиться, или он должен будет разговаривать с высоким руководителем, стоя, как на докладе. Руководитель, впрочем, сам подошёл к нему, приветливо протянул руку и предложил пройти в комнату для конфиденциальных переговоров. Было видно, что человек это не резкий, обходительный, хотя и летает где-то очень высоко наверху. Безделова такая приветливость несколько успокоила. Однако он, имея долгий опыт службы в прокуратуре, понимал, что за ней может стоять очень жёсткий и властный характер.
– Иван Сергеевич, МЫ (руководитель особенно подчеркнул это слово) тщательно изучили вашу биографию и трудовой путь и имеем к вам предложение, от которого вы, как вы сами наверняка понимаете, не можете отказаться, – начал этот разговор тот самый высокий по полёту человек. Безделов не знал, что сказать, и лишь промычал в ответ, очевидно, ожидая какого-то продолжения.
–Дело в том, что президентом (на этом слове оба собеседника встали) принято непростое для страны решение об обмене вас и ещё целого ряда должностных лиц различных ведомств на наших соотечественников, которые героически томятся в застенках у противоположной стороны, – перешёл к объяснениям начальник Службы внешней разведки.
– Но…, – попытался что-то сказать Безделов и был тут же перебит.
–Я понимаю ваши сомнения, уважаемый Иван Сергеевич, но это нужно для всех нас. Для страны, противостоящей суровому и сильному противнику в условиях экзистенциального кризиса и нападок на наши традиционные ценности. Для Родины, в конце концов! Для Отечества!
– А как же? – вновь попробовал что-то для себя выяснить Безделов, и снова ему не дали досказать, то, что он хотел досказать.
– Противник подготовлен нашими специалистами на местах и готов принять вас и других наших чиновников. Естественно, враг введён нами в заблуждение и полагает, что вы являетесь жертвами режима и выдворяетесь из страны за ваши убеждения, противоречащие нашим убеждениям.
– Какие убеждения? – попытался вклиниться в этот, очевидно, пугающий его разговор Безделов.
– Иван Сергеевич, не задавайте ненужных вопросов. Ответ очевиден, вы же сами все понимаете.
– А что же я буду там делать после обмена?
– Это как раз самое простое. Будете делать то же, что и раньше. Противник, введённый нами в заблуждение, предложит вам должность в прокуратуре в соответствии с вашими обширными компетенциями, в которых у нас никаких сомнений нет. А далее, по оценкам наших аналитиков, через три – максимум четыре года правовая система враждебного государства благодаря вашей деятельности и деятельности других высланных из страны чиновников будет полностью подорвана, утратит возможность функционирования, после чего враг будет взят нами голыми руками.
– Обоснованно, – машинально проговорил Безделов.
– И законно, – поддержал его, торжественно подняв палец вверх и указав куда-то на небо, высокий руководитель.
– Какая зарплата? – задал вот уже минут 10 мучающий его вопрос Безделов.
– Зарплату платит противник. Но по нашим разведданным на позиции старшего прокурора она доходит до 8 тысяч долларов в месяц.
– Доплата за сложность и напряжённость имеется?
– По нашей информации, имеется. До 20 процентов от оклада.
– Я готов, – торжественно кивнул Безделов, зачем-то встал по стойке смирно и приложил руку к несуществующей фуражке.
– Вы настоящий патриот, Иван Сергеевич, – столь же торжественно ответил ему большой начальник.
После этого руководитель обнял Безделова и лично проводил его до дверей кабинета, напоследок незаметно перекрестив Ивана Сергеевича в спину.
Через месяц с небольшим Безделов уже летел военным транспортным самолётом в сопровождении суровых молчаливых мужчин, одетых в камуфляжную форму с масками на лицах. Куда конкретно нужно было лететь, Безделову так и не сказали, но это было для него, как для патриота, и так понятно. Существо работы, которая ему будет поручена, также было вполне ясно. К такой работе он был готов, и она его не страшила. Безделов был собран и сконцентрирован. Он помнил, что на первое предложение противника о должности старшего прокурора ему надлежало отказаться, начиная торг с позиции начальника управления с возможным падением до начальника отдела. На соседних креслах с Безделовым сидели такие же собранные, сконцентрированные и хорошо знакомые ему по работе опытные профессионалы: председатель одного из районных судов, равнодушный, старший оперуполномоченный Корыстный и следователь по особо важным делам Хитрокивало.