В субботу исполняется 80 лет со дня первой в годы Великой Отечественной войны бомбардировки Берлина советской авиацией.

22 июля 1941 года, спустя ровно месяц после начала германского вторжения в СССР, гитлеровская авиация совершила первый массовый налет на Москву. Тогда рейхсминистр пропаганды Йозеф Геббельс самодовольно заявил, что советская авиация полностью уничтожена (хотя с тем налетом советская ПВО во многом справилась). А главнокомандующий люфтваффе (гитлеровскими ВВС) Герман Геринг громогласно заявил, что ни одна бомба никогда не упадет на Берлин.

И очень скоро, 26 июля 1941 года, главком Военно-морского флота СССР адмирал Николай Кузнецов предложил советскому лидеру Иосифу Сталину дерзко, ударом на удар, ответить нацистам, и сделать это силами авиации ВМФ. Сталин эту идею поддержал.

"У решения советского руководства нанести авиаудар по Берлину была не единственная причина. Во-первых, конечно, это ответ на начавшиеся налеты бомбардировщиков люфтваффе на Москву. Хотя в целом они не были успешными, но грозили Советскому Союзу тем, что могли нанести нашей стороне сильный морально-психологический удар", - сказал Буранов.

"Помимо этого, большой опасностью была возможность применения германской авиацией химического оружия. Это не иллюзия, не вымысел, что противник в конце концов мог бы прийти к мысли, что на такой мегаполис, каким, безусловно, была Москва, возможно сбрасывать не обычные бомбы, а начиненные отравляющими веществами", - добавил эксперт.

Историческую миссию предстояло выполнить 1-му минно-торпедному авиационному полку ВВС Балтийского флота. "И что примечательно: оказалось, что летчики того полка уже до этого сами думали нанести удар по Берлину, самостоятельно прорабатывали маршрут на германскую столицу и даже списки экипажей", - сказал Буранов.

Для обеспечения операции из Кронштадта ночью, в условиях радиомолчания, на аэродром Кагул на эстонском острове Эзель (ныне Сааремаа) прибыл специальный караван кораблей, который привез горючее для бомбардировщиков, необходимые запасные части, буксиры, катки и стальные листы для увеличения длины взлетных полос.

На аэродроме сформировали группу из летчиков под руководством полковника Евгения Преображенского. "Это были одни из самых опытных пилотов в рядах авиации ВМФ СССР, прекрасно подготовленные офицерские экипажи", - отметил Буранов. Координировали операцию главком ВМФ Кузнецов и командующий Балтийским флотом адмирал Владимир Трибуц. От ВВС операцию готовили генералы Михаил Самохин и Семен Жаворонков.

Сначала состоялся пробный полет к германской столице. После этого первый налет на Берлин назначили на ночь с 7 на 8 августа.

"Время полета рассчитали предельно тщательно, вплоть до минуты. Это требовалось для того, чтобы бомбардировщики, поднявшись в воздух из крайней западной точки СССР, при этом, по существу, уже находившейся в тылу германских войск, могли бы при полной загрузке, заполненные топливом "под пробку", преодолеть почти 1800 километров туда и обратно, отбомбиться и без посадки вернуться домой", - пояснил историк.

Первая группа из 15 бомбардировщиков ДБ-3Ф поднялась в воздух в девять часов вечера 7 августа 1941 года.

"Полет проходил в условиях полного радиомолчания, по навигационным приборам, на высоте свыше семи километров. Летчики были в кислородных масках. К тому же температура над Балтийским морем доходила до минус 40 градусов, а самолеты не были оснащены противообледенителями", - сказал Буранов. "В тех условиях сам по себе такой перелет был подвигом, даже без учета того что предстояло бомбить столицу противника", - подчеркнул он.

Спустя три часа после взлета советские бомбардировщики вышли к северной границе Германии и направились дальше на Берлин.

Бомбы на хорошо освещенную столицу Германии и ее предместья были сброшены в районах нового промышленного квартала с военными производствами, вокзала, телеграфа. "Немцы были потрясены настолько, что Берлин затемнился не сразу. С большим опозданием вылетели истребители, не сразу был открыт зенитный огонь, который вообще поначалу велся неверно, по иной высоте", - сказал Буранов.

"С учетом всех сложностей задача, стоявшая перед нашими летчиками, казалась практически невозможной. Но ее удалось выполнить. И летчики на радостях, отбомбившись, на обратном пути даже нарушили режим радиомолчания и сообщили командованию об успешном выполнении своей миссии. И спустя семь часов тяжелейшего перелета все экипажи без потерь вернулись на Кагул", - добавил историк.

Утром 8 августа немецкое радио заявило, что прошедшей ночью крупные силы английской авиации в количестве 150 самолетов пытались бомбить столицу Третьего рейха, и что из прорвавшихся к городу 15 самолетов 9 сбито. Через час британская радиостанция BBC ответила: "Германское сообщение о бомбежке Берлина интересно и загадочно, так как ни 7, ни 8 августа английская авиация над Берлином не летала".

В полдень 8 августа Совинформбюро передало сообщение правительства СССР об успешной бомбардировке Берлина советской авиацией. 13 августа указом Президиума Верховного Совета СССР звания Героя Советского Союза за эту операцию были удостоены летчики-балтийцы полковник Евгений Преображенский, капитаны Василий Гречишников, Андрей Ефремов, Михаил Плоткин и Петр Хохлов.

"Эффект от той операции был максимальным. Повторю, что совершенное 80 лет назад стало абсолютным шоком для нацистов. Они увидели, что Красная армия продолжает бороться, что безнаказанные бомбардировки Москвы и других советских городов невозможны, и что при желании СССР имеет возможности на любой удар по своей столице ответить ударом по Берлину", - подчеркнул Буранов. "И, я думаю, это остудило многие горячие головы в руководстве Третьего рейха, которые ратовали за применение химического оружия против Москвы", - добавил он.

Советские бомбардировки Берлина продолжались, напомнил Буранов. "Всего было произведено 86 вылетов. Берлин бомбили 33 самолета, сбросив на него 21 тонну бомб", - отметил историк.