Слепое пятно

Я всю жизнь наивно считал, что офигенно понимаю других людей и их замыслы.

На деле я просто приписывал им собственные мотивации и не трудился хоть как-то сверять модель с реальностью.

Но считал себя при этом самым умным и знающим. Эффект Даннинга-Крюгера в чистом виде.

Пока все это не кончилось катастрофой. Даже чередой катастроф. Личных, разумеется.

И только после этого передо мной стало что-то брезжить. Так сказать, по итогам Зоркий глаз наконец что-то стал замечать.

И теперь остальные люди в большинстве случаев вызывают у меня недоумение. Частично я их хорошо понимаю - очень редко. Частично - могу понять, так сказать, умозрительно, без эмпатии. Иногда - с некоторой натяжкой. Иногда - с сильной. А в остальных случаях они вызывают у меня прострацию - что-то типа антипонимания. Как всерьез можно так думать и так себя вести? Может быть, они просто кривляются?

Это как с музыкой. Музыкальные вкусы у меня примитивные, классика не возбуждает, но в принципе я могу представить, что она кому-то нравится. Я могу даже вообразить, кому по вкусу Тима Белорусских и его друзья - малоразвитым детям, допустим. Но как может кому-то нравиться тяжелый металл я не понимаю в принципе, потому что для меня это вообще не музыка, а болезненный для ушей шум - типа как на большом заводе пришел в цех, а там такой тяжелый пресс - бабах, бум, бабах, а на заднем плане квартет циркулярных пил - уииииии.

Зато я теперь начал замечать в фильмах то, что в них вкладывали авторы, но до меня никогда не доходило.

Например, я с удивлением обнаружил, что в "Розыгрыше" класс четко поделен на две враждебные половины и между ними постоянные конфликты, и что стихи, которые сочиняет местный поэт, - не столько стихи, сколько подколки в адрес врагов.

Или вот я пересматривал "Кин-Дза-Дзу" пятый или шестой раз и наконец понял мгновенную мотивацию героев. То есть, почему в каждый конкретный момент времени  дядя Вова и Гедеван ведут себя именно так, что они сейчас хотят, чего стремятся достичь.

Ну то есть то, что нормальные люди начинают соображать еще в детскому саду, а к пятому классу уже знают в совершеннстве.

Ладно, в "Кин-Дза-Дзе" я был, допустим, зачарован самим антуражем - ржавыми звездолетами, приседаниями и "ку!", чатлами из керамики и вот этим всем. Я и до сих пор это все воспринимаю не как реквизит для истории, а как самостоятельную ценность; как полнокровный мир, в котором можно насочинять и других историй.

Но в "Розыгрыше"-то что меня отвлекало? "Бабочки летают, бабочки"?

И теперь мне страшно подумать, сколько таких слепых пятен у меня есть еще. Я же про них ничего не знаю - на то они и слепые. Чего еще и ждать и откуда? И хватит ли у меня времени ликвидировать эти пробелы?

Я пил вино, а жизнь текла как Ниагара...